хотел бы записаться, но он отсутствует по делам, могу ли я его записать?
— Он написал вам поручительство, что вы имеете право действовать от его имени? — осведомился мужчина.
Поручительство? Да, он мне передал листок бумаги, где написал что-то… Впрочем, на рикужском, да ещё и таким забористым почерком, что ни один контрразведчик, у которого в специальности стоит «дешифровальщик» не разберётся.
— Эммм… — протянул я листок бумаги ему.
— Это что за буквы? — спросил у меня клерк. Письменность Империи, Рикужии и Лидерольона — была представлена классическими, латинскими буквами, впрочем тут его звали Имперским. Название получил от места, где его придумали. А вот Фловеррум и Ремесленные города подверглись влиянию Республики Альдарал. Тамошняя письменность… Я прикрыл глаз. Плод неравной, извращённой любви между кириллической и латинской системой. Впрочем, язык был в разы проще того же русского, из моего первого мира. Хотя я особо не задумывался над языками. Люцион, а после и я — прекрасно знаю языки этого мира. Люциону помог природный талант, а так же наставник. Ну а я знал несколько языков в своей первой жизни, притом ещё и те, которые были в этом мире. Точнее — максимально похожие. И хоть порой у меня мозг слегка вскипал, ведь старонемецкий — это не чисто немецкий, который я знал. Как и кхандарский это точно не совсем немецкий и вряд ли это старонемецкий. Но даже так я могу с уверенностью сказать, что знание языков мне больше в плюс пошло, чем в минус.
— Это рикужский, — невозмутимо ответил я. — У сира Яна не лучший почерк, но это рикужский. Хотите прочитаю?
— Ты можешь это прочесть? — спросил у меня клерк. — Я нихрена не понимаю, хотя буквы у наших языков те же.
— А что ты хочешь сделать, малец? — донёсся голос сира Нойрана.
— Сир Нойран, — слегка кивнул я. — Я хочу записать сира Яна на стрельбу из лука и конный бой, — повернулся я к мужчине.
— Сир, — посмотрел на него клерк. — Я, простите меня, не в состоянии это прочесть. Ощущение, что писал пьяный рикужец.
А он недалёк от истины. Только поручительство от своего имени писал трезвый рикужец. Интересно… А каков его почерк в пьяном состоянии? У меня будет приступ эпилепсии, или обойдёмся простым протиранием глаз?
— Я знаю этого мальчика, — произнёс сир Нойран. — У него действительно есть наставник, зовут сир Ян Дорап. Рикужец. Хочет участвовать на Турнире? Запиши его.
Клерк перевёл взгляд на меня, а я выхватил у него лист, что дал мне сир Ян.
— Сир Ян Дорап, уроженец Тронтура, что в Рикужии, — прочитал я. — Тридцать четыре года. Рыцарь. Желает участвовать в состязании лучников и конном бою.
— Действительно может прочитать, — восхитился клерк. — Никогда бы не подумал, что эти рикужские каракули кто-то способен прочесть. Хуже, по-моему, разве что те иероглифы, которыми пользуются небесники.
— А ты вы ещё не видели письменность кушанирцев, — со знанием дела произнёс сир Нойран. — Вот там тебе прозреть и обладающие мистической силой слёзы Альтаны не помогут. А они, по поверьям, способны руку отрастить, или ногу.
— Надо бы глянуть. Когда пьяным буду, — произнёс клерк. — Что-же, в таком случае, — он посмотрел на меня, — вы записаны. Турнир состоится через неделю. Вы обязаны явиться сюда, на Турнирное поле Гарнизона. Не явитесь — вас просто снимут. Учтите, что каков бы ни был ваш статус — посылать вестовых за вами мы не будем.
— И почему все считают, что раз я старший сын Герцога, то у меня спеси больше Великих Гор раз в двадцать? — задал я вопрос.
Сир Нойран пожал плечами, а клерк усмехнулся.
— Не вини жителей Империи в этом, — заметил сир Нойран. — Они ведь видят, что твоя внешность уникальна. И при этом невероятно уникальна, для этих мест.
— А люди всегда не любили уникальных, — заметил клерк. — Ну ладно, я-бы с вами поболтал, уважаемые, но мне ещё очередь записывать. Да поможет тебе Богиня Альтана, участник Люцион Гранд, — он посмотрел мне за плечи, — следующий!
Я отошёл в сторону, пропуская следующего мужчину. Где там мой план на сегодняшний день? Доспех заказал, в банк сходил, зарегистрировался в нём, покушал и даже встретил Принцессу этой Империи, получил приглашение на охоту и записался на Турнир. И хотя некоторые, из сегодняшних, пункты — явно лишние, но день продуктивен, это факт. Что делать дальше? Я намеревался ещё погулять по городу. Только надо быть поосторожнее. С моей удачей я могу наскочить на кого-нибудь неординарного ещё… Я-бы назвал это «удача Главного Героя»… Хотя стоп, кто сказал, что я главный герой? Просто совпало, Кройф хотел выкупить доспех из митрила у кузнеца-бронника для своего Короля. А Принцесса действительно может гулять по всей Империи и уж точно ей никто не запрещает находиться в таверне, рядом с центром города. Да и задумываться о таком лишнее. У меня через три дня охота… Правда стрелять я не умею, почти что совсем.
Знаю что нужно делать, чтобы не убиться тетивой от лука, но попасть с его помощью с шагов десяти затруднительно, даже если стрелять буду в слона. По крайней мере именно такое ощущение создаётся у меня. Люцион луки и оружие дальнего боя не любил. Кривился… И всё время посвящал мечу. Отчего, естественно, мышечной памятью не обладал для стрельбы из лука. От слова «совсем». И хотя я прекрасно понимаю преимущество оружия дальнего боя. Ведь пока мечник добежит — лучник нашпигует того стрелами, что тот будет иметь вид дикобраза. Но, во-первых. Переучиваться поздно. Мне пятнадцать, мышечная память, привычки, рефлексы — уже сформированы. Во-вторых — доспехи держат стрелы. Не все, зависит от прямых рук бронника, но те, что делают на заказ аристократам и богатым рыцарям — могут сдержать даже арбалетный болт, выпущенный из слабенького арбалета. То есть получается — выучить на великого лучника не стоит по этим двум причинам. Желательно просто научиться попадать в цель, чтоб хоть зайца мог добыть в живой природе. То есть относиться к стрельбе не как к средству боя, а как к навыку выживания.
— Сир Нойран, — я принял
