– Я помогу тебе. Расскажу все так, чтобы тебе не доставило проблем засадить меня. Но с твоей стороны мне тоже нужна будет помощь.
Русаков устраивается за стол, поднимает на меня глаза. И сейчас в них тишина и спокойствие. Будто и не происходило между нами ничего несколько секунд назад.
– И почему я должна верить тебе?
Теперь он пожимает плечами.
– Я тебе слово даю, следачка. А уж слову моему ты можешь верить…
Я устраиваюсь напротив него. Собираю все фото и бумаги и убираю их в папку. Использую это время для обдумывания. Не пытается ли он обвести меня? И что он может попросить взамен? Понимаю единственное – у меня выбора не особо много.
– Хорошо, что тебе от меня нужно? Я ведь знаю, что такие, как ты просто так даже пальцем не пошевелят.
– Найди мне одного человека. Он исчез незадолго до моего ареста.
– Кто? Как зовут?
– Денис Золотарев. Управляющий моими ресторанами на Центральной. Устрой мне с ним свидание.
С губ сорвался смешок. Он серьезно?!
– Ты издеваешься?
Русаков продолжал невозмутимо на меня смотреть.
– Разве, похоже на это?
– Почему не попросишь адвоката? Обычно с такими вопросами обращаются к ним.
– Косарев – хороший человек, но хватки у него нет. Он не нашел его.
– Почему думаешь, что я сделаю?
Шторм улыбнулся. Поднявшись со стула, направился к дверям. Несколько раз постучал по ним, вызывая конвоиров.
И когда открылась дверь, он вдруг обернулся ко мне.
– Потому что ты ненавидишь таких, как я. И единственное, чего ты хочешь – засадить меня по полной. И я дам тебе такую возможность, следачка.
Глава 7
Телефон, лежащий на пассажирском завибрировал. Резко свернув на обочину, затормозила.
– Да, Вань, – произнесла, с замершим от волнения сердцем. Я ждала этого звонка так, как не ждала ничего и никогда.
– Есть куда записать? – раздается в динамике тихий голос сотрудника.
Я вытянула из папки несколько чистых листков и ручку.
– Да, говори.
– Золотарев Денис Андреевич, управляющий сетью ресторанов «Гавань». Записывай адрес прописки: улица Портовая, дом 45.
– Что-то есть на него? Приводы? Штрафы?
– Да так, по-мелочи. Пару гаишных штрафов за превышение. Но я знаю этого мужика. Он один из приближенных Русакова. В последний год стал едва ли не единственным, кому Шторм доверял. Я слышал, даже с Белицким у них терки частенько бывали. Пару раз даже до побоев доходило.
А это было интересно. Я записала адрес и бросила листок на сиденье.
– И еще, Ален. Помнишь то дело, когда Изварина, хозяина «Вертикали» посадили и он резко решил продать свой торговый центр?
– Да… – что-то припоминаю. Кажется, это дело было в прошлом году. Того мужика упекли надолго…
– Знаешь, кто сейчас владелец того самого центра?
Прикрыла глаза, облокачивая голову о подголовник сидения.
– Вань, не томи!
– Золотарев Денис! То есть все это происходило с подачи твоего Русакова!
– Просто отлично, – вздохнула, устало потирая ладонью лоб. – Вань, спасибо огромное!
– Только не говори, что ты решила в одиночку поехать к Золотареву? – в голосе парня звучало негодование.
– Не говорю. Прикрой меня перед шефом. Сегодня уже вряд ли вернусь в отдел. А завтра утром поеду на следственные действия с Русаковым. Кажется, я его расколола…
Несколько секунд Ванька молчал. Ему не нравилось это, но он понимал, что спорить бесполезно. Все равно ведь сделаю так, как хочу.
– Удачи тебе, Романова.
Сбросив вызов, еще раз посмотрела на адрес. Не нравилась мне фраза Ваньки про Белицкого и Золотарева. Если между подчиненными Русакова была война, то один из них мог оказаться тем самым предателем. И, если отбросить в сторону все факты, положиться на чутье, то кажется мне, что Шторма действительно подставили. В голове то и дело вспыхивают его слова. «А я женщин не бью». И пусть меня назовут дурой, но он сказал это так уверенно, так… честно.
