— Давай заключим перемирие?
— Перемирие? С тобой?
«Как будто у тебя есть другие варианты, упрямец» — подумала я стараясь быть очень громкой, и вампир рыкнул, скаля зубы.
— Со мной. Я постараюсь успокоится и относится к тебе теплее, а ты перестанешь делать все, чтобы я ненавидела. Договорились?
— Зачем мне с тобой договариваться, если я могу просто выпить тебя?
— Не можешь. Тебя от одного укуса кроет сильнее, чем наркомана. Слушай, Андор, я не хочу трепать себе нервы и напрягаться каждый раз рядом с тобой.
«Все останется таким же честным. Ты же этого хотел, верно?» — мысленно добавила я, смотря за его реакцией и делая шаг вперед.
— Перестань!
— Что? — прикидываясь дурочкой, спросила я, делая еще шаг, практически впритык к вампиру. — Думать?
— Так громко-о-о, — простонал он, хватаясь за голову.
— Тшшш… Я буду думать аккуратнее, обещаю.
На свой страх и риск скользнула к носферату, мягко обхватывая руками напряженное и подрагивающее тело, и прижавшись щекой к груди, закрыла глаза.
«Я обещаю постараться, если ты этого хочешь».
Я терлась об него лицом, гладила руками крепкую спину и не двигалась с места, не позволяя вампиру даже мысли о том, чтобы улизнуть. С каждой минутой он расслаблялся, дышал ровнее, но его все равно трясло как после купания в проруби, и я мысленно запела колыбельную пытаясь его отвлечь.
— Перестань, букашка, — прохрипел Андор, но пальцами зарылся в мои волосы, прижимая к себе и целуя в макушку. — Ты не знаешь, каково это.
— Но я могу представить и попробовать понять. Давай не будем испытывать терпение друг друга и заключим мир?
— Конкретнее, госпожа Дэр, — хрипло усмехнувшись, он все еще прижимал меня к себе, пальцами массируя мой затылок, и я мысленно застонала от приятных ощущений, заставляя вампира продолжать свою странную ласку.
— Мы не будем друг друга провоцировать, — твердо заявила я.
— И что мне делать тогда? Если провокации все, что я могу рядом с тобой.
— Ты же в моей голове, — я оторвала лицо от горячей груди, скользнув взглядом по крепким плечам к лицу. — Ты знаешь, что стоит там искать.
— Значит, спать мы будем втроем? — недовольно спросил он, поймав мысль об Эрике.
Я улыбнулась и согласно покачала головой, и мужские пальцы усилили ласку, заставляя меня тряпочкой повиснуть в мужской руке, которая по-хозяйски обхватила меня за талию.
«Ааааандооор…» — протянула я, покрываясь мурашками от удовольствия разминающих затылок пальцев.
— Хм, а ты отзывчивей, чем я думал.
— Я надеюсь, это комплимент?
— Будь уверена, — прошептал он и рывком повернулся, усаживая меня на край стола, и устраиваясь между моих колен.
«Не нужно, пожалуйста!» — прокричала в своей голове, чтобы он услышал, но телом не двинулась, не позволяя ему думать, что я его вновь отталкиваю.
Но на лице вампира поселилось такое выражение лица, что я даже сжалась, втягивая голову в плечи. Он выглядел недоумевающим, испуганным и шокированным. Синие венки выступили под глазами, на шее и руках, пульсируя на каждое биение сердца.
— Кэтрин. Я спрошу лишь единожды, и на твоем месте отвечал бы честно, — начал он низким рокочущим голосом. — Ответь, почему я не чувствую твоих воспоминаний о близости с мужчиной?
Его кадык дернулся вверх-вниз, и я зацепилась взглядом за этот жест.
— Наверное, — сглотнув ответила я. — Потому что этой близости не было.
— Чееерт…
Глава 13. Странные игры
— Это плохо?
— Не хорошо, скажем так, — уклончиво ответил он, поднимая меня со стола и решительным шагом направляясь к выходу. — Обсудим это позже.
Эрик ждал снаружи, упираясь в стену спиной и о чем-то усиленно думая. На наше появление не отреагировал, только пошел следом будто бы ничего не произошло, и все так, как должно.
