Ди умолкла на мгновение, но Джейн все еще слышала, как та неловко переминается с ноги на ногу за дверью.
– Эм-м-м… Просто Мисти уже на полпути сюда, и большей частью, чтобы повидаться с тобой. Я надеюсь, ничего страшного, просто она вся распереживалась, я же не знала, что ты по утрам не в духе.
Джейн швырнула подушкой в дверь. Та шмякнулась об дерево предательски бесшумно. Теперь ей ничего не оставалось, кроме как отбросить кремовое одеяло, спустить ноги на пол и направиться в ванную. Она была довольно тесной, но, стоя с закрытыми глазами под водопадом душа, она почти могла представить себе, что последнего месяца вовсе не было, что он приснился ей в кошмаре, и она сейчас проводит медовый месяц в Белизе. С Малкольмом. Она вздохнула и не глядя потянулась за полотенцем. С романтикой в их отношениях было покончено, это уж точно. Слишком много тайн, слишком много запоздалых признаний. Никакое количество обаяния, внимания, денег, привлекательности или даже фантастического секса не могло восполнить пропасть, простершуюся между ними. И все равно, не самая плохая компания, чтобы безвылазно застрять в райских джунглях… Убедившись воочию, как кропотливо он продумал их жизнь после бегства от Линн, она больше чем когда-либо беспокоилась о его благополучии. «Ему нужен кто-то, кто заботился бы о нем так же хорошо, как и он обо мне», – подумала она с грустью, кутаясь в махровый халат, который хозяин квартиры явно стащил в свое время из какого-то очень приличного отеля. «И кстати, да. Как только я узнаю, чего хочет Мисти, весь остаток дня я буду ходить по магазинам и приводить себя в порядок».
Она двинулась на аромат кофе и чего-то очень аппетитного на кухню, где придвинула стул и уселась за небольшой продолговатый стол. Гранитные столешницы цвета слоновой кости были заставлены пакетами, доверху набитыми продуктами. Ди выглядела бодрой и деятельной – это раздражало. Она поставила перед Джейн гладкую белую чашку эспрессо и такой же фарфоровый горшочек.
– Я хотела просто приготовить болтунью, – объяснила Ди, не обращая внимания на Джейн, сверлящую ее глазами. – Но я не знаю, едят ли французы яйца в таком виде, или это совсем по-плебейски и по-американски. Так что я сделала яйца-кокот, – Джейн поморщилась от чудовищной попытки подруги изобразить французский акцент. – Еще будут тосты, – в этот момент что-то щелкнуло в углу у Джейн за спиной, и она неуклюже подскочила на стуле. – А вот и они! – радостно объявила Ди и переложила два идеально подрумяненных хлебца на тарелку Джейн.
Джейн извлекла из кокотницы ломтик яйца и, переложив его на уголок хлеба, впилась в него зубами. Хрустящее, сливочное, соленое и насыщенное сошлись в одном безупречном кусочке. Джейн даже выпрямилась на стуле.
– Итак. Значит, Мисти едет?
– Ну… – Ди плюхнулась на свободный стул и автоматически потянулась помешать что-то на плите. Из кастрюли поднялся пар, и в животе у Джейн заурчало. Чтобы в желудке угомонилось, Джейн отправила в рот еще яйца и подождала. – Помнишь, вчера вечером ты говорила, что переживаешь за Малкольма и хочешь знать, в порядке ли он?
Джейн хотела просто запить бутерброд кофе, но в сочетании с кофе завтрак оказался еще вкуснее, чем по отдельности, поэтому вместо ответа Джейн просто кивнула и решила насладиться едой.
– В общем, я вспомнила что-то похожее у Браунинга, вроде заклинания, но не смогла найти именно то, что искала. Но потом что-то в этом роде мне попалось в рукописи из… да все равно у меня нет на руках этой рукописи, но на нее ссылаются в «Истории ритуала», который отсылает обратно к Браунингу, что совершенно бессмысленно. Так что я позвонила Мисти, у которой как раз таки есть эта рукопись, точнее, ее копия в какой-то другой книге, которую Розали Годдар – помнишь ее? – назвала источником для…
Джейн нетерпеливо покрутила в воздухе тостом, как бы говоря: «ближе к делу», и откусила от него очередной кусок.
– Мы думаем, ты можешь найти Малкольма. Увидеть его, или через него, или мы не поняли до конца, но как бы то ни было, это должно немного успокоить тебя, как считаешь?
Джейн снова хотела проглотить, не прожевывая, но передумала. Вместо этого она перегнулась через стол, предусмотрительно держа тост в сторонке, и одной рукой приобняла Ди за плечи. Усевшись обратно, она в довесок выставила большой палец вверх в знак одобрения.
– Отлично. Все, что тебе потребуется, – это вещь, которая принадлежит Малкольму, на ней нужно будет сконцентрировать магию, а Мисти принесет все остальное.
Джейн выставила вперед левую руку и выразительно пошевелила пальцами. Она все еще не надела обручальное кольцо, но в безопасности квартиры поддалась искушению и вернула на безымянный палец помолвочное кольцо с бриллиантом изумрудной огранки в пять карат. Это все же было шикарное кольцо, и она так и не успела вдоволь нарадоваться ему за недолгое и шальное время их помолвки.
Но Ди покачала головой.
– Кольцо твое, а не Малкольма. В этом вся загвоздка, вещь должна действительно принадлежать человеку, которого ты ищешь, в настоящем времени. Что-то значимое, что-то, что он мог бы назвать своей собственностью. – Джейн поникла, но Ди поспешила рассеять ее беспокойство. – Я понимаю, это паршиво, но подумай об этом с другой стороны. Иначе колдунья смогла бы найти тебя при помощи, ну не знаю, салфетки, которой ты воспользовалась и оставила на столе. Или дизайнерских шмоток, которыми под завязку набит твой шкаф в доме на Парк-авеню, откуда ты в такой спешке убегала, – напомнила ей Ди, и Джейн не могла не согласиться. Она хотела найти Малкольма, но лучше уж оставаться в неведении, чем знать, что в распоряжении Линн есть целый арсенал способов разыскать ее.
Джейн покрутилась на стуле и с сомнением взглянула в сторону коридора, ведущего в ее спальню. Она почти ничего не взяла с собой из особняка, а из «Ривингтона» и того меньше. Только она повернулась, собираясь объяснить это Ди, как в поле ее зрения попало синее пятно на кофейном столике в гостиной. Она торопливо проглотила последний кусок тоста, в надежде, что хотя бы в одном из горшочков, которые стояли на столе у раковины, еще остались восхитительные яйца-кокот. Но Джейн была слишком взволнована, чтобы спрашивать об этом прямо сейчас.
– Единорог, – выпалила она, как только смогла говорить. – Фигурка единорога, которую я показывала тебе вчера. «Личная вещь»! Это точно не было предназначено мне, и Малкольм никому не отдавал его, и он держал его в сейфе, это должно быть и личным, и значимым, верно?
