Алоизо Сэлэмино задержался допоздна в своей ювелирной лавке. Вообще‑то лавкой это назвать было трудно, большой зал, где были выставлены ювелирные изделия и где они продавались, помещение мастерской и несколько кладовок занимали почти весь первый этаж каменного двухэтажного здания. На втором Сэлэмино жил, там ещё были комнаты прислуги и охраны. И в этот поздний час четыре охранника с собаками охраняли дом снаружи. Ювелир задержался в мастерской, надо было выполнить срочную работу, что не поручишь подмастерьям, ну и спешить‑то некуда — поднялся по лестнице и уже дома. На улице завыли собаки охранников, Сэлэмино недоумённо поднял бровь — чего это они?
— Апчхи! — раздалось из кладовой, довольно большого помещения, где хранился всякий хлам — стулья, столы, стеллажи–прилавки, всё это может понадобиться, но когда неизвестно.
— Апчхи! — снова кто‑то чихнул, ювелир даже не испугался, ну кто может пробраться в кладовую, где и окон‑то нет, только одна дверь? Да и закрыта она на засов, снаружи! Дальнейшее, если не повергло Сэлэмино в шок, то очень удивило. Засов сам по себе отодвинулся, и из кладовки вышла рыжая девочка, с каким‑то мешком в руках, даже не мешком — мешочком. Маленькая, рыжая и совсем голая девочка!
— А–а–а, э–э–э, — попытался собраться с мыслями ювелир.
— Здрасьте, — вежливо поздоровалась девочка и сообщила: — У меня к вам очень важное деловое предложение — давайте меняться!
— Э–э–э, а–а–а, — окончательно сбитый с толку ювелир не нашёлся что ответить на такое предложение, а девочка, подойдя к столу, высыпала на него содержимое мешочка.
— А! — Глаза ювелира сделались совсем круглыми, перед ним лежали необработанные алмазы, но какой величины! Даже после огранки им не будет равных!
— Так что? Будем меняться? — Прищурилась девочка. Сэлэмино наконец пришёл в себя:
— Что… Что вы за них хотите?
— У вас, — девочка назвала номер витрины и номер полки, — лежит жемчужный гарнитур. Там диадема, серёжки и бусы… Ну и колье, вот! Я это хочу.
То, что эта девочка хотела в обмен на алмазы, стоило баснословно дорого, но эти алмазы, даже не обработанные, были дороже на порядок. Ювелир судорожно сглотнул и кивнул. Затем, быстро огляделся по сторонам — не видит ли кто? Хотя кто тут может быть? Обмануть девочку и забрать алмазы — если такая мысль и мелькнула, то была ювелиром сразу отброшена. То, как девочка появилась, то, что она была голой и рыжей, неоднозначно указывало — это ведьма! Пусть маленькая, но ведьма! Ей зачем‑то понадобилась жемчужная коллекция, и она решила её честно обменять, а ведь могла же и так забрать! Её появление об этом даже не говорило — кричало!
— Ага, — удовлетворённо произнесла девочка и потянула Сэлэмино к большому стеклянному шкафу, служившему витриной. А около шкафа Алоизо вспомнил, что ключи у него в сейфе, на втором этаже. Он, смущаясь, сообщил об этом девочке. Та кивнула:
— Это не страшно, вы же разрешаете мне взять? Это же не так, будто я беру без спроса?
Ювелир судорожно кивнул, при этом совсем не удивился, хотя должен был — как эта маленькая девочка возьмёт жемчужные украшения? Шкаф хоть и имел прозрачные дверцы, по прочности и хитроумности замка не уступал сейфу. Хоть он и ожидал чего‑то подобного, то, что сделала девочка, снова вогнало Сэлэмино в состояние если не шока, то очень близкое к этому. Девочка провела рукой по дверцам, и они открылись! Удовлетворённо кивнув, маленькая ведьма собрала жемчужные украшения и направилась обратно к кладовке.
— Извините! — опомнился Сэлэмино, девочка обернулась и вопросительно посмотрела на ювелира, в этом взгляде было что‑то такое… Алоизо спросил совсем не то, что хотел: — А где вы взяли такие алмазы?
— Есть такой мир, называется Иптар… — улыбнулась девочка.
— Мир? — переспросил Сэлэмино. — Разве есть другие миры? Святая церковь…
— Есть, — улыбнулась девочка, — вот там я и взяла эти алмазы, там нет людей, там живут демоны.
— Демоны? — в ужасе переспросил ювелир, девочка кивнула:
— Ага, демоны и их слуги — птары, но вы не бойтесь, они сюда не придут, дороги не знают.
Девочка вошла в кладовку, и засов сам задвинулся на место. Там что‑то упало и всё стихло. Сэлэмино побежал к двери и, с натугой отодвинув тугой засов, открыл её. Хоть в кладовке было темно, но свет, падавший из комнаты, позволял разглядеть, что там никого нет! Только один из шкафов, ювелир точно помнил, что он стоял, лежал опрокинутый. Всё‑таки для дракона, пускай маленького, кладовка была тесновата, а Листику, чтоб «прыгнуть», нужно было сменить ипостась. А Сэлэмино так столбом и стоял, он вспомнил, где видел эту девочку. На последнем богослужении в храме он обратил внимание на изображение двух новых святых: девушку, типичную арэмийку, только очень красивую и рыжую девочку! Ювелиру стали понятны слова девочки о мире, где живут демоны! Святая Листик, ювелир вспомнил её странное имя, побывала в преисподней и забрала там эти алмазы, понятны стали слова этой девочки о том, что он может не бояться этих демонов — они не посмеют последовать за святой! Эта маленькая рыжая девочка совсем не ведьма — она святая! И он, Алоизо Сэлэмино, удостоился посещения святой! Он опустился на колени и стал молиться на дар святой, хотя что странного в том, что ювелир молится на алмазы?
Сэлэмино ошибался в своих суждениях, да и что может знать о других мирах, человек, пребывающий в уверенности, что его мир единственный? Переубеждать ювелира у Листика не было ни времени, ни желания, а она действительно побывала в мире, где небо переливается всеми оттенками бордового, фиолетового и тёмно–красного. Два солнца, светящие ярко–красным светом, не могут справиться с бордовым полумраком, царящем в том мире. Бордовые тучи пропускают мало света. Там среди гор, покрывающих весь тот мир, несутся бурные реки. На одной из таких рек птары — уродливые существа, ростом с высокого человека, но примерно в два раза толще и покрытые чёрно–бурой шерстью, своими кривыми лапами собирали большие алмазы. Собирали своему господину — демону, похожему и на птара, и на дракона, вернее драклана, в ипостаси дракона, покрытого местами черно–бурой шерстью, а местами — такой же чешуёй, с уродливой головой и крокодильей пастью. Он стоял в тени скалы, наблюдая за своими то ли слугами, то ли рабами. Они уже собрали довольно много этих драгоценных камней, так ценимых в других мирах, особенно населённых людьми. Очень многие за такие камни готовы отдать даже свою сущность, именуемую некоторыми душой. Изумрудно–золотистая тень, упавшая сверху, стремительно рванула обратно вверх, прихватив с собой две пригоршни больших алмазов. Птары просто не успели среагировать, а демон, проводив дракончика долгим взглядом, восхищённо произнёс:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
