в ответ перед тем, как бросила трубку.
Я отступила, освобождая маме место у телефона, но она продолжила стоять посреди комнаты и сверлить меня задумчивым взглядом.
– Через час будет готов ужин, – сказала она со скупой улыбкой.
– Я не голодна.
– О чём вы говорили с Томом?
Внезапная смена темы застала меня врасплох. Я пожала плечами и выпалила первое, что пришло в голову:
– Обсуждали проектную работу по биологии.
Мама прищурила глаза и слегка наклонила голову набок, по её взгляду было видно, что она хочет сказать мне что-то ещё, но затем она молча подошла к телефону и набрала чей-то номер.
Я пошла к лестнице, но остановилась на полпути, когда услышала, как мама начала с кем-то ругаться:
– Как так получилось, что у нас пустые счета, Элис? Ты же бухгалтер, мать твою! Отвечай немедленно или передай трубку моему мужу! Мне всё равно, что он занят…
Интересно, что произошло?
Я попыталась прислушаться, но не разобрав ни слова, всё-таки продолжила путь на второй этаж.
Поднявшись в свою комнату, я замерла в нескольких шагах от стола, на котором лежал кулон.
– Что мне с тобой делать? – спросила я, глядя в пустое пространство.
Я чувствовала себя странно, заговорив с кулоном, словно он сможет мне ответить или дать какую-нибудь подсказку. Но для того, чтобы побороть не отпускающую тревогу, я продолжила размышлять вслух:
– Интересно, твой владелец ищет тебя? Кто оставил тебя в траве?
Постояв несколько секунд в тишине, я закатила глаза и подошла к столу. Мне захотелось спрятать кулон, чтобы он не попадался мне на глаза ближайшие несколько дней. Я должна была отвлечься, привести мысли в порядок, сделать уроки в конце концов, а рядом с ним у меня не получалось думать ни о чём другом.
Схватив кулон со стола, я ахнула и выронила его на пол. Он со звоном ударился о деревянный паркет. Не понимая, что происходит, я наклонилась и вновь прикоснулась к украшению. Секундное оцепенение сменилось ужасом. Кулон был горячим. Обжигающим, как тлеющие в камине угли.
Меня бросило в жар, когда я начала вглядываться в выгравированные на кулоне символы. Лицо стало горячим и влажным, а горло наоборот – сухим, как наждачка. Я была готова поклясться, что несколько минут назад символы на кулоне были совершенно другими.
Проклятье!
Если возможно умереть от избытка противоречивых чувств, то я уже одной ногой была в могиле.
Я сидела на полу, не шевелясь, оглушённая шумом прилившей к голове крови. С кулоном происходили странные и пугающие вещи, и я не понимала, как на них реагировать.
Решение пришло спустя час.
Я завернула кулон в футболку и, спустившись на первый этаж, выбросила его в мусорное ведро.
* * *
На следующее утро я проснулась с трудом. Тускло освещённая комната расплывалась перед глазами. Дождь барабанил в окно, а на тумбочке рядом с кроватью разрывался будильник. Я накинула на лицо подушку и беззвучно выругалась на бессонную ночь.
Спустившись в столовую, я встретила одиноко сидящего отца. В одной руке он держал чашку с кофе, в другой – свежую газету.
– Доброе утро, – сказал он, не отрываясь от чтения.
– Привет, – ответила я, заглядывая в холодильник и отмечая, что он полный.
– Позавтракаешь? – он оторвался от новостей и бросил на меня беглый взгляд. – Клэр оставила тебе сэндвичи.
В этот момент я заметила накрытый стол: хлеб с арахисовой пастой, ягоды и фрукты, свежевыжатый апельсиновый сок, капкейки с джемом. Ого! Мама вновь проснулась раньше, чтобы приготовить завтрак. Нужно отдать ей должное, она действительно начала исправляться.
В животе заурчало. Я схватила со стола поджаренный хлеб и с удовольствием откусила от него половину.
– Где мама? – спросила я с набитым ртом, игнорируя правила приличия.
Папа пожал плечами и вернулся к чтению.
Я хотела спросить у него про развод, но быстро передумала. Легче разговорить кирпичную стену, чем моего отца. Схватив со стола яблоко, я молча вышла из столовой.
* * *
– Поход в библиотеку сегодня в силе? – спросил Том, когда мы встретились с ним в коридоре школы.
«Кулон начал вытворять фокусы, от которых у меня голова пошла кругом. Пришлось его выбросить, поэтому библиотека отменяется», – примерно такую речь я подготовила по пути в школу.
Но любопытство неожиданно взяло вверх над разумом, и поэтому я ответила:
– Конечно. Том, а про какие переводчики ты…
Я не успела договорить. Меня прервала Моника, которая подошла к нам и громко выругалась:
– Дерьмо! Я насквозь промокла!
– Что-нибудь слышала о зонтах? – спросил Том, еле сдерживая улыбку.
– Я не настроена на твой сарказм, – она помахала ладонью перед лицом, будто веером. – Ветер сбил зонт из моих рук и… это ещё что такое?!
Мы с Томом одновременно обернулись, проследив за взглядом Моники.
С противоположной стороны коридора в нашу сторону несся Оскар. Под его ногами был старенький скейт, а на лице – широкая улыбка.
– Тебя отчислят! – кричала Элли, бежавшая вслед за ним. – Скейтборды в школе запрещены, идиот!
– В сумасшедшем доме без изменений, – заявил Том.
– Когда-нибудь он собьёт человека, – разозлилась Моника. – Возможно, меня!
Оскар затормозил перед нами и ловко спрыгнул со скейта.
– Джуди, как голова? – ухмыльнулся он. – Больше не чудились дома-призраки?
Я смерила его взглядом.
– Завязывай, – Том дал ему подзатыльник.
– Ау-ау! – отмахнулся от него Оскар. – Я пытаюсь поднять вам настроение. Вы свои лица видели?
– Эй, а где твои учебники? – спросила Моника, когда Оскар заключил её в свои объятия. – Через минуту звонок.
– Я пропущу историю.
– Тебя точно отчислят, – Элли приложила указательные пальцы к вискам и закрыла глаза. – У меня голова раскалывается из-за тебя.
– Америка была открыта в 1493 году – это единственное, что нужно знать коренному американцу, – произнёс Оскар с серьёзным выражением лица. – Вся остальная история не имеет никакого значения.
– 1492 году, – поправил его Том.
– Ты не похож на индейца, – Моника отступила на шаг и прищурила глаза, пытаясь разглядеть в Оскаре то, чего раньше никогда не замечала.
– При чем тут индейцы? – удивился Оскар.
– Я всю ночь готовила твою проектную работу, – круглое лицо Элли приобрело багровый оттенок. – Если ты уйдёшь, я всё расскажу маме.
– Ты серьёзно? – засмеялся Оскар. – На меня эта угроза перестала действовать лет десять назад.
Накалившуюся обстановку спас прозвеневший звонок. Оскар подмигнул Монике, встал на скейт и уехал в сторону выхода.
Мы разошлись по аудиториям, договорившись чуть позже встретиться в кафетерии.
* * *
– Кто он такой? – спросила Моника, когда мы рассаживались по партам в кабинете истории. – Никогда его раньше не видела.
В классе было шумно: гремели
