Вера потихоньку втягивала меня в серьезный разговор. Она открывалась мне с другой стороны, и от этого я начинал любить все сильнее и сильнее, и моя воля уходила неизвестно куда, словно стиснутая паутиной ее слов.
– Вы думаете, сказки все врут? - воодушевилась девушка. Наверное, у нее давно не было такого благодарного слушателя.- Ничего подобного, это - мудрость веков. Вот, к примеру, легенда о живой и мертвой воде… Последней сейчас просто полно - Природу сильно загадили, во всех газетах пишут. От ядохимикатов и удобрений масса заболеваний, вплоть до генетических, наследственных. Сточные воды переполняют водоемы - пожалуйста, кишечные болезни… Еще примеры нужны? Пожалуйста: мы обрабатываем сейчас пестицидами 87 процентов сельскохозяйственных земель - больше всех в мире. И подавляющая часть препаратов до “мишеней” - сорняков и вредителей не доходит, зато губит ни в чем не повинных соседей, отравляя окрестную почву, реки, озера. Ущерб рыбному хозяйству страны от химического загрязнения водоемов выражается многомиллионными цифрами. Оно повинно в трети гибели рыб в наших пресных водоемах. Пчелы опыляют большинство цветковых растений, но гибнут от пестицидов. Ежегодный убыток для нашей казны - еще два миллиарда рублей.
– А если сдобрить воду травами? Знать надо только, какими и в каких количествах, вот в чем наука. Тогда не просто живая вода - эликсир получается! И он нам совершенно необходим,- говорит Вера.
Она вскакивает из-за стола, наклоняется к кровати и тащит из-под нее тяжелый чемодан. Раскрывает, показывает: - Вот она - мудрость веков!
Чемодан полон книг, есть среди них и совсем ветхие. По названиям на обложках вижу- травники, справочники по лекарственным растениям, научная литература… тоже о травах.
– И что, травы от всех болезней помогают?
– Конечно,- девушка бережно закрывает чемодан и задвигает его обратно под кровать. Возвращается к столу, потирая руки, и наливает себе новую чашку чая. Пьет мелкими глотками, внимательно смотрит на меня.
– Не верите, да?
– Да как сказать? - Мне совершенно не хочется обижать ее. - Просто не сталкивался с этим… До сегодняшнего дня.
– Так давайте устроим маленький экзамен. Вы будете называть болезнь, а я говорить - какой травой ее лечить.
– Хорошо,- соглашаюсь я. Проверить мне ее, конечно, трудно, справочников не налистаешься, но обманывать она, чувствуется, не умеет.- Давай. Чем больное сердце исцелить?
– Адонисом, боярышником, пустырником, валерианой, земляникой, ромашкой, спаржей, огнецветом, шиповником, гречихой посевной, хвощом полевым…
Вера говорит без запинки, ясно, знает хорошо. В необычном экзамене ее ничто не смущает, девушка в своем усердии спокойна и естественна. Ну что ж, посмотрим дальше: - Ас ангиной как бороться?
– Береза, душица, земляника, лук репчатый, ромашка, черника, ноготки…
– Белокровие?
– Донник, вербейник, окопник, сосна сибирская, морковь, земляника, крапива…
– И зрение можно улучшить?
– Кровяк, черемуший цвет, вороний глаз…
– И камни в почках ликвидировать?
– Синяя юбочка, вереск, калина-ягода…
– Да ты просто молодец! А можно еще вопрос? Вот есть такое растение-элеутерококк…
– Он имеет названия и попроще,- мгновенно стала отвечать девушка.- Чертов куст, дикий перец, нетронник - потому что кусты колючие.
У растения сильные тонизирующие свойства, противосклеротическое действие, понижает содержание сахара в крови… плюс к этому широкий спектр защитного действия, не хуже антибиотиков.
– Шалфей?
– Регулирует деятельность желудка, при хроническом бронхите очищает дыхательные пути, оздоровляет печень и почки. Полезен при воспалениях горла, при ангине. Очень хороши шалфейные ванны - при радикулитах, невритах, ревматизме…
Наша оживленная беседа начинает затухать. Оно и понятно, дело к полночи, да и я отяжелел от выпитого чая - все-таки мы почти весь самовар опорожнили. Ну и конечно, слабость после болезни давала о себе знать.
Вера еще рассказывала, как она собирает травы, как сушит их, как готовит сборы для сельчан. Заметив, что у меня постепенно слипаются глаза, она быстро постелила мне на кровати отца, которого ждала весь вечер. А папаня отправился еще утром на соседний хутор, это рядом - километров десять, двоюродный племянник женился. Так что теперь наверняка не придет ночевать, поздно ведь! Вера же, конечно, осталась присматривать за пчелами, и я вяло, но вполне умиротворенно подумал, что это очень хорошо - завтра опять смогу поговорить с этой милой, славной девушкой, душа которой не испорчена цивилизацией и столь щедра… Вера помогла мне лечь поудобнее, заботливо укрыла одеялом.
Я закрыл глаза и сразу же провалился в сон.
…Мне сильно давили на ноги. Открыл глаза и увидел: Вера забралась на мою кровать, забилась в угол, подальше от странного явления в противоположном конце комнаты.
“Пожар?” - мелькнула острая мысль. Да нет, не пожар. Приглядевшись, понял, что это больше походило на гирлянду маленьких лампочек, на колонию светлячков, устроивших сбор.
– Что это? - шепотом спросил я, потому что говорить громко казалось кощунственным, словно голос мог разрушить это нагромождение огоньков.
– Это зацвел тысячелетник,-также тихо, но совершенно спокойно ответила Вера.- С детства была уверена, что мне доведется это увидеть.
Предчувствие не обмануло. Нам необычайно повезло. Ведь тысячелетник - старший брат алоэ, он цветет раз в десять веков… Есть и предание: кто съест кисть этих желтых цветочков, напоминающих маленькие трубочки, тот обретет совершенно необыкновенные для человека качества…
– Так, цветы уже налились в полную силу,- девушка вскочила с кровати.- Ну что же ты? - Вера как-то совершенно органично перешла со мной на “ты”.
– Бред какой-то,- непроизвольно вырвалось у меня.
– Ну что же ты, Слон? - еще раз, совсем жалобно, просяще проговорила Вера.- Да ты действительно просто толстокожий! Давай руку, быстрее, быст…
Все смолкло. И свечение пропало. Точно, бред, порождение моей непонятной болезни.
Я встал, чиркнул спичкой. Слабый огонек с трудом разогнал тьму.
Никаких цветов, естественно… Правда, у горшка с засохшим алоэ в углу отсвечивал какой-то налет, но это мог быть и рассыпавшийся табачный пепел, и обычная бытовая пыль. Хотя… на ней еще виднелись небольшие следы босых Hoг… но и эти следы постепенно покрывались налетом, и через несколько секунд их уже нельзя было различить.
Чертовщина какая-то! Чего только в кошмарном сне не. привидится.
Болезнь выходит, точно.
“Вера, наверное, давно спит,- подумал я.- Ладно, завтра с ней еще успеем наговориться… Интересно, кстати, а что ей снилось?” Я ощупью нашел свою кровать, лег и накрылся одеялом с головой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
