серебра. Не думаю, что у вас достаточно рычагов воздействия».
Де Гуань, сохраняя спокойствие, ответил: «Если мы начнём всё сначала, то это уже не будет Темной рекой. Поскольку вы хотите сохранить это название, у нас достаточно рычагов влияния».
«Довольно слов!» — воскликнул Су Чанхэ, делая выпад вперёд и целясь кинжалом в шею Де Гуаня.
Де Гуань в ответ издал презрительное фырканье и взмахнул своей судейской метлой. Они пронеслись мимо друг друга в воздухе, не успев нанести удар.
Су Чанхэ, с улыбкой вращая кинжал в руке, произнёс: «Неужели ты, находясь в своём божественном храме, позабыл, что значит убивать?»
Де Гуань замер, его судейская ручка упала на землю, а на запястье появилась тонкая струйка крови. Он с серьёзным видом произнёс: «Как стремительно он движется».
«Техника меча с дюймовым лезвием, способная поразить с точностью до дюйма», — с улыбкой произнёс Су Чанхэ. — «Как вы полагаете, с кем вы имеете дело?»
«Молодой человек, вы слишком самоуверенны», — раздался голос Тянь Гуаня за спиной Су Чанхэ, и он положил руку на его плечо.
Су Чанхэ слегка повернул голову и сказал: «А вот скорость господина Тянь Гуаня действительно поразительна».
«Одно нажатие, и ваше плечо будет повреждено», — произнёс Тянь Гуань с холодным выражением лица.
«Попытайтесь», — с вызовом спросил Су Чанхэ, приподняв бровь.
«Отлично!» — Тянь Гуань без колебаний усилил хватку, но плечо Су Чанхэ выскользнуло из его руки. Он был поражён «Техникой плавления костей».
«Ха-ха-ха», — рассмеялся Су Чанхэ, отскочив на три шага назад и вложив кинжал в ножны. — «Вам нужна сила Тёмной Реки, но мы не знаем, что вы можете предложить нам».
«Что вы имеете в виду?» — с серьёзным видом спросил Тянь Гуань.
— «Проведите переговоры. Проявите искренность. Забудьте о том, чтобы угрожать нам. Я надеюсь, что больше никогда не увижу ваших теней в этом убежище, иначе это будет означать взаимное уничтожение».
Су Чанхэ слегка приподнял голову и добавил: «Как вы знаете, я прекрасно знаком с взаимным уничтожением».
— «Очень хорошо».
Тянь Гуань и Де Гуань ушли вместе. Шуй Гуань, который до этого момента хранил молчание, наконец, заговорил: «Я восхищаюсь вами, Су Чанхэ».
Су Чанхэ с улыбкой вопросил: «Какое вы имеете право восхищаться мною?»
Де Гуань, полный негодования, обратился к Тянь Гуаню: «Мы просто так это оставим?»
Тянь Гуань, сохраняя невозмутимость, ответил: «Поскольку Су Чанхэ предвидел наше прибытие, он, вероятно, уже подготовился. Как он и сказал, сейчас нам нужна их сила. Если мы разорвём связи здесь, будет трудно объяснить ситуацию в городе Тяньци».
Шуй Гуань, слегка улыбнувшись, добавил: «Секта Теней в городе Тяньци пришла в упадок, в то время как Темная Река стала сильнее, чем прежде. Возможно, наш выбор мог бы быть…»
Глаза Тянь Гуаня сузились: «О чём ты говоришь?»
На въезде в деревню Му Юмо с любопытством взглянула на Сяо Чжаоян и спросила с удивлением: «Как такая красивая девушка может довольствоваться жизнью в такой маленькой деревне?»
«Какое отношение красота имеет к тому месту, где ты живёшь?» — с улыбкой вопросила Сяо Чжаоян. — «Это дивная деревня. Если бы ты задержалась здесь на некоторое время, тебе бы также не захотелось покидать эти края. Здесь всё иначе, нежели в большом городе — меньше спешки, как будто время замерло».
«Я уповаю на то, что у меня будет такая возможность», — с улыбкой отозвалась Му Юмо. — «Ты говоришь, что Су Мую похож на твоего старшего брата?»
— «По правде говоря, это не совсем так, — с улыбкой склонила голову Сяо Чжаоян. — Мой отец был учеником его отца, и, согласно правилам иерархии, я должна называть его дядей-мастером».
— «Я всегда думала, что скоро увижу его снова», — добавила она.
— «Вы встретитесь с ним очень скоро, — кивнула Му Юмо. — Он занят чем-то важным, но как только закончит, вернётся сюда. Я слышала, как он упоминал о приюте раньше — я думала, что это просто его мечта. Я даже представить себе не могла, что такое место существует».
Су Чанхэ подошёл, напевая какую-то мелодию:
— «Даже сейчас я всё ещё думаю, что этот парень, Су Мую, спит».
— «Всё улажено?» — Му Юмо оглядела Су Чанхэ, отметив, что он был безупречно чист и не имел никаких признаков драки.
— «Они пока ушлт, но мы не можем здесь оставаться, — сказал Су Чанхэ. — Вам с дорогой сестрой Су Мую следует отвести жителей деревни в другое место».
Сяо Чжаоян покачала головой: «Мы уже много лет живём здесь. Это наш дом, и мы не можем его покинуть».
Су Чанхэ обратился к ней: «Что для вас важнее — ваши жизни или деревня?»
Сяо Чжаоян похлопала по длинному мечу, висевшему у неё на поясе: «Мы можем защитить деревню сами. Это наше убежище, и если мы можем так легко его покинуть, то как же мы можем называть это место убежищем?»
Су Чанхэ обернулся к Му Юмо: «Хотя я всё ещё думаю, что ты не слишком умна, у тебя есть мужество. Юмо, собери наших людей, чтобы они охраняли это место. Как только мы с Су Мую всё уладим, не нужно будет никуда переезжать — это будет самое безопасное убежище».
Му Юмо вздохнула: «Я думала, что мы уже достигли конца, но оказалось, что это только начало новой войны».
Су Чанхэ посмотрел на небо: «Действительно. Но я чувствую, что пока я, Су Чанхэ, живу в этом мире, моя битва с ним никогда не закончится».
— «Хотя город Снежной Луны Синего Монстра ныне именуется главным городом цзянху, звание Военного города по-прежнему принадлежит Ушуану», — размышлял Су Чжэ, сидя на деревянной скамье в придорожной чайной, окутанной туманом.
Официант, с белым полотенцем через плечо и чайником в руках, громко возвещал: «Свежие цветочные пирожные, только что из печи!»
Улица была полна таверн и чайных домиков, наполненных непрекращающимися криками продавцов. Девушки-продавщицы цветов, украшенные гирляндами на головах, улыбались искренне и приветливо, а молодые люди в белых одеждах, проезжавшие верхом, носили на поясе мечи, искусно сделанные и казавшиеся способными быть разбитыми одним лишь прикосновением. Это было скорее похоже на украшение, нежели на главный город цзянху.
Могли ли все эти люди быть мастерами, скрывающими свои истинные способности?
— Господин, ваши цветочные пирожные готовы, — обратился к нему официант, подавая деревянный поднос.
Су Чжэ едва заметно шевельнул пальцем, и медная монета со
