идеально! Эта маленькая дурочка действительно улыбается всем подряд!
Только что Ханьсяо пускала слюни и смеялась, как вдруг громко расплакалась.
… Лин Чу снова получил от Лин Фэна.
В день праздника Ханьсяо прибыл неожиданный подарок. Увидев его, Лянь Шэн едва не заплакала, а руки И Цяньчэна слегка задрожали.
Это был маленький поясок с вышитой золотой рыбкой. Рыбка была настолько живой, что казалось, вот-вот уплывёт. Это была работа И Хуань — подарок для маленькой племянницы.
Лянь Шэн давно не слышала новостей об И Хуань. Позже, во время беременности, чтобы не волновать её, Сун Юань перестал сообщать что-либо об И Хуань, и И Цяньчэн тоже не упоминал о ней.
И Хуань была первым человеком, кто проявил к ней доброту, когда она два года назад вышла замуж в Шацзи.
После того как маленькая Ханьсяо наелась и уснула, И Цяньчэн отвёл Лянь Шэн в соседнюю комнату и рассказал ей об И Хуань.
— Когда я ещё был в Интуне, я уже знал, что Хуань покинула гору Цифэн.
Лянь Шэн удивлённо посмотрела на него. Она ничего об этом не знала.
— В то время Фу Чэньюй пропал уже три месяца. Мои шпионы в Юаньхуае сообщили, что он упал в ледяную реку и, скорее всего, погиб. Я отправил людей искать его вдоль реки Сяннао, но ничего не нашёл. Я знал, что не смогу скрывать это долго. Так и вышло: позже господин Фу И узнал об этом и подал в отставку, чтобы самому отправиться на поиски сына на север.
— Господин Фу И сказал, что за всю жизнь не был хорошим отцом. Когда Фу Чэньюй был ещё ребёнком, он не был рядом с ним. Теперь, когда с сыном что-то случилось, поздно сожалеть. Что бы ни было, он не хочет, чтобы его сын навсегда остался в холодной реке. Он хочет найти его.
Теперь Лянь Шэн поняла. Неудивительно, что она так давно не видела господина Фу И — он отправился на поиски Фу Чэньюя.
Не в силах сдержаться, Лянь Шэн спросила:
— Муж, ты думаешь, господин Фу жив?
И Цяньчэн задумался, затем честно ответил:
— Когда он упал в реку, была зима. Он был тяжело ранен, и ледяная вода сделала выживание почти невозможным.
Лянь Шэн знала, что он прав, но сердце её сжалось от печали.
Однако И Цяньчэн продолжил:
— Сначала я был уверен, что он мёртв, но теперь думаю, что он, возможно, жив.
Лянь Шэн широко раскрыла глаза. Он объяснил:
— После отъезда господина Фу И Сун Юань сообщил мне, что поведение Хуань кажется ему странным. Она отказывалась видеться с кем-либо из резиденции городского головы, а стража на горе Цифэн подчинялась только ей, поэтому Сун Юаню так и не удалось с ней встретиться.
Лянь Шэн кивнула:
— Тогда я написала Хуань много писем, но она не ответила ни на одно.
— Потому что её уже не было на горе Цифэн. — И Цяньчэн вздохнул. — Она никогда не планировала возвращаться туда — просто не хотела, чтобы я волновался. Никто не знает, куда она отправилась, но я подозреваю, что она поехала в Юаньхуай. Должно быть, она узнала о несчастье с Фу Чэньюем и решила найти его. Я не осмелился открыто отправлять людей на её поиски — это была территория Сян Ханя, и я боялся, что это подвергнет её ещё большей опасности. Молчание делало её безопаснее.
Лянь Шэн не могла поверить, насколько смелой оказалась И Хуань, отправившись одна в Юаньхуай! Она думала, что Фу Чэньюй испытывал к И Хуань чувства, но та никогда не отвечала ему взаимностью. Даже если между ними была какая-то привязанность, это не была любовь… и всё же на этот раз она последовала за ним.
Лянь Шэн догадалась:
— Ты думаешь, Хуань уже нашла господина Фу?
Она ласково провела пальцем по золотой рыбке на поясе. Восхитилась, как нужно быть спокойной и сосредоточенной, чтобы создать такую изящную работу.
Увидев, что она угадала, И Цяньчэн слегка кивнул. Она улыбнулась:
— Это прекрасно. Если и Хуань, и господин Фу в безопасности, то мы вернёмся в Шацзи и будем ждать, когда они придут домой.
Раз И Хуань знала о рождении Ханьсяо и даже прислала подарок, значит, у неё всё хорошо. Хотя И Хуань была хрупкой женщиной, не искушённой в сборе информации, Фу Чэньюй был другим — лучшим шпионом в мире. Должно быть, он рассказал ей!
В конце сентября И Цяньчэн и Лянь Шэн решили вернуться в Шацзи.
После всех их странствий она наконец осознала с ясностью, что, сама того не замечая, уже давно считала Шацзи своим домом.
Глава 55
Ранняя осень. Река мерцала лёгкой рябью под тонким слоем тумана, словно в волшебном сне.
Трое мужчин из рода Лин пришли проводить Лянь Шэн и И Цяньчэна. Лин Цзюяо чувствовал, как сердце его сжимается от тоски. Он украдкой бросал взгляды на Лянь Шэн, надеясь, что та назовёт его «отцом». Сколько ошибок он совершил в жизни, и лишь теперь осознал, что было для него самым дорогим.
Лин Фэн, старший брат, улыбнулся и произнёс с лёгкостью:
— Береги себя, сестра.
Его спокойствие и зрелость располагали к себе.
Лин Чу не скрывал своих чувств. Он с тоской смотрел на маленькую Ханьсяо, но та крепко спала, укутанная в тёплые одежды из-за холодного речного ветра. Виднелось лишь её розовое личико.
Лин Чу хотел поцеловать малышку, но, встретив ледяной взгляд И Цяньчэна, сглотнул и поспешил к Лянь Шэн.
То, что другие двое не решались сказать, Лин Чу выпалил без колебаний:
— Сестра, ты уезжаешь, и неизвестно, когда мы увидимся вновь. Ну назови меня хоть раз «Вторым Братом»! Как ты можешь оставлять своего доброго Второго Брата?
Лянь Шэн фыркнула:
— А кто виноват, что меня сюда похитили?
Лин Чу рассмеялся, смущённо почесав затылок:
— Моя ошибка.
Когда он вёл себя нагло, Лянь Шэн могла поддразнить его. Но когда он искренне признавал вину, она терялась. Наступило молчание. Пора было прощаться.
И Цяньчэн накинул ей на плечи плащ и тихо сказал:
— Иди. Иначе потом пожалеешь.
Лянь Шэн подняла на него глаза. Его взгляд был мягким, полным понимания и поддержки. От первых неловких слов между ними до нынешней гармонии — он знал каждую её мысль.
Она кивнула и подошла к городскому правителю Лину.
Он действительно постарел. Юношеская красота ушла, и даже самые сильные не могут избежать власти времени. Волосы Лин Цзюяо тронула седина, у глаз
