Тилар, увидев, что скрывается под повязкой, удивленно открыл рот.
Второй рукой он машинально растирал колено. Нога точно была вывернута.
— Похоже, все возвращается, — пробормотал Роггер.
— Что возвращается? — спросил Ширшим.
Вор покачал головой.
Старик присел на корточки, перевел взгляд с Тилара на Роггера.
— Молчание хорошей службы тут не сослужит, — сказал он наставительно, как в классе перед учениками. — Мне нужно знать все.
Тилар кивнул.
— Мою историю вы наверняка слышали. Рыцарь-калека, которого исцелила, умирая, Мирин с Летних островов. Одновременно она вселила в меня своего наэфрина, божество нижнего мира.
— Кто же этого не слышал?
— Но мало кто знает, что, когда наэфрин получает свободу, я снова становлюсь увечным. — Тилар показал старику скрюченную руку. — Но с возвращением демона все проходит. А сейчас…
Договорил за него Роггер:
— Он не сумел выпустить своего хаула там, у Охотницы. И похоже, постепенно опять превращается в калеку.
— Началось с мелочи. Палец сросся криво. Но… чем дальше, тем хуже. Я не знаю, почему так и что это предвещает.
Ширшим принялся расспрашивать Тилара о его старых ранах и переломах. Тем временем мальчики смастерили вторые носилки.
— Давайте отнесем вас в лагерь, — сказал мастер, поднимаясь на ноги. — Хотелось бы как следует изучить эту загадку. «Случается часто, что по одной нити мы угадываем целый узор».
— Тирриан Балк, — заметил Роггер.
Ширшим покосился на него.
— Арифроматика вы тоже читали. Надеюсь, расскажете однажды, где вы учились.
Тилара уложили на носилки, и отряд начал подниматься в гору по крутой извилистой тропе, должно быть оленьей. Она петляла среди скал, что громоздились друг на друга на склонах горы, которая звалась Наковальней.
По пути очнулся Брант. Забормотал что-то, попытался сесть на носилках.
Лорр придержал его за плечо.
— Лежи.
— Где мы?..
Дарт взяла его за руку, успокаивая.
— Идем в лес. Ты отдыхай пока. Как доберемся, все расскажем.
Он повернул к ней голову. Легонько сжал ее пальцы, так ласково, что сердце Дарт мигом согрелось и дорога стала казаться легче. Потом вроде бы снова задремал.
Еще через несколько поворотов открылся вид на черную реку. Путники забрались уже высоко. Река вдали описывала круг, словно желая вернуться к возвышавшемуся на юге пику. Противоположный берег утопал в зелени, все остальное было скрыто туманом. И кастильон Охотницы тоже.
Потом тропа снова углубилась в лес. И совсем скоро отряд вышел на небольшую поляну, где был разбит лагерь юных охотников. Тот представлял собой всего лишь растянутые на низких ветвях холщовые пологи и плетеные гамаки, подвешенные выше.
Встретили их здесь совсем маленькие дети да старики. Некоторые настороженно попятились к лесной опушке, готовые бежать, — особенно когда увидели Малфумалбайна. Какойто малыш заревел и спрятался за юбку старухи, опиравшейся на посох.
— Не съест он тебя, — принялась успокаивать его та.
— Драл так съел бы, — проворчал великан, проходя мимо. — Правда, полазив по этим горкам, я тоже не стану привередничать.
Теперь можно было присесть и перевести дух. Путникам принесли в кожаных флягах воду — кисловатую на вкус, но Дарт она показалась слаще вина.
Тилар слез с носилок, прилег на траву.
Ширшим ушел куда-то и вернулся с книгой под мышкой.
— Давайте-ка разберемся с вашими увечьями. Какие раньше были, какие имеются сейчас. Посмотрим хотя бы, что за узор образуется… если удастся.
Тилар со стоном сел.
— Мне уже лучше.
— Передохнул, пока тебя тащили, — буркнул Роггер. — Вот и лучше.
— Отдых не распрямит кривую кость, — поддержал его Ширшим. И жестом велел Тилару улечься снова. — Хотелось бы для начала взглянуть на знак, которым пометила вас Мирин. Это ведь через него входит наэфрин, когда возвращается?
Тилар скривился, но больше ни на какие протесты сил у него не хватило. Роггер помог ему спустить с плеч плащ теней, расстегнуть нижнюю рубаху. Та была насквозь мокрой от пота.
Сняв ее с Тилара, вор состроил кислую гримасу.
— Видела бы Делия, как ты разбрасываешься гумором, пилила бы тебя с утра до ночи.
Он выкрутил рубаху, выжал пот в маленький костер, окруженный камнями. Пламя под воздействием Милости зашипело и угасло.
Тилар с обнаженной грудью откинулся назад, прислонился к носилкам, утомленный даже таким ничтожным усилием. Правда, после отдыха лицо его все же слегка порозовело.
Ширшим склонился над ним, разглядывая черный отпечаток посередине груди — знак Мирин. Протянул к нему руку.
— Можно?
Тилар устало закрыл глаза.
— Делайте, что считаете нужным.
Ширшим обвел пальцем очертания черной ладони, потом коснулся самого знака.
Дарт, которая стояла рядом, обхватила себя руками и поежилась. После событий в Чризмферри она впервые снова увидела эту отметину. И ей стало не по себе. След ладони походил на колодец, полный черной воды. Казалось, рука мастера сейчас провалится внутрь.
Но тот нащупал лишь кожу.
— Ничего дурного не чувствую, — сказал старик. — Давайте посмотрим колено. Штаны придется снять. — Он посмотрел на Дарт и Каллу. — Немного скромности не помешает.
Соратница Кревана пожала плечами и отошла к костру в стороне, над которым жарился кролик. Дарт хотела отвернуться и вдруг уловила краем глаза какую-то вспышку.
Тилар, приподнявшись на локте, стягивал с себя пояс с мечами.
— Погодите, — сказала девочка. — Мне показалось, я чтото видела… — и пригнулась к знаку Мирин.
Он тоже посмотрел на свою грудь, сдвинул брови.
Сейчас, с близкого расстояния, девочке почудился водоворот в глубине черного колодца. То же самое Дарт видела в Чризмферри — кто-то шевелился внутри, баламутя темную поверхность.
Наэфрин.
Но внимание ее привлекло совсем не это.
Ширшим нетерпеливо вздохнул.
— Уверяю тебя, дитя мое, там ничего нет.
Роггер вступился:
— Пусть посмотрит. Глаза у нее малость поострее наших. Видят то, чего не замечают другие, — и подмигнул ей.
Дарт застыла в ожидании, вглядываясь в след, оставленный умирающей богиней. Неужели показалось?..
И тут сверкнуло снова.
Быстрой змейкой проскользнул внутри знака зеленый огонек и пропал. Ушел на дно черного омута.
— Вы видели? — вздрогнув, спросила Дарт.
Ширшим покачал головой, наклонился, чтобы рассмотреть знак еще раз.
Тилар встретился с ней глазами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
