Так три часа, – ответила Ядвига Мстиславовна. – Я подумала – приду пораньше, может, помочь чем надо.
– Кстати, о помощи, – оживился Антон. – Тут такое дело…
– Да не надо, – встрял было отец Павел, но ремонтник только отмахнулся.
– В общем, там, под кустами, где труп нашли, там что-то не так.
– Да там всё не так, – выдала бабуля. – Ну, показывай.
– А вон, – Антон указал на кусты.
Ядвига Мстиславовна потихоньку подошла, внимательно осмотрела кусты и траву. Потом хмыкнула, повела плечами и спокойно вернулась.
– И что?
– А что? – удивлённо переспросил Антон.
– Что, попы́ теперь с такими вывертами сами-то не справляются? – хитро улыбнулась бабушка. – Да, измельчал ваш брат.
– Вот я и говорю… – начал было отец Павел, но тут же сник. Видимо, устранять подобные явления его не учили.
– Н-да, – разочарованно покачала головой бабуля. – Святой водой побрызгай да псалмы прочитай. Соли насыпь.
– Соли-то зачем? – удивлённо спросил священник.
– А чтоб снова не полез! – усмехнулась Ядвига Мстиславовна.
– В смысле – снова? – медленно спросил отец Павел.
– Ты его сам впустил? – вместо ответа произнесла бабушка, палкой ковыряя сухую траву.
– Ну да. Мне показалось… – Отец Павел судорожно вдохнул. – Мне показалось, ему помощь нужна. Я калитку открыл, говорю: может, зайдёте?
– Он и зашёл, – кивнула бабушка. – Теперь он сюда дорогу знает. Так что водой брызгай вокруг всего дома, за забором. И соли, соли больше сыпь. Тоже по всему кругу.
– Вы это серьёзно? – недоверчиво спросил священник. Бабуля в ответ только хмыкнула.
– Погодите, – встрял Новиков. – Вы так говорите, как будто знаете этого человека.
– Человек, – передразнила Ядвига Мстиславовна. – Видать, Валюшка-то тебя толком ничему не научила, а?
У Новикова язык прилип к нёбу. О Вальпургии Карловне он старался поменьше думать, а лучше и совсем не вспоминать.
– Во-от, – поучительно протянула бабуля и, отпихнув с пути Антона, поковыляла к домовой церковке.
Когда она, широко перекрестившись, скрылась за дверьми, оставшаяся компания разом вдохнула и зашевелилась. Новиков повёл плечами, прогоняя оцепенение.
– А кто эта Вальпургия…? – Отец Павел снова наморщил лоб.
– Как Ядвига, только Вальпургия, – развёл руками Новиков. И правда – лучше-то всё равно не объяснишь.
– Ясно, – кивнул Антон. И обратился к священнику: – Соль у нас в магазине продаётся, только тебе теперь много нужно. Но я маму попрошу, она закажет хоть сто килограммов.
– Да не буду я соль сыпать! – возмутился отец Павел.
– И святой водой брызгать не будете? – спросил Новиков, сам не понимая, зачем.
– Ну, это другое, – уже спокойнее сказал священник. И повернулся к Антону: – Да, насчёт крыши, с этим делом всё как-то вылетело.
– Не волнуйся, – махнул рукой Антон. – Всё сделаю в лучшем виде. Иди спокойно служи, а я сейчас и начну. Да, товарищ майор, а чему там тебя учила Валь…, это, как её?
– Как у мертвецов дорогу спрашивать, – услышал Новиков свой собственный голос. От неожиданности у него даже колени обмякли.
Отец Павел таращился на него, как на чудика, выпрыгнувшего из коробки с сюрпризом. А Антон только усмехнулся:
– Ну, значит, и с этим трупаком ты быстро разберёшься. Ну, давай! Я – на крышу.
– А я – на вечерню, – быстро проговорил отец Павел.
Хорошо, что никто не пошутил про поехавшую крышу самого Новикова.
– Всего доброго, – попрощался Новиков и почти выбежал за калитку.
Пока гнал к таунхаусу, всё грыз себя за то, что сболтнул лишнего. Нет, ну та бабка тогда так и сказала. И потерпевшая, вернее, убиенная, именно дорогу и подсказала. Но это было один раз, и Новиков даже не был до конца уверен, что всё происходило именно так, как ему запомнилось. Может, его тогда просто слегка заглючило от стресса.
Да нет, всё правильно. Всё так и было. И окружающие теперь тоже в курсе. Отлично начинается служба на новом месте. И друзей завёл, и перессорился со всеми, с кем только можно, и безнадёжное расследование начал, и сумасшедшим себя выставил. Господи, как хорошо, что родители, жена и дочка этого не видят. А то не ровён час, психиатра вызовут. Ну что за мысли!
В поток сознания вклинился чем-то уже знакомый голос:
– Светка-то сказала, сохнут они там.
Новиков обернулся и посторонился, пропуская двух благообразных старушек, одну из которых встретил у почты.
– Здравствуйте, здравствуйте, – закивала ещё не знакомая бабушка. – Вы, чай, не на вечерню?
– Нет, я по службе, – солгал Новиков.
– По службе, – уважительно повторила бабуля. – А мы вот нового батюшку идём смотреть. Ну, счастливо, счастливо.
– И вам того же, – кивнул Новиков, мысленно сочувствуя отцу Павлу. Хотя и
