— Листик — драконья всадница, у неё есть свой дракон, — пояснил Урторио Брямчемудрину. Сказал это второй советник громко, так чтоб услышал не только его сосед. Маги тоже услышали, впрочем, это их не очень удивило. Эта девочка преподносила сюрприз за сюрпризом. А верховой дракон… У склавонцев их не было, а вот у сабурманов, живущих в степи, они имелись, так что это не было таким уж дивом. Князь тоже воспринял это как должное, и то, что девочка с ведьмачкой направились на разведку, тоже было понятно.
— Други мои! — начал князь и, оглядев притихших людей, продолжил: — Коварный враг идёт на нас войной! Так не дрогнем же! Завтра выступаем ему навстречу, нельзя дать ему углубиться в наши леса! Не отдадим ему на разграбление наши города и сёла!
Князя поддержали одобрительным гулом все присутствующие, только Карэхита испуганно прижала к груди руки — Листик дракон и могучая волшебница, но даже ей не по силам драться с надвигающейся ордой, а вдруг она решит это сделать?
Глава шестнадцатая
Визит инквизиторов
Лэри де Гривз сидел на своём привычном месте — в кресле у камина. Сидел, закрыв глаза, и гладил Листика по голове, она, как всегда, устроилась на скамеечке у него в ногах. Победный бой у реки Смородинки, а потом поход вглубь владений герцога Вэркуэлла отняли у барона немало сил, и теперь он чувствовал себя хуже, чем обычно. Но это не отменило традиционных вечерних посиделок. Вот и сейчас в каминном зале собрались почти все близкие к барону люди: управительница Герда, главный старшина Фримуандидор, все четыре лейтенанта и капитан Норек. Уже обо всём поговорили, выпили по кружке грога, Листик — большую кружку молока. Теперь сидели и просто молчали, иногда такое молчание близких людей говорит больше чем оживлённая беседа.
А основной разговор был о бое с дружиной герцога Вэркуэлла, теперь каждый вспоминал о тех событиях. Вспоминали те, кто участвовал, и те, кто только по рассказам слышал об этом. Честно говоря, боя как такового и не было, но как сказал барон Дрэгис — была успешно проведенная боевая операция, в результате которой были достигнуты не только изначально поставленные задачи. Листик тоже вспоминала, только о другой боевой операции, в другом мире, о своём первом столкновении с настоящими воинами и их боевыми драконами.
— Господин барон, там к вам посетительница, говорит — срочное дело, — сообщил появившийся на пороге зала воин–норвей. Барон выразил своё удивление, лишь слегка приподняв бровь. Остальные оживились больше.
— Ага, — кивнула Листик, — это Олива, из монастыря урсулинок.
— Интересно, что привело её в столь поздний час? — Гуго Норек удивился не тому, что Листик назвала посетительницу, хотя та ещё и не вошла в зал, а то, что монашка пошла через лес на ночь глядя. Отправляться в дорогу, когда начинает темнеть, и завершать путь в темноте было довольно опасно, хотя Олива, бывшая сестра карротинка, могла за себя постоять. Действительно, вошедшая монахиня монастыря, совсем не воинственной, святой Урсулы–матери, подпоясанная мечом, в лёгком доспехе и с перевязью метательных ножей, больше напоминала не монашку, а воительницу, собравшуюся в поход. При виде так воинственно экипированной монахини лейтенанты заулыбались, а Гуго покачал головой:
— Напрасно ты доспех надела.
— Это почему же? — агрессивно ощетинилась сестра Олива.
— А на дерево взбираться будет трудно, — хихикнула Листик.
— Да, если какой зверь нападёт, то лучше от него попытаться уйти, а не злить. Тем более не драться, это если ты один, — поддержал девочку один из лейтенантов.
— То‑то тебя, Урхо, когда ты первый раз с хоротом повстречался, с дерева снять не могли, — засмеялся лейтенант Варек.
— Ну а ты, Лурело, помнишь, как от дохлой гарымзы шарахнулся? — не остался в долгу лейтенант Тарек.
— Полноте вам, — вмешался Норек, — дайте сестре Оливе сказать, она же не на прогулку на ночь глядя в лес отправилась, значит, была причина. И веская причина!
Бывшая карротинка если и обиделась на подначивания лейтенантов, то виду не показала. Она обратилась прямо к барону:
— В монастырь прибыли братья–инквизиторы, комиссия по расследованию!
— Что же они тут собрались расследовать, в пограничье‑то? Здесь под каждым вторым кустом нечисть или нежить притаилась. Об этом все знают, но что‑то раньше этих ревнителей чистоты не было, — удивился Гуго Норек, лейтенанты поддержали его громким хмыканьем, барон приоткрыл глаза и спросил:
— Дракон?
— Не знаю, скорее всего, — пожала плечами сестра Олива, — но мать–настоятельница велела вас предупредить. Вообще‑то я и сама хотела, но мать Русилина…
— Понятно, — де Гривз снова прикрыл глаза и тихим голосом продолжил: — Листик, девочка моя, эти инквизиторы, скорее всего, прибыли, чтоб расследовать жалобу Вэркуэлла, помнишь, Реджил предупреждал, что герцог напишет жалобу. Судя по тому, как быстро прибыла эта комиссия, так оно и вышло.
— Ага, — кивнула Листик, а барон Дрэгис так же тихо продолжил:
— Кто‑то в палате пэров оказывает покровительство Вэркуэллу, причём этот кто‑то очень влиятельный.
— Лэри, ты думаешь это король? — спросил Гуго Норек, хоть как ни тихо говорил де Гривз, все присутствующие его внимательно слушали.
— Нет, Гуго. Если бы это был король, то тут был бы коронный инспектор с приставами и приказом… Может, даже о лишении меня баронства. Ведь формально пограничье — это земля короны. Мы, местные бароны, как бы только управляющие.
— Но почему тогда Вэркуэлл напал? Как он осмелился посягнуть на королевские земли? — вскинулся Гильемо, он переживал, что тот бой прошёл без его участия. Барон чуть заметно усмехнулся:
— Я же говорю — влиятельный покровитель. Потом владение баронством можно было бы переоформить через палату пэров и дать королю на подпись уже готовое решение. Король Саеш Третий — слабый король, совсем не похожий на своего отца и против герцогов из палаты пэров не пойдёт. Он подпишет передачу баронства или части его Вэркуэллу, узаконив захват. Но захвата не произошло. Если бы я захватил часть вэркуэлловских земель, как ты Гуго предлагал, то его жалобе дали бы полный ход, а так… У него против меня ничего нет, вот он и уцепился за запрещённое колдовство, а это прерогатива инквизиции.
— Ага, — снова кивнула Листик и с очень озабоченным видом спросила: — Что бодаться будут? Попробуют забодать?
— Кто? — удивился капитан Норек.
— Ну, эти, которые не просто рогатые, а прерогатые… Которые из инквизиции.
— Листик, — погладил дочь барон, — прерогатива — так говорят, когда имеют в виду, что подобными делами могут заниматься только братья–инквизиторы. Хотя забодать они очень даже могут.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
