Через минуту-другую взорвался помост. Он вспучился, заходил волнами и разлетелся огненным бензиновым вихрем. Похоже, под ним был склад ГСМ.
Вся площадь горела. Уцелевшие роботы катались по снегу, сбивая пламя с одежды,- уже не разберешь, где немцы, где партизаны, где местные жители… Зрители, не дожидаясь сигнала о конце представления (их тоже чуть не залило), спешно покидали бункеры.
Площади больше не было. На ее месте простиралось грязевое поле.
Снег растаял и, смешавшись с землей и сажей, медленно стекал в огромную воронку, возникшую на месте помоста. Зловещими островками в грязи чернели обугленные трупы. Все. Спектакль окончен. И закончился он, безусловно, полным провалом.
Ассистент Режиссера выбрался из бункера, когда все зрители уже ушли. Его кабинка находилась у самой границы площади, в первом ряду, и зрелище горящих заживо людей подействовало на него очень плохо.
А знал ведь, что это не люди, а всего лишь роботы, играющие роль людей.
Что они могут? Работать и умереть на рцене. Пусть каждый занимается тем, для чего предназначен.
Но с детства усвоенная истина почему-то не помогла. Ассистента вывернуло наизнанку, прополоскало так, что еле пришел в себя. Такой вот получился у молодого человека дебют в качестве ассистента Режиссера.
Пусть каждый занимается тем, что может.
Обогнув грязевое поле, ассистент остановился возле того места, где, нафаршированный свинцом, лежал Рыжий. В свое время этого робота построили по спецзаказу на роль главаря шайки викингов, опустошавших побережье озера, что примыкает к. Ретро-Парку. Но, судя по всему, конструкторы ошиблись. Рыжий получился настолько дюжим, выносливым, живучим, что достойный отпор ему дать не мог никто. Игра потеряла интерес, и Рыжего потихоньку убрали на склад. Там его и откопал ассистент. Разве так уж важно, что Рыжий не принадлежит к классу “Ф”? - подумал он. Робот обязан сыграть любую роль, которую впишут ему в программу.
Огненно-рыжие, перепачканные кровью волосы викинга переплелись с золотистыми, на удивление чистыми девичьими локонами. Смерть стерла с Рыжего звериный оскал. Ощущение силы осталось, но появились в его облике спокойствие, умиротворенность.
Ассистенту хотелось посмотреть, жива ли девушка, но он не решался тронуть Рыжего. Тот заслужил право на покой.
Встрепенулись рыжие волосы-кудри. Захлопали крылья. Рядом с ассистентом приземлялась огромная птица. Вернее, махолет, которым управлял… эх, знал бы офицер, что за “птичке” он в лапы попался!
– А я уж подумал, что вы убежали вместе со зрителями,- сказал Режиссер, сердечно улыбаясь.- Коллега, помогите, пожалуйста, отстегнуть эти несуразные крылья.
Режиссер - милейшей души человек. Вместо того, чтобы отругать ассистента за сорванную постановку, принялся его успокаивать. Мол, задумка с Рыжим была хороша. Колоритней фигуру на роль палача подобрать было невозможно. Однако впредь, молодой человек, не устраивайте подобных сюрпризов, советуйтесь со мной. Я все-таки опытнее.
Совместными усилиями мы бы вовремя обезвредили недоноска-офицера, испортившего нам игру. Чертов стрелок! Ну, он у меня получил!
Темпераментно встряхнув кулачком и переведя дух, Режиссер продолжал:
– Представляю, какой боевичок можно было закрутить с помощью вашего людоеда.- (Мечтательный вздох.) - Нет, психологическую драму! Заметили, палач собирался пойти именно по той дороге, по которой ехали партизаны. Вот была бы встречка! Как вы думаете, отдал бы он свою добычу без боя? - Режиссер шлепнул себя радостно по пухлой ляжке.Да он бы размазал наших косолапых мужиков по дороге ровным слоем! Он воплощает в себе бунт индивидуальности против общества не потому, что оно чересчур плохое или хорошее, а потому, что оно ограничивает его личную свободу. Наш герой - великий анархист! А на зрителей не обращайте внимания, - перевел тему Режиссер.Эти потребители культуры только задним умом сильны. Не было еще скандала, который бы я не обратил себе на пользу. Подождите, критики еще скажут: находка с палачом-бунтарем гениальна. О прощальном же нашем фейерверке напишут следующее: он символизирует апокалипсис войны, в огне которой сгорают все - и жертвы, и палачи. Спектакль - гимн пацифизму. На войне победителей быть не может!
Но тут ассистент сказал:
– Ничего я от вас не скрывал. Никакой у меня задумки с Рыжим не было.
Режиссер изменился в лице: - Как? Вы не меняли ему программу?
– Конечно, нет. Ума не приложу, что с ним случилось. Он не мог, не должен был ослушаться офицера.
– Вы… уверены, что ничего не меняли? Может, напутали чегонибудь? Случайная ошибка…
– Нет,- сказал ассистент и жестко посмотрел в глаза Режиссеру.Никакой ошибки. Перед спектаклем я все проверил. У него стояла программа “Ф”.
– Так… я давно подозревал, что они опасны. Вы не представляете, с кем приходится работать. Уже давно жду - кто-нибудь из них “случайно” в меня выстрелит. У меня предчувствие. Вот, посмотрите, хожу в бронежилете. Но чтобы они так нагло, в открытую начали нарушать сценарий… Всех спишу, всех! Закажу новых, с тройным контролем, с реле самоуничтожения.
Со стороны площади шел робот. Это был робот-партизан, по прихоти судьбы переживший своих товарищей. Он сильно обгорел, ничего не видел.
Он был слеп. И - надо же такому случиться - налетел на Режиссера.
Удар получился в спину, не очень сильный, но Режиссер пронзительно (ну как свинья под ножом) завизжал и в мгновение ока очутился за спиной ассистента. А партизан, даже ничего не почувствовав, продолжал идти. Он старательно зажимал руками пустые глазницы.
– Ах ты, бандит! Видели, что творят!
– Бандит… Вы назвали его так же, как фашисты.
Ничего не ответив, Режиссер в два прыжка догнал робота, грубо вывернул ему руку, и затем с видимым наслаждением вырвал у него из груди энергетическую трубку.
– Так-то вот!
– Когда-нибудь они до вас доберутся,- сказал ассистент, и кулаки его непроизвольно сжались.
– Вы так считаете? - Глаза Режиссера вдруг стали бешеными, такими же, как третий, сверлящий душу глаз на берете.- А за себя не боитесь? Ведь вы выполняете мои приказания. Допустим, я бы поручил отобрать у этого людоеда,- он пнул ногой тело Рыжего,- девчонку. Вас бы он пощадил? Кстати, посмотрите, пожалуйста, не раздавил ли он ее. Мне она еще пригодится. Хочу поставить спектакль про офицерский публичный дом. Ну, чего вы ждете?!
– Нет,- прошептал молодой человек.- Нет.
– Хорошо, справлюсь сам,- внезапно успокоился и деликатно улыбнулся Режиссер. Он опустился на- колени, ухватил Рыжего за плечо и с неожиданной даже для такого, как он, крепыша силой рванул на себя.
И снова девушка увидела небо. Она лежала на спине, не в силах пошевельнуться, но живая. Рыжий надежно укрыл ее собой от пуль, от огня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