Под ритмичный стук шагов мы добрались до спальни, в которой уже никого не было. Только открытые окна, завешанные плотными шторами шуршали своими краями об пол, повинуясь танцу сквозняка.
— Вперед, букашка, укладывайся и устраивайся по удобнее, — Андор опустил меня на кровать, и я заозиралась по сторонам, не торопясь ложиться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Что ты ищешь?
— Во что мне одеться. Ты же порвал мою сорочку, а голой я спать не собираюсь.
— Твоя правда. Это слишком рискованно, — заставляя меня недоумевающе уставиться на себя, сказал Андор и подхватил висящую на спинке кресла рубашку, протягивая мне. — Вот, возьми. На одну ночь сойдет.
— На один день, — поправила я, не удержавшись.
«Неважно, букашка» — раздалось в моей голове, и я удивлено открыла рот, взирая на улыбающегося вампира, который рухнул в постель, откатываясь от меня направо.
Отвернувшись, я быстро набросила пахнущую ванилью и кофе рубашку, и не оголяясь избавилась от своей тоги, превращая ее в первозданное покрывало. Эрик не торопливо избавился от верха, степенно снимая запонки с манжетов, ладонью пригладил светлые волосы, и опустил пальцы на пояс брюк, звякнув пряжкой.
— Прекрати на него так смотреть.
— Это еще почему?
— Я ревную, — прошептал Андор, обхватывая меня рукой и насильно укладывая по середине.
«Ну то как же».
— Даже не сомневайся, букашка.
Блондин зарылся мне носом в волосы, и закрыл глаза, расслабленно выдыхая.
Внутренне я порадовалась за него. Не смотря на то, что между нами были далеко не самые нежные чувства, я видела, как сильно его трясло, и не нужно было быть умной для того чтобы понимать, какую агонию приносят такие судороги.
Если Эрик каким-то образом крайне мало выражал свое состояние, то Андора же буквально колотило, что пугало меня его нестабильным состоянием.
Не считая себя неправой, я в очередной раз нашла оправдание не совсем присущему невинной девушки поведению, что моему внутреннему разумению казалось вполне логичным.
К демону принципы, когда рядом взбешенный вампир!
И если мне в скором времени придется подпустить его еще ближе, я это обязательно сделаю, чтобы спасти свою шкурку. Инстинкт выживания был мне присущ с рождения.
Но моя история будет моей столько, сколько позволит время.
Де-Норд наконец улегся и расправил одеяло, укрывая нас троих, и так же расслабленно выдохнул, как и брат, который уже не подавал признаков жизни, уткнувшись мне в макушку.
— Спи, Кэтрин. Уже ночью мы отправимся домой.
— Расскажешь мне о вашем доме? — шепотом спросила я.
— Расскажу, но только после того, как посплю. Извини, но твоя кровь так же досталась мне без разрешения, и я невыносимо устал.
— Тебе… так же плохо как Андору?
— Приблизительно.
Заканчивая диалог, мужчина подкатился ближе, но руки не распускал, перевернувшись на живот и подкладывая ладонь под голову.
Сон не шел.
Я слушала как мирно они дышат, как бесшумно крупинки пыли летают в воздухе, и размышляла о своей нелегкой доле, надеясь все же попасть домой перед отъездом и собрать свои вещи. Не сказать, что среди них было что-то ценное, но оставлять это на волю судьбы не хотелось.
Не помню, как уснула. Словно голова все думала и думала, а за ней пришла темнота, сладкая и убаюкивающая. Я чувствовала, как силы приходят и остаются, циркулируя в теле, оживляя его, призывая петь и танцевать, словно я выпила настойку, что продавала больным с похмелья.
Открывать глаза было лень, теплая постель так и манила остаться в ее объятиях еще ненадолго, и я как верная послушница богини безделья, не особенно противясь, вновь провалилась в сон.
— Просыпайся, засоня, — прошептал кто-то над уход, и я отмахнулась, переворачиваясь на другой бок, тут же попадая в теплый кокон, который так же, как и я не желал моего пробуждения. — Кэ-э-этрин.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— У-у, — отрицательно пробурчала я, сама обнимая свою защиту от этого бессовестного вторженца.
— Еще пять минут, Эрик. И мы встанем, — сонно проговорил кто-то над ухом и я согласно закивала головой, не открывая глаз.
— Пять минут, Андор.
Андор?
