— Знаю такую, — сказал кормчий, — Если хочешь, покажу тебе, где её дом. Только она не целительница, она лечит животных, коров и коз и вряд ли сможет тебе помочь. Только может прежде выпьешь чего-нибудь горячего? Я вижу, ты продрогла.
Я благодарно кивнула. Гринольв поднялся и прошел подогреть нам вина. Я несколько секунд медлила, потом решилась и произнесла:
— Гринольв, вы знаете что-нибудь о Бьерне?
Он обернулся.
— А с чего это ты им заинтересовалась? — спросил он и вернувшись, налил мне в медный кубок пахнувшего медом вина.
— Просто никто ничего о нем не говорит, а я, гуляя, нечаянно вышла к его дому на утесе, — сказала я, принимая из его рук кубок.
— Да никто ничего и не скажет, — кормчий присел рядом, — Для Харальда это было ударом. Но если хочешь, я все тебе расскажу.
Я кивнула, стараясь не выдать охватившей меня радости. Неужели, я смогу узнать сейчас обо всем, о чем молчат все в доме вождя, о чем не смеют даже заикаться в его присутствии!
— Я знаю не так много, — произнес Гринольв, — Поэтому не думаю, что смогу усмирить твое любопытство.
— И все-таки, — произнесла я.
— Я начну с самого начала, — сказал кормчий. Я пригубила сладкое вино и принялась слушать.
— Когда-то у Харальда Волка была другая жена. Ходили слухи, что она была дочерью какого-то колдуна, но я не верю этому, люди многое говорят о том, в чем не знают толка. Она родила Харальду двоих сыновей. Жили они душа в душу пока из одного своего похода восемь лет назад, насколько позволяет мне память, он не привез с собой красавицу рабыню по имени Хельга. Жена вождя в то время была беременна третьим поздним ребенком, но во время родов она неожиданно умерла, а Харальд, недолго погоревав, женился на своей рабыне, которая вскоре подарила ему дочь. Но это я немного отошел от главного. Два года назад, устав от постоянных нападок своего соседа Йорвана, желавшего завладеть Харанйолем, Харальд решил заключить с ним мир, чтобы жить в спокойствии, не опасаясь неожиданных набегов…
— Прямо, как мой отец, — подумала я.
— Но Йорван поставил условие, что прекратит свои нападки только в случае нерушимого союза — брака его единственной дочери Гудхильд и наследника Харальда — Бьерна. Хочу сказать, что к тому времени только благодаря Бьерну Харанйоль все еще принадлежал Харальду. Сыновья вождя выросли сильные и храбрые, но старшего отличала невероятная сила и ум. Он собрал под своим началом сильную дружину, противостоять которой никто был не в силах. Они ходили в походы и всегда возвращались с богатой добычей и минимальными потерями. Йорван боялся Бьерна и пока старший сын был в Харанйоле, никто не смел тревожить поселение. Самое интересное во всем этом то, что Бьерн мог легко разбить Йорвана, но по указу отца никогда не нападал первым на людей соседа.
Я нахмурилась. Мне вспомнилась слова маленькой Асдис, что Йорван знает какую-то тайну Харальда… Значит именно это сдерживает Волка от решительных действий.
— Итак, Харальд дал согласие на свадьбу. За день нее Бьерн ослеп. Никто не может объяснить, как это произошло. Просто утром он проснулся и уже ничего не видел, — продолжил кормчий, — Узнав об этом, Гунхильд сказала прямо при семье Харальда и своем отце, что не собирается связывать свою жизнь с калекой. И она отказалась от этого брака. Рассерженный Йорван вернулся на свой корабль и отправился домой. В тот же день Бьерн отказался от наследства в пользу младшего брата и переехал жить в пустующий дом на утесе, где и живет сейчас в полном одиночестве вот уже почти два года. С того самого злополучного дня он ни разу не посещал Харанйоль и не разрешает никому его навещать.
Я залпом осушила кубок и с шумом поставила его на стол.
— Вот и все, что я знаю, — добавил кормчий, внимательно посмотрев на меня, — Но это чистая правда, потому что я пересказал тебе все то, что слышал от Сингурда, а он является близким другом Харальда и всегда в курсе всего, что происходит в Харанйоле.
— Спасибо, — сказала я. Рассказ Гринольва не только добавил загадок к уже существующим, но подтвердил главное. Асдис не ошиблась, передавая мне разговор вождей. Йорван что-то такое знал о Харальде, что могло губительно сказаться на его репутации, если это будет обнародовано. Я не могла поверить, что Харальд мог чего-то стыдиться в своей жизни и что-то скрывать, но это было так.
— Согрелась? — вопрос Гринольва вывел меня из задумчивого состояния.
Я тепло ему улыбнулась и кивнула.
— Вы не могли бы показать мне, где живет Отта? — напомнила я.
Кормчий встал из-за стола.
— Конечно, пойдем, — сказал он. Мы вышли наружу. Усилившийся шторм осыпал нас холодными брызгами разбившейся о камни волны. Я поежилась и плотнее закуталась в накидку. У причала стояла военная ладья. Её швыряло на волнах и с силой ударяло о сваи. По переброшенному трапу сходили люди. Я бросила на них мимолетный взгляд и повернулась к Гринольву. Мы прошли мимо перевернутых лодок и остановились у невысокого домика с покосившейся крышей. Кивнув на дверь, кормчий попрощался и поспешил к прибывшим, чтобы помочь им вытащить на берег корабль, пока разыгравшийся шторм не сделает это за людей, только с меньшей осторожностью. Бросив взгляд в спину удаляющегося мужчины, я решительно постучала в дверь, но мне никто не ответил. Я постучала снова и снова, но в ответ мне была тишина. Тогда я просто распахнула дверь и подхваченная порывом ветра, буквально влетела внутрь пропахшего сыростью помещения. С трудом закрыв за собой дверь, я огляделась. Маленькая темная комнатка без окон, освещалась лишь огнем, горящим в очаге. Потолок был настолько низким, что у меня создалось непонятное давящее ощущение, довольно причем, неприятное.
— Кого это принесло в такую погоду, — услышала я ворчливый голос из полумрака. Приглядевшись толстую старую женщину, лежащую на лавке и укрытую до самого носа шерстяным одеялом. Платок на ее голове сидел так же кособоко, как крыша дома. Я несколько удивилась, ожидая, что предо мной будет чистенькая аккуратненькая бабулька, а тут оказалась какая-то немытая страхолюдина. Пересилив неприязнь, шагнула вперед.
— Здравствуйте, — сказала я громко.
— Чего кричишь! — возмутилась старуха, я не глухая.
— Извините, — пробормотала я, — Мне сказали, что у вас есть лекарственные травы…
— Есть, а ты кто такая будешь? — старуха откинула одеяло и свесила ноги. Она была толстая и очень невысокая с горбатой спиной.
— Я из дома Харальда, — ответила я.
— Что-то первый раз тебя вижу, — съязвила старуха.
— Я недавно здесь, — произнесла я.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
