пытаясь на ходу припомнить, насколько вообще законно иметь в доме такого крупного хищника.
– Ну, во дворе, – закатила глаза дамочка. – Да какая разница! Её муж купил, и вообще!
– Где он её купил? – продолжал тянуть время Новиков.
– Да какая разница! – возмутилась соседка.
– Браконьерство – уголовное дело.
– Какое ещё… и вообще, – дамочка размахивала наманикюреными руками, старательно изображая расстройство на грани истерики. – Это моя собственность, а кто-то её испортил! И вы должны найти, кто это сделал!
– Должен, – повторил Новиков, скроив хмурую гримасу. Делать нечего, придётся проявлять участие в судьбе соседей. – Ладно, пойдёмте, посмотрим.
Дамочка, виляя бедрами, топала по дороге высоченными каблуками. Как будто на ней были сапоги для танца на шесте. Как-то не смотрелись они с розовыми спортивными штанами.
– Как ваша фамилия? – спросил Новиков, на ходу доставая блокнот.
– Это ещё зачем? – обернулась соседка, подозрительно взмахнув приклеенными густыми ресницами. Ну точно как чёрная птица.
– Оформлять будем, – изобразил деловой тон Новиков. – Заявление напишите, вызовем ветеринаров, экспертов, зоозащитников.
– Это ещё зачем?! – грозно сдвинула толстые чёрные брови дамочка, останавливаясь посреди дороги.
– Как – зачем? – наигранно наивно спросил Новиков. – Разбираться – так разбираться. Ну, где там ваша кошка? Показывайте.
Они уже дошли до крайнего таунхауса. Хозяйка, видимо, не горела желанием привлекать лишнее внимание к происшествию, но деваться было уже некуда. Она махнула Новикову рукой и поцокала на задний двор. Всё пространство вокруг дома у семейства было начисто залито бетоном. Даже вольер, занимающий половину заднего двора и огороженный металлической сеткой.
– Это что? – кивнул Новиков на треногу с камерой, установленную у вольера.
– Это для стримов, – вздохнула дамочка, будто объясняла ребёнку элементарные вещи. – У меня, знаете ли, свой канал. Рассказываю людям, как жить в сельской местности и ухаживать за пантерой. Пять тысяч подписчиков, – самодовольно заявила соседка.
– Наверное, жутко интересно, – пробормотал Новиков, впервые радуясь, что его дочка Василиса пока не приехала. Узнав об этой блогерше с пантерой, она, пожалуй, вызвала бы в Покрышкино всю свою эко-активную компанию зоозащитников и устроила бы прямо у дома макияжной дамочки пикет. Который попал бы в Сеть, а то и на телевидение, как уже не раз бывало. А Новикову – разгребай. – Где тело?
– Какое ещё тело? – округлила глаза соседка.
– Пантера ваша где?
– Там, – кивнула дамочка на вольер, глядя на Новикова как на полного дурака.
Новиков уже открыл калитку, но притормозил, чтобы задать ещё вопрос:
– Где вы работаете?
– Я работаю?! – рассмеялась дамочка. – Пф-ф-ф! Это мой муж тут зоотехником. Или что-то такое. Любит всю эту сельскохозяйственную шнягу. А я веду блог, и там зарабатываю.
– Угу. – Новиков вошёл в вольер. У деревянного домика, окружённого мощными ветвями деревьев, имитирующими джунгли, лежало нечто чёрное. Вроде той кошки, что беспардонно хозяйничала в доме самого Новикова, только намного крупнее.
Новиков присел рядом. Странная какая-то пантера. Как будто сильно истощённая. Хотя шерсть блестит, клыки в приоткрытой пасти – белые и без трещин. Но туша валялась на земле густым киселём.
– Может, она сама того? – громко спросил Новиков, гадая, кто мог одолеть такую здоровенную зверюгу.
– А кровь тогда откуда? – ответила дамочка, стоя за забором и строча что-то в смартфоне.
Новиков присмотрелся. Под шеей кошки, на бетоне, действительно виднелись бурые пятна. Две или три капельки. Новиков достал салфетку. Аккуратно приложил к шее кошки. Тоже слабый отпечаток. Но если кто-то повредил пантере артерии, то кровь должна была хлестать фонтаном во все стороны.
И спина у животного какая-то странная. Новиков потихоньку провёл рукой вдоль хребта. Да он сломан в нескольких местах! То есть, кто-то влез в вольер, поймал здоровенную хищницу, переломал, да ещё шею прокусил. Так, что кровь не лилась. Или лилась?
Мелькнувшая мысль заставила Новиков беззвучно застонать. Этого не хватало. Обескровленные животные по всей округе. Сектанты, что ли, завелись? Обряды-ритуалы на крови проводят? Или как ещё это объяснить? Новиков когда-то слышал о том, что кровь животных может использоваться не то в медицине, не то в каких-то процедурах для красоты. И то, и то – гадость и лишние проблемы.
– Это ещё кто? – грубо спросил мужской голос.
Новиков поднялся, но ответить не успел.
– Это наш новый участковый. Представляешь, Лэйси ночью убили! – Дамочка, натужно ревя, уткнулась в воротник невысокого небритого парня в мятой куртке.
– Дайте посмотреть. – Глава семьи отпихнул рыдающую благоверную и вошёл в вольер. Быстро осмотрел и ощупал тушу. Поднялся и заявил: – Она сама умерла.
Новиков вопросительно поднял брови.
– Я знаю, что говорю, я главный животновод на свинокомплексе.
– И от чего она, по-вашему, погибла? – медленно спросил Новиков.
– Ну… – животновод описал взглядом дугу. – Мало ли, от чего. Животные – это вам не люди, он вообще иногда внезапно умирают.
– А кровь?
– Ну, мало ли, откуда он взялась.
– Кто-то принёс кровь и расплескал? –
