Знатного покровителя у меня нет. Сэр Робер Беркана не в счет — он далеко, да и спасенный мною инквизитор его прекрасно знает. Кроме того, у молодого герцога сейчас своих проблем полно: сестра-колдунья, разборки со сводным братом, проклятие над семейством… Анджелин Мас хоть и считается мне побратимом, но до Больших Звездунов еще дальше ехать. Да и не такого высокого полета птица граф, чтобы «прикрыть» некроманта от инквизиции. А после того, как месяц назад отказался ему помогать и спас жизнь леди Гемме, вряд ли он захочет иметь со мной дело. Мэтр Куббик тоже не в счет. Он сам некромант, его заступничество будет выглядеть по меньшей мере подозрительно. Мэтр Йож Белла? Тот, у которого рыльце в пушку и который меня же и подставил? Еще чего! А кто еще?
Нет, кое-кто есть, но вот захочет ли она? Да и не настолько она всемогуща, если разобраться. В свое время Смерть не смогла защитить сэра Вайвора Маса, прадеда Анджелина, когда того арестовала инквизиция за якобы убийство наследника престола. А ведь он был тогда ее временным супругом! Чем лучше я? Мы тем более в ссоре… Разве только…
Идея, конечно, бредовая и мне откровенно не нравится, но…
Ладно, рискну! Редко какой бог отказывался от такого подношения.
Через несколько минут после того, как некромант ушел, его пациент перестал изображать спящего и открыл глаза. Да, слукавил, ну и что? У каждого инквизитора в процессе обучения вырабатывают высокую сопротивляемость ядам и менее опасным сонным настойкам. Никто ведь не знает, на что готовы пойти враги, чтобы убрать с дороги служителя светлых богов!
Итак, где мы? В доме мэтра Беллы? Отлично! Не придется его искать. Сам некромант здесь? Еще лучше — и его тоже не надо преследовать по всему материку. Он оказался настолько беспечен, что ушел, оставив гостя одного? Вообще прекрасно! Гостю в такой ситуации намного легче справиться со своей миссией!
Инквизитор осторожно приподнялся, стараясь не повредить лишний раз изодранный упырями бок, и встал на ноги. Раны болели. Ничего, есть время прийти в себя и хорошенько обдумать создавшуюся ситуацию. Что-то в ней было неправильно, но из-за головной боли инквизитор не мог сосредоточиться.
Местный храм Смерти располагался возле нового кладбища, устроенного на окраине города. Я уже был там некоторое время назад, когда решил нанести коллеге Твисту визит вежливости. Решение о походе явно было принято в состоянии умопомрачения, поскольку мы с женой находились в ссоре. Да и племянничек мэтра Твиста Дубин-младший не далее как вчера совершил убийство человека, чему я был свидетелем. По понятной причине с этой парочкой мне очень не хотелось встречаться, но делать нечего: посоветоваться было необходимо.
День выдался солнечный, светлый, хотя и несколько прохладный. Дорожка до храма была чисто выметена, двери распахнуты настежь. Еще на ступеньках в нос ударил резкий пряный аромат курильниц, и, переступив порог, я увидел, что подножие статуи Смерти завалено сломанными цветами и подношениями, а на специальных подставках справа и слева полным-полно свечей. Свечи были повсюду, легкий дымок от них струился в воздухе, запах травы из курильниц и воска был просто невыносим.
Богослужение только-только закончилось. Монахи-«смертники» в белых одеяниях один за другим покидали храм. Среди них затесалось несколько посетителей в богатых одеждах с траурными повязками. Человек десять явно из числа знатных горожан — мужчин и женщин. Немногочисленные охранники топтались сзади. Я скромно прижался к стеночке, пропуская народ. Мужчины были задумчиво-сосредоточены, женщины — в печали, подлинной или мнимой. Видимо, накануне умер кто-то значительный. Хотя что я гадаю? Вчера ночью действительно расстался с жизнью некий молодой человек… Гжесь, кажется? Неужели он настолько знатен? Судя по дорогой ткани его камзола и штанов — да. Но кем он был?
— А вы что тут делаете, сударь? — Следовавший за знатью один из «смертников» задержался возле моей скромной персоны. — Сегодня и завтра храм закрыт для посещения!
— Простите, — пришлось изображать раскаяние, — я приезжий, ничего не знаю… Что-то случилось?
— Вы не знаете, — монах вздохнул, — вчера ночью зверски убили сына нашего градоправителя Гжеся Вайду Добринского.
Ой, мама! Я привалился к стене. Сын градоправителя! Как все плохо! И меня его приятели видели возле трупа… Нет, сильно сомневаюсь, что посмертный допрос что-то даст против меня. Я же отпустил его душу, она успела вкусить верескового меда и вряд ли сможет что-то вспомнить. А если вспомнит? Дубин-младший промахнулся, он не добил свою жертву, это совершенно случайно сделал я, по-простому выдернув осиновый кол из раны. С формальной точки зрения я — убийца… Эх, если бы удалось доказать свою невиновность… Вот бесы!
Очень захотелось бежать сломя голову подальше отсюда. Тут всего в десятке саженей от стен храма стоят кельи монахов, а за ними — башня некромантов. До нее рукой подать. Мэтр Твист со своим непутевым племянником наверняка там или у градоправителя, дают показания. А какие еще показания может дать дядя, племянник которого так опростоволосился? Конечно, свалить всю вину на постороннего! На меня, что характерно!
Пока я ломал голову, люди вышли из храма. Внутри осталось лишь двое «смертников», которые принялись за уборку. Все правильно! Через несколько часов после того, как с телом покойного Гжеся простятся родственники, домовину доставят сюда. Тут, подле статуи богини, она простоит до завтрашнего утра. Назавтра будет еще одно торжественное богослужение с отпеванием тела, и уже потом только — сами похороны. Наверняка в фамильном склепе рода Вайда сейчас идут лихорадочные приготовления. Но мне-то что за дело? Я должен как можно скорее убираться из города, если не хочу неприятностей на свою голову. Но прежде…
Оглянувшись на уборщиков, я на цыпочках подбежал к статуе. Изваяние моей жены местный скульптор явно ваял с какой-то хорошо знакомой ему женщины — слишком много было индивидуальных черт. Наверняка сестра, жена или дочь. Порывшись в сумке, достал свечу и осторожно зажег ее, установив возле выглядывающих из-под подола ступней. Каждый некромант знает назубок несколько молитв-заговоров, обращенных к Смерти, — как-никак мы с нею работаем. Но сейчас слова не шли на ум.
— На море-океане, на острове Буяне, — зашевелились наконец губы. —
На море-океане,На острове БуянеЛежит бел-горюч камень.Там дева живет,Кудель прядет.Кудель прядет —Меня в гости ждет.По нити пойду —Судьбу обрету.Судьбу обрету —Свою смерть найду…
Тут, в общем, это… Ну… Проблема у меня. Надо где-нибудь пересидеть… Ищут меня… Но я ни в чем не виноват — ты знаешь. Просто я… В общем, долго рассказывать, а у меня нет времени… Но если ты меня прикроешь, то…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
