Я лежала в обволакивающей истоме, стараясь не думать о проблемах, ждущих меня впереди. И все же не могла выбросить их из головы. Вредная старуха решительно не хочет заниматься языком, хотя именно для этого я здесь. И не следует забывать про ее внука, недовольного тем, что я заменила Салли.
Я не хотела возвращаться домой. Смогу ли я выдержать здесь десять недель? Мне требовалось время, чтобы приспособиться, смириться со смертью тети Лотти, подготовиться к тому, что ждет меня в сентябре. Удастся ли мне это, учитывая сопротивление Дирдре Рэнсом?
Не находя себе места, я в ночной рубашке бродила по спальне, занимаясь пустяками, которые в другой раз обязательно отложила бы на утро. Я оставила одно окно открытым и улеглась в постель с книгой.
Возможно, я еще не совсем привыкла к этому дому, или меня достали все эти волнения, но глаза начали закрываться, я несколько раз зевнула и наконец сдалась. Отложив книгу, я выключила настольную лампу, натянула на плечи одеяло и закрыла глаза.
Я проснулась от громкого хлопка с ощущением, что что-то не так. Затем хлопки раздались снова и снова. Выстрелы! И стреляют в меня!
С бьющимся сердцем я подвинулась к краю кровати и свалилась на пол. Кто-то с пистолетом стоял на моем балконе. Что мне делать? Слышат ли эти выстрелы другие? Дирдре Рэнсом, например, ведь она живет прямо надо мной? Почему никто не идет?
Снова раздался выстрел, и я дико закричала. Свернувшись в клубочек за кроватью, я кричала, а смерть, ища меня, врывалась сквозь окно…
4
— Лори! — тревожный голос Дирдре Рэнсом заставил меня отвести руки от лица. — Лори? — Я услышала, как распахнулась дверь моей спальни, и на пороге появилась Дирдре. — Девочка, где ты?
— Ложитесь! — выкрикнула я в тревоге, стараясь сдержать дрожь. — Кто-то на балконе с пистолетом! Не входите… — Я съежившись ждала следующих выстрелов… но кругом было тихо. Можно ли доверять этой тишине?
— Мадам, что случилось? — В мою гостиную вошел Фредерик. Так быстро, ведь его комната над гаражом?
— Ты разве не слышал выстрелов? — резко спросила Дирдре и снова повернулась ко мне. — Лори, ты в порядке?
— Да, миссис Рэнсом… — Я с трудом, держась спинку кровати, поднялась на ноги. При тусклом свете луны обнаружила свой халат и надела его. Кто-то включил в гостиной настольную лампу.
— Мадемуазель? — раздался низкий голос Фредерика. Может, это он был там, на балконе? Туда можно попасть очень легко из соседних комнат, а я понятия не имела, кто в них жил. Возможно, стрелял Фредерик. — Мадемуазель, — повторил он, — пригнитесь…
— Что это было? — раздался встревоженный голос Адель Уокер из коридора. — Элен, что тут происходит, черт побери? Могу поклясться, я слышала выстрелы.
— Где стреляли? — послышался испуганный голос Элен. — Может быть, в квартире мамы?
— Я здесь, в комнате Лори, — спокойно сообщила Дирдре.
— Уже все в порядке, — уверила я, входя в гостиную, — того, кто стрелял, спугнули.
Дирдре, с взъерошенными после сна волосами, поплотнее запахнула халат вокруг своей обширной талии.
— Слава Богу, ты не пострадала. Фредерик, пойди и посмотри, — приказала она. — Но будь осторожен…
— Там уже давно никого нет, — холодно заметил шофер, входя в спальню.
— Мама, с тобой ничего не случилось? — В дверях возникла Элен в халате и при полном макияже. Я вспомнила, что она ездила в ночной клуб с Уокерами, и, видимо, вернулась домой совсем недавно.
— Я в порядке, — сухо ответила миссис Рэнсом. — Я еще читала в постели, когда услышала эти выстрелы…
Фредерик зажег в моей спальне свет. Мы все осторожно двинулись к двери. Фредерик, пригнувшись, подбежал к окну. Он внимательно рассматривал что-то, подобранное им с пола.
— Петарды, — возвестил шофер с отвращением. — Кто-то бросал петарды в спальню мадемуазель. Глупые шутки, — добавил он презрительно.
Зачем кому-то бросать петарды ко мне в спальню? Напугать меня и заставить уехать из этого дома? Но это же просто смешно, подумала я с растущим негодованием. Или это предупреждение? Если так, то от кого? Маделин Скотт? Что-то не видно этой дамы, несмотря на необычный шум. Довольно ясный намек на то, что мне лучше убраться с виллы подобру-поздорову. Если бы эти петарды оказались пулями, я бы уже была мертва.
Я снова легла, предварительно закрыв окна и заперев их. Я понимала, что это трусость, но все же оставила включенной лампу в гостиной, чтобы в спальне не было слишком темно.
Уже около трех, заметила я, взглянув на часы. Через час небо начнет розоветь. Господи, как же мне хочется, чтобы поскорее наступило утро!
Я напряженно лежала без сна, прислушиваясь к малейшим шорохам в ночи, и каждая минута казалась мне двадцатью. Наконец я совсем по-детски обрадовалась, заметив, что темнота за окном уже не такая плотная. Только тогда я смогла немного расслабиться и снова уснуть. Мне снились кошмарные сны, и, проснувшись, я немедленно вспомнила события этой ночи.
Теперь спальня была залита солнцем. Я села в постели и перебрала в уме все случившееся. Вдруг на полу я заметила какой-то предмет — и вздрогнула. Остатки петарды! Возможно, она и не могла причинить вреда, то напугать напугала, ведь я прекрасно понимала, что все это значит. Петарды были предупреждением.
Неожиданно мне расхотелось оставаться в постели да и вообще в комнате. Я резко откинула одеяло, подошла босиком к окну и распахнула его, чтобы впустить все еще прохладный утренний воздух.
Услышав шорох шин по гравию, я с любопытством выглянула в окно. У входа остановился серый «роллс-ройс». Фредерик вылез из машины и открыл заднюю дверцу. Великий Боже, Фредерик улыбался! Кому же предназначалась его улыбка? Но тут пассажир вышел из машины, и мое сердце пропустило удар.
Я и без подсказок поняла, что этот высокий, темноволосый мужчина с золотистым загаром и красивым, резко очерченным лицом — Дик Рэнсом. Я сразу решила, что он чересчур красив, но моя реакция оказалась настолько сильной, что я смешалась. Я до сих пор еще ни в кого серьезно не влюблялась. Теперь же меня как молнией поразило.
Я не могла заставить себя отойти от окна и не отрывала взгляда от его лица, которое улыбка делала совсем мальчишеским. Эта улыбка просто околдовала меня. Я поняла, что погибла, погибла безвозвратно…
— Фредерик, отгони машину в гараж, я сам возьму чемодан, — голос Дика оказался неожиданно для такого молодого человека низким. Сложный характер, как и у его бабушки, решила я.
— Не беспокойтесь, я позабочусь о ваших вещах, месье Рэнсом, — твердо сказал шофер, и я поняла, что он обожает своего хозяина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
