– То есть проклятие… проклятие снято?
– Не было проклятия, Тесса. Демон обманул меня! Никакого проклятия не было и в помине… Все эти годы я был таким идиотом! Но, как видишь, мне хватило ума первым делом отправиться к тебе и рассказать о своих чувствах…
Он снова шагнул к ней, и Тесса уже не могла двинуться с места. Она смотрела на его бледное, почти прозрачное лицо с темными кругами под глазами, черные волосы, вьющиеся на висках, до боли, до слез вглядывалась в синеву глаз и изгиб губ. Она смотрела на него, как на любимый дом или город, который вряд ли когда-нибудь увидит снова, и пыталась сохранить в памяти мельчайшие детали, чтобы каждый раз, закрывая глаза, видеть его опять.
– Почему я? – прошептала она и едва узнала свой собственный голос. – Почему именно я, Уилл?
– Видишь ли… – замялся он, – я прочел твои письма брату.
– Знаю… – Голос ее звучал на удивление спокойно. – Я нашла их у тебя в комнате, когда заходила туда с Джемом.
– Ты ничего мне не сказала, – удивился Уилл.
– Сначала я очень рассердилась, – признала она. – Но потом мы отправились за тобой в притон ифритов. И я пожалела тебя, наверно. Решила, что ты прочел их из любопытства или Шарлотта велела тебе.
– Нет. Я сам вынул их огня и прочел. Каждое твое слово. Тесс, мы так с тобой похожи – оба живем словами и дышим ими, как воздухом! Знаешь, книги спасли меня. Когда-то я думал, лучше умереть, чем жить и знать, что никогда не полюблю и никто не полюбит меня! А книги помогли мне понять, что я не так уж и одинок. Они никогда не лгут, и ты им солгать не можешь… Читая твои письма, где ты иногда писала о своем одиночестве и страхе, а еще о своей смелости я узнал, как ты думала, что ты чувствовала, как надеялась и мечтала. Я тоже надеялся, мечтал и чувствовал вместе с тобой. Мечтал о том же, о чем и ты, хотел того же, что и ты – и вдруг понял, что я хочу быть с тобой! С девушкой, которая написала эти слова. Я полюбил тебя, прочитав твои письма! И до сих пор люблю тебя.
Тесса задрожала. Она всю жизнь мечтала услышать эти слова. В глубине души она всегда надеялась, что их скажет именно Уилл. Уилл – юноша, который любил те же книги, что и она, зачитывался теми же стихами и мог рассмешить ее, даже когда она злилась. И вот он стоит перед ней и говорит, что полюбил ее за слова, шедшие из самого сердца, из глубины души… Говорит то, что она никогда не надеялась услышать. То, что ей никто и никогда не скажет вновь… не скажет именно так. И теперь это уже не имеет значения…
– Слишком поздно, Уилл.
– Не говори так! – прошептал он. – Я люблю тебя, Тесса. Я люблю тебя!
– Нет, Уилл, – покачала она головой. – Хватит.
– Знаю, теперь тебе трудно поверить мне. – Он судорожно вздохнул. – Тесса, скажи: ты не веришь мне или никогда не сможешь меня полюбить? Если второе…
– Уилл, это не имеет значения.
– Еще как имеет! – воскликнул он. – Я прекрасно понимаю, ненавидишь ты меня только потому, что это я заставил тебя! И ты не обязана давать мне еще один шанс и пытаться взглянуть на меня по-новому. Но… умоляю тебя, давай попробуем начать все заново! Я сделаю все, все что угодно!
Его голос дрогнул, и она услышала отзвук другого голоса, и вспомнила Джема, глядящего на нее с бесконечной любовью и надеждой в сияющих глазах.
– Нет, – прошептала она, – я не смогу.
– Да нет же, конечно, сможешь! Неужели ты настолько меня ненавидишь?..
– Я совсем не это хотела сказать, – с бесконечной грустью ответила она. – Я пыталась возненавидеть тебя, Уилл, но так и не смогла.
– Тогда у меня есть шанс! – В глазах его сверкнула надежда. Господи, что она делает, нельзя говорить с ним так мягко! Надо сказать ему. Прямо сейчас. Быстро. Ясно. – Тесса, если ты не чувствуешь ко мне ненависти, то когда-нибудь…
– Джем сделал мне предложение, – выпалила она. – И я сказала «да».
– Что?!
– Я сказала, что Джем сделал мне предложение, – прошептала она. – Он просил меня стать его женой. И я сказала «да».
Уилл побелел как мел:
– Джем! Мой Джем?!
Она кивнула, не в силах вымолвить ни слова.
Уилл пошатнулся и вцепился в спинку стула, чтобы не упасть. У него был такой вид, будто его изо всех сил ударили в живот.
– Когда?
– Сегодня утром. Но мы сблизились уже довольно давно.
– Ты… и Джем? – Он так удивился, словно она сказала, что летом всегда идет снег или что в Лондоне зимой никогда не бывает дождя.
– Он подарил мне это, – прошептала она, коснувшись нефритового кулона на груди. – Это свадебный подарок его отца матери.
Уилл уставился на кулон с китайскими иероглифами, как на змею, обвившуюся вокруг ее шеи.
– Он ничего не сказал мне. Ни слова. – Уилл отбросил волосы с лица – такой привычный жест, вот только рука его сильно дрожала. – Ты его любишь?
– Да, я люблю его, – ответила она, и Уилла передернуло. – А ты?
– Но ведь он бы все понял! – ошеломленно пробормотал он. – Мы все ему объясним, скажем, что… он поймет!
Тесса внезапно представила, как она срывает с шеи кулон, выходит в коридор, стучит в дверь Джема. Отдает кулон обратно и объясняет, что ошиблась и не выйдет за него. Она бы все рассказала – про себя и про Уилла… и что не вполне уверена, что ей нужно время, что она не сможет отдать ему все свое сердце, что часть его навсегда принадлежит Уиллу.
А потом она вспомнила, как впервые услышала голос Джема, слова, которые он произнес с закрытыми глазами, освещенный лунным светом, лежа спиной к двери. «Уилл? Уилл, это ты?» И как голос Уилла и его лицо смягчались, когда он был с Джемом; как Джем держал его за руки в лазарете, когда Уилл истекал кровью, и выкрикнул его имя, когда на складе автомат сбил Джема с ног.
«Я не смогу разлучить их. Я не возьму на себя такой грех. И я не скажу правду ни тому, ни другому».
Она представила лицо Джема, когда он узнает о разрыве помолвки. Он будет добр, как всегда. Но она навсегда убьет в нем что-то прекрасное и жизненно важное. Он уже никогда не станет прежним, и некому будет его утешить. Уилл для него умрет. А ему самому осталось так недолго…
А Уилл? Что будет с ним? Что бы он ни думал сейчас, Тесса знала, если она порвет с Джемом, Уилл все равно уйдет, как бы сильно он ни любил ее. Неужели он станет выставлять напоказ свою любовь, зная цену счастья – боль лучшего друга? Даже если Уилл сможет справиться с этим, она навсегда останется для него девушкой, которую любил Джем. До самой смерти Джема. И пока она сама не умрет. Он никогда не предаст Джема, даже после его смерти. Если бы только на месте Уилла был кто-нибудь другой, кто угодно!.. Но она любила именно его. Она любила обоих юношей. В горе и в радости.
– Скажем ему о чем? – Она старалась говорить как можно более спокойным голосом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