Господи, у меня голова кругом! Подумать только, верю словам какого-то бандита! Полагаюсь на интуицию. Если бы это услышал мой преподаватель по уголовному праву, я бы ни за что не сдала ему диплом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Но мысли об этом никак не отпускали меня. Зачем Шторму так попадать? Убивать Олю, да еще и труп ее оставлять во дворе. Как бы то ни было, не похож он на психованного ублюдка, не способного держать себя в руках. Тот, с кем я сегодня общалась – умелый стратег. Человек, просчитывающий каждый свой шаг на несколько ходов вперед. Он убийца и бандит – в этом нет сомнений. Но именно это убийство не вязалось с ним.
Хотя, с другой стороны – все это только слова. Доказательства на руках и говорят они о том, что это дело рук Шторма. И мне нужно меньше заморачиваться и копаться в этом дерьме. Я выполню свою часть договора. А уж остальное за ним.
К нужному дому я подъехала спустя минут тридцать. Припарковав машину за два дома до необходимого, вышла на улицу. Немного подумав, вернулась в салон и достала из бардачка пистолет. Я не собиралась его использовать, но если в этом деле замешан Золотарев, я могу встретить сопротивление.
Правильно было бы вызвать подкрепление, ребят из ОМОНа. Но это все время. Без служебки начальник физ защиты не выпустит своих бойцов. А времени у меня не было.
Подойдя к воротам, нажала на звонок. Одноэтажный кирпичный, совершенно не примечательный дом был совершенно темным. Несмотря на глубокий вечер, в окнах не горел свет. По дороге сюда я позвонила нашим компьютерным хакерам. Номер мобильного Золотарева пробили по биллингу. Телефон выключен, но в последний раз он маячил именно здесь.
Никто не отвечал. Ни после второго, ни после третьего звонка. Тогда я приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Собаки не было – уже хорошо. Во дворе, под навесом стояла припаркованная Ауди. Именно за езду на ней Золотарев и был несколько раз оштрафован. Осторожно прикрыв за собой дверь, я прошла внутрь двора.
Остановившись на крыльце, замерла на мгновение. Прикрыла глаза, внутренне подбираясь. Мне было страшно. Я вся – как напряженный сгусток нервов. Готовая в любой момент отразить нападение. Я не знала, что увижу за дверью, но понимала, варианта бросить все и уйти, у меня нет.
Потянувшись к ручке, надавила. Дверь поддалась. С еле слышным скрипом открылась.
– Денис Алексеевич, – позвала не громко. В ответ тишина. Тогда я сделала шаг и переступила порог дома, а в следующую минуту прижала ладонь ко рту. Меня затошнило. Спертый, затхлый запах. Запах чего-то гниющего.
Я уже знала что увижу, когда сделала несколько шагов и толкнула дверь первой комнаты по коридору. А когда увидела, устало прислонилась плечом к косяку. Он лежал на полу. Среди перевернутой мебели и разбросанных вещей. Золотарев.
Мужчина был на боку, его правая рука поднята вверх. Он находился здесь далеко не первый день. Трупный запах уже основательно витал в воздухе. Достав из сумки платок, приложила его к носу и осторожно прошла вперед. Присев рядом с убитым, осмотрела его. Глаза Золотарева были открыты, и он смотрел в пустоту помутневшими зрачками. В его груди торчал нож. Просто кухонный тесак из набора. И я была уверена, если загляну в кухню к Золотареву, не досчитаюсь одного из колющих предметов на столе.
Черт. Прикрыла глаза, выходя из дома. Пока набирала номер Ваньки, руки тряслись.
– Вань, вызывай наряд по адресу. Я его нашла. Убили.
Мысли лихорадочным потоком сменяли одна другую. Еле дождавшись приезда полиции, я провела их в дом. На место прибыл и Дробин. Одарив меня пренебрежительным взглядом, он прошел мимо, словно я – пустое место. Осмотрел место происшествия и начал давать указания следственной группе. Мне больше здесь делать нечего. Я вышла за ворота и, достав из сумки сигарету, закурила.
Золотарев убит. Как сказал судмедэксперт, смерть наступила около семи дней назад. Значит, его убрали незадолго до убийства Ольги и ареста Шторма. Кто? Кто это мог сделать? Белицкий? Его отпустили из камеры, и как говорил Ванька, у него с Золотаревым были постоянные войны. Правда на поверхности? Или это то, что мне хотят показать?
