в общий приют или лечебницу. Хрен их разберешь, что это за заведение, но место крайне жуткое. Множество мертвецов на пять человек обслуживающего персонала. Готов поспорить, они доиграются, эти «больные» их сожрут. Думают, намордники нацепили, и всё, проблема решена, и монстров не нужно опасаться.
— Да уж, представляю, какое жуткое место, мне даже одного мертвого мужа той дамы хватило для остроты ощущений. Кроме зомбаков, больше ничего интересного не было?
— Был один момент. Наши провожатые, что за нами просто ходили по пятам и отвечали на наши вопросы, нас особенно не ограничивали в выборе маршрута, но стоило нам свернуть на одну дорогу, которая заканчивалась забором с вооружённой охраной, как нас сразу остановили и сказали, что туда нельзя. Это был единственный раз, когда мы услышали от них, что куда-то нельзя. Я успел рассмотреть, что у того забора собралась серьезная охрана, что нелогично. Въезд в село охраняет пара человек, не считая привязанных зомбаков, а ту территорию охраняет целая толпа. Мне очень интересно, что там, может, попробуем прокрасться туда ночью и посмотреть?
— Всё это, конечно, очень интересно, но я хочу сегодня ночью спать в своей кровати, дома, а не ползать по снегу, выведывая чужие секреты, с возможностью получить пулю и вообще не вернуться домой.
— Но они что-то скрывают, не удивлюсь, если они кормят своих «больных» родственников живыми людьми.
— Я тоже этому не сильно удивлюсь. Но есть версия, что они там скрывают награбленное из поездов в Лисках добро.
Я рассказал Виктору о нашем разговоре с властной женщиной, произошедшим за чашкой чая. Это немного уменьшило его пыл. Но все равно я чувствовал, как его терзает любопытство и желание разгадать тайну, скрытую в запретной для чужаков зоне. За обсуждением увиденного в страшном селе дорога до Нововоронежа прошла незаметно.
Со въездом в город проблем не возникло. Оставив машины на той же стоянке, где их ставили в прошлый раз, мы, закинув за спину рюкзаки и взяв с собой оружие, отправились к детскому дому. Город жил своей жизнью, по улицам ходили люди, изредка проезжали машины. Большинство из встреченных нам автомобилей принадлежало спецслужбам.
Когда мы дошли до детского дома и стали подниматься по ступенькам, открылась входная дверь и оттуда вышел вооружённый охранник. Перекрыв собой входную дверь, он сказал:
— Стойте на месте, если не хотите проблем.
Мы послушно замерли, демонстративно убрав руки подальше от оружия.
Охранник немного расслабился и более дружелюбным тоном сказал:
— Это детский дом, тут не место мужикам, да еще и обвешанным оружием. Что хотели?
— Нам нужно поговорить с одной из ваших воспитанниц, её зовут Алина.
— А, Алинка.
Сразу подобрел охранник, явно подмазанный предприимчивой девочкой и её друзьями. Сделав знак рукой кому-то внутри помещения, показывая, что всё нормально, он подошел ближе и сказал:
— Алинка, как всегда, вместе со своими друзьями ускакала гулять, она та ещё непоседа.
Вот незадача, я рассчитывал, что они будут тут сидеть, ожидая нас, а они гуляют непонятно где. Вряд ли они посвятили в свои планы охранника, но на всякий случай спрашиваю у него:
— А куда они пошли, Вы случайно не знаете?
— Да откуда мне знать, молодёжь в таких заведениях всегда скрытная растёт. Хотя…
Протянул он с непонятной интонацией и замолчал, выжидательно смотря на меня. А я, в свою очередь, смотрел на него, ожидая продолжения недосказанного предложения. Не знаю, сколько мы так играли бы в гляделки, если бы не Кузьмич. Он первый просек фишку, сообразив, что требуется предпринять.
Скинув свой рюкзак и подойдя к охраннику, он быстрым движением протянул ему стеклянную бутылку, извлекая её из рюкзака. Тот, кинув на презентованный ему алкоголь быстрый взгляд, довольно ухмыльнулся и быстро спрятал её под куртку, прямо как заправский фокусник, раз — и нет бутылки, я стоял рядом, и даже не успел рассмотреть этикетку на ней. Показав нам фокус с исчезновением бутылки, он с улыбкой сказал:
— Так, на чем я там остановился? А, вспомнил, есть один шкет, он ещё мал, чтобы бегать с ними, но вхож в их компанию, он может знать, где они. Позвать его?
— Было бы хорошо, если он, конечно, вообще пойдет разговаривать с незнакомыми людьми.
— Пойдет, как минимум из любопытства и развеять скуку. А чтобы он точно захотел с вами побеседовать, есть универсальный метод, которым владеет этот товарищ, ждите тут. — проговорил он, указав на Кузьмича и, развернувшись, скрылся за дверью.
Мы все уставились на Кузьмича, он, польщённый таким вниманием, надулся от гордости и сказал:
— Что уставились, как бараны на новые ворота? Мелкому засранцу тоже надо будет дать что-нибудь в виде взятки, чтобы развязать язык, ищите в своих рюкзаках сладости.
Сняв рюкзаки, все начали рыться в них в поисках сладостей. Оказалось, что Кузьмич и Витя вообще не брали с собой в дорогу никаких шоколадок. Берсерк и Кирилл брали, только Берсерк уже давно стрескал свои, а после помог Кириллу уничтожить его. И только у меня нашлось два шоколадных батончика с названием одной планеты, названной в честь древнеримского бога войны. Будем надеться, этого хватит для получения информации от мелкого. Если он вообще ей владеет, а то возьмет шоколадки и скажет, что ничего не знает.
Мы успели посмеяться над Берсерком, беззлобно шутя по поводу того, что он уничтожил почти весь запас сладкого в отряде, когда наконец появился охранник вместе с мальчишкой лет одиннадцати на вид. Увидев меня с шоколадными батончиками в руках, охранник сказал, пареньку:
— Вот видишь, я не шутил, к тебе действительно пришли гости и принесли гостинцы.
Паренёк, одетый в цветастый спортивный костюм, со взъерошенными светлыми волосами на голове, заметил шоколадки в моих руках и жадно уставился на них, мне стало его жалко. Но, к сожалению, всем не поможешь. Поэтому, отбросив мысли о том, чтобы забрать его с собой, понимая, что внутри детского дома находится еще целая свора таких детей, я просто протянул ему угощения и сказал:
— Держи, это тебе, издалека, из другого города везли.
Он опасливо приблизился и забрал угощения, тут же повторив фокус охранника, быстро спрятав шоколадки в карманах. Похоже, фокусу быстро прятать предметы в этом деском доме обучен не только персонал. Улыбнувшись, я спросил:
— Мы бы ещё хотели увидеть свою знакомую, Алину, не знаешь, где она сейчас гуляет со своими друзьями?
— Знаю.
— Скажешь мне, где?
— Нет.
— Почему?
