– Да.
– Это, конечно, не моё дело, но почему вы не купите или снимете себе жильё?
– Не хочу. Мне удобно в гостинице, – он поворачивается ко мне, встав на светофоре, – Вы живёте одна?
– Хотите напроситься на чай?
Твою мать, что я несу?
Босс коротко смеётся, загорается зелёный, и он выезжает на Лаагна тээ.
– А вы пригласите? – невозмутимо спрашивает он.
– Я живу с мамой, – поспешно отвечаю я на его предыдущий вопрос, – Мне всего восемнадцать, если вы забыли.
– В вашем возрасте, я уже снимал квартиру, – босс пожимает плечами, и его лицо принимает суровое покровительственное выражение.
– Ну, а я не хочу. Мне удобно с мамой, – отвечаю я так же как он, и довольно ухмыляюсь.
Один–один.
– Резонно. Наверное, мама не обрадуется гостям в такое время.
Не то слово, как не обрадуется. Особенно, если гость – её ровесник.
– Алиса, я хочу извиниться за сегодняшний эпизод в кабинете, – неожиданно говорит Александр, и я вздрагиваю, – Я не хотел вас смутить.
Я сглатываю и приподнимаю брови:
– Вы меня не смутили, скорее… – делаю паузу, подбираю подходящее слово, – Озадачили. Поднимитесь здесь на мосту, – киваю рукой на мост Смуули, и он послушно заезжает на плавный подъём, – На перекрёстке налево.
– Я вас не смутил? – продолжает он дурацкий разговор о моих чувствах.
– Нет.
– То есть, для вас привычно, когда вас трогают мужчины? – он спрашивает это с ноткой раздражения в голосе, и я прыснула
– Я не девственница, если вас именно это интересует.
Босс шумно выдыхает и сворачивает на перекрёстке налево. Проезжаем по улице Пунане, мимо заправки. Скоро я буду дома. От этой мысли мне становится хорошо.
– На светофоре налево, – снова командую я, и он кивает, не отрываясь от дороги.
Быстро добравшись до моего дома, девятиэтажки Горбачёвских времён, и я с надеждой смотрю на родные синие лоджии. Бентли останавливается во дворе, аккурат между подъездами.
– Алиса, мне, правда, очень жаль, что я позволил себе лишнее. Этого больше не повторится, – снова начал босс, разворачиваясь ко мне лицом.
– Александр Сергеевич, если вам станет легче, я принимаю ваши извинения. И я надеюсь, что такого больше не повторится, – выпаливаю я, отстёгивая ремень безопасности и стаскивая его пиджак с плеч.
– Надеетесь? – он ухмыляется, – Но не исключаете такой возможности?
Блин. С ним определённо нужно фильтровать свою речь. В каждом слове может подвох найти.
Мерзкий тонкий голосок внутри меня ехидно шепчет: «Тебе бы хотелось повторения. И продолжения». Я встряхиваю головой, отгоняю эти мысли прочь. Ерунда.
– Александр Сергеевич, вы – мой начальник. К тому же вы намного старше меня…
Босс звонко смеётся, а я хмурюсь. Чего смешного я сказала?
– Алиса, сколько мне лет, по–вашему? – спрашивает он.
Я прикидываю в уме, внимательно смотрю на него и шёпотом отвечаю:
– Лет сорок, наверное.
Он снова ржёт, а я чувствую, как волна раздражения снова начинает захлёстывать меня. Я отчаянно хочу стукнуть ему по голове. Почему он постоянно надо мной смеётся?
– Мне тридцать три, но спасибо за комплимент.
Браво, Алиса! Учудила, так учудила.
– Вы всё равно старше, – упираюсь я, – Вы мой босс. Точка. Если ещё раз прикоснётесь ко мне, я расценю это, как угрозу.
– Угрозу чему? – Александр расплывается в довольной улыбке.
– Моему душевному равновесию! – завизжала я, открывая дверь.
– Да постой ты!
Он резко схватил мою руку и стряхнул её с двери машины. Дёрнул ручку, и я услышала щелчок автоматического замка, вжимаясь в сидение. Сегодня, похоже, не мой день. Во всех смыслах. Сейчас он меня изнасилует прямо в машине. Я бросаю взгляд во двор – на улице ни души. Зашибись, блин. Кричи, не кричи, никто не услышит.
Босс замирает в нескольких сантиметрах от моего лица и вздыхает. Его глаза пристально смотрят на меня, словно ищут какой–то ответ, написанный у меня на лбу. Я замечаю, что у него в уголках глаз лежит сеточка тоненьких морщин, не глубоких, заметных только при близком взгляде – глаза в глаза. У моей мамы такие же, ей слегка за сорок. Он, оказывается, младше – но у него такой же усталый от жизни взгляд.
Александр опускает голову, а потом опирается на подлокотник своего кресла и снова смотрит на меня.
– Алиса, я всего лишь хотел извиниться. Я подумал, что вы ещё неопытны и не хотел, чтобы вы испугались.
Я моргаю как дура, но не отвечаю.
– Но, поскольку, я ошибся на ваш счёт, я хочу извиниться за то, что нарушил ваше душевное равновесие.
Я киваю, обещая себе уволиться. Завтра же. Лучше пойду работать почтальоном.
– Я могу идти? – спрашиваю я, и смотрю на него, как кролик на удава.
– Да.
– Спасибо. За то, что подвезли.
Он кивает, и отворачивается. Нажимает кнопку на руле и двери щёлкают. Я вылезаю из машины и быстро добегаю до подъезда. Судорожно ищу в рюкзаке ключи и вытаскиваю их, с трудом сдержав радостный вопль. Я оборачиваюсь, Александр не отъезжает, стоит неподалёку и смотрит на меня. Домофон пищит, я открываю дверь и скрываюсь в подъезде. Вижу в окошко, что он трогается с места, и шумно выдыхаю.
Этот день наконец–то закончился. Слава Богу!
ГЛАВА 8
Следующие две недели прошли, как в тумане. Я не уволилась. Босс держался строго и сдержанно, что не могло не радовать. Хотя, иногда, я всё же ловила его странные взгляды, но дальше них ничего не заходило. Я привыкла к работе в клубе и она, признаться, начинала мне нравиться. К тому же мне идеально подходил график: четверг, пятница и суббота в ночь. Правда, днём я ходила как зомби, но это ничего. Кристина окончательно смягчилась, я справлялась с заказами и даже научилась красиво говорить и фальшиво улыбаться.
В свой очередной выходной я проводила маму на работу, и пошла в парк гулять с Тео. Я посадила его в коляску, и дошла пешком до Паэ парка, построенного совсем недавно. Тео бегал на детской площадке и радостно визжал, перебирая песок, когда мой мобильник пронзительно запел голосом Макса Барских.
Растаяло сердце, исчезли лица
Напротив глаза твои убийцы
Дыхание реже, и в теле усталость
И мне никогда, никогда не уснуть
Смотрю на мобильник и вижу незнакомый номер. Хмурюсь и беру трубку, одним глазом приглядывая за Тео.
– Да?
– Алиса? – на том конце провода голос Александра
Я молчу, думая, что сказать.
– Где вы? – он спрашивает строго и безапелляционно, и у меня пробегает мерзкий холодок ужаса по спине.
– Я в Паэ парке, а что?
– Мне нужно с вами встретиться и отдать вам оклад. Вы долго там будете?
– Час точно.
– Отлично, никуда не уходите.
– Я на детской площадке.
