— Что-то твои объятия не очень походят на любовь человека к запечённому гусю, например.
— Это потому что я не человек, — гневно пялясь прошипел он свозь зубы. — Поэтому заткнись и помолчи хоть минуту, дай мне поспать, меня от тебя пьянит.
— Что?
— О, боги, — взмолился он, закатывая глаза. — Я тебя попробовал, организм привыкает к усвоению твоей крови. Сейчас мне хреново, особенно когда ты дергаешься, мне необходимо сейчас чтобы ты, не прекращающая болтать саранча, была как можно ближе и ласковей. Будь добра, обними меня и заткнись.
— Будь добр — иди в задницу, — не желая сдаваться ответила я, пытаясь слезть с него в очередной раз.
— Укушу!
— Напьюсь вербены!
Мужчина скривился, все еще не давая мне с себя сползти, и резко перевернулся, накрывая своим крепким телом. Это было как-то… интимно. Я даже замерла на мгновение, замечая, как скользнул мужской взгляд к моим ключицам и выше, у губам. Теплое дыхание согрело кожу, и я невольно вдохнула, размыкая губы.
— Ты должна усвоить одно правило, Кэтрин. Я не тот, с кем можно играть в эти игры.
— Какие… игры…
— Женские. Меня не трогает твоя грудь, — и словно в опровержение своим словам, взглянул именно на нее. — Не возбуждают твои губы, они не кажутся мне красивыми, как и ты в целом. Я просто буду тобой питаться и хочу, чтобы ты это запомнила.
— Тогда к чему эти обнимашки?
— Я просто… сейчас мне это очень нужно. Так происходит привязка, и если ты наконец не успокоишься, я тебе обещаю, я ее завершу прямо сейчас.
Мужская ладонь скользнула по моему животу, скатилась к талии и завершила свой ход на ягодице, недвусмысленно ее сжимая.
— Ладно, уговорил, — миролюбиво заявила я, пытаясь снять градус ситуации и перевести все у шутку. — Что мне нужно сделать, чтобы ты успокоился?
— Пять минут тишины, Кэтрин. Всего пять минут.
Тонкие лямки сорочки хрустнули и ткань торопливо потянули вниз.
Глава 10. Проваленные переговоры
— Ты что делаешь, высший?! — я вскрикнула и затрепыхалась под мужским телом.
— Мне нужно был всего лишь поспать, ты сама нарвалась. Я успокаиваюсь, — с издевкой ответил Андор и с явным нахрапом накрыл губами мою шею, спускаясь вниз голодными поцелуями.
— Нет, нет, нет! Перестань!
— Это еще почему? Назови хоть одну причину, чтобы я остановился.
— Я тебя первый раз вижу! — пытаясь оторвать от своего тела мужскую голову, я к сожалению, признала, что не могу.
Сил не хватает сдвинуть с себя этого громилу, а он в свою очередь уже оголил одну мою грудь и нахально втянул в рот сосок, посасывая и совершенно лишая меня ясности ума.
— Третий, это если брать в расчет все моменты, когда ты отрубалась, — отбил он, и был прав.
— Я тебя не знаю!
— Знаешь, мы познакомились, — вновь непрошибаемая логика и тонкий шелк сползает со второй груди, чем вампир тут же воспользовался, поймав и его в плен губ.
— Ах! Да что ж такое! Я тебе не нравлюсь! Это самая весомая причина! И ты мне, между прочим тоже! — выгнувшись от странных ощущений, прохрипела я, все еще пытаясь увильнуть и выскользнуть из захвата.
— Ерунда. Мне просто нужно тебя касаться и твоя взаимность. Моя симпатия, как и твоя, Кэтрин, здесь роли не играет.
— Ну пожалуйстааа, — простонала я, но Андор рывком поднялся на уровень моего лица и пальцами зарылся в волосы на затылке, фиксируя мою голову на месте.
— Нет. Не сработало.
И… он поцеловал меня.
Не так аккуратно, как это делал Эрик в нашу первую встречу, а голодно и жадно. Прикусывал мои губы, ввинчивал язык в мой рот, пробуя на вкус и танцуя, в надежде на взаимность.
Во рту появился яркий вкус мороженого, и я ощутила аромат сладкой ванили с кофейными зернами и молоком. Даже не смотря на излишнюю агрессию, он будто бы дразнил меня, провоцировал и утолял собственный голод, которому не было конца.
— Андор…
— Замолчи. Пять минут тишины, — и будто издеваясь сжал мой сосок, выкручивая его и посылая по телу незнакомый, но очень горячий импульс, от которого вскрик сам собой сорвался с губ. — Дааа, вот так крошка. Желай меня, и мы закончим быстро.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Что закончим?
— Молчком, помнишь? — напомнил он, и принялся осыпать мое лицо поцелуями.
Краешки губ, подбородок, ровная дорожка по шее, которую я трусливо боялась вытянуть, ключицы так же попали под горячие губы, и я застонала, не зная, что и думать.
— Тебе же нравится, что я честен с тобой. Давай продолжать в том же духе, — припоминая мои слова, сказал он, вновь накрывая поцелуем соски, только более жестким, слишком откровенным.
— Вот, черт! — вскрикнула и выгнулась еще сильнее, отрывая позвоночник от постели и буквально подставляя себя под его оточенные и жесткие поцелуи.
— О, да, черт, какая ты вкусная! — восторженно шептал блондин, нагло распихивая мои ноги и устраиваясь между ними, толкаясь в бедро недвусмысленной эрекцией. — Демон, хочу тебя прямо сейчас.
— Не наааадооо, — проблеяла я, неосознанно выгибаясь в его руках.
— Знаю, но ты такая вкусная…
Словно потеряв контроль, он сжимал меня пальцами, клеймил губами и рычал, зарываясь пальцами в волосы и притягивая к себе для очередного поцелуя, который казался одним сплошным лезвием, по грани которого я ходила.
— Я не хочуууу….
— Хочешь. И я хочу. Так зарождается связь с таали. Ты должна меня хотеть, даа, просто обязана!
Длинные аристократичные пальцы нагло прокрались вниз и одним щелчком разорвали ластовицу трусиков, мягко скользнув по губкам, как бы невзначай задевая их костяшками пальцев.
— Я просил всего пять минут тишины, букашка, — не скрывая шальной и пьяной улыбки, сказал Андор и уже целенаправленно опустил подушечки пальцев на клитор, надавливая и пощипывая. — Тебе надо было всего лишь покориться, принять мою волю. Но ты слишком самоуверенная.
Захныкав от переполняющих эмоций, я закрыла глаза и повела бедрами, пытаясь ускользнуть от навязанной ласки, но вампир конечно же не позволил, только увереннее массируя пальцами чувствительный бугорок.
— Еще и Сай приплела, интриганка. Я бы тебя полностью выпил, сразу же, но братья бы не простили, — гневно шептал он и тяжело дыша, шипел на каждый мой стон.
«Тебе же понравилось, что я был с тобой честен» — эхом прозвучало в голове, и я широко распахнула глаза, понимая, что я не говорила этого вслух, а значит…
— Вот же ты гад!
Впилась ногтями в упругую мужскую ягодицу, выбивая мужчину из равновесия, и воспользовавшись моментом растерянности, что было сил зарядила в наглую белесую рожу, слыша, как жалобно хрустнули мои фаланги.
— Ну ты сама нарвалась! — прорычал мне в лицо даже не шелохнувшись толком, и я заорала.
Громко, надрывно и максимально оглушающе, призывая хоть кого-то на помощь.
Глава 11. Первый разговор
— Что происходит? — все оставшиеся браться Де-Норд ввалились в комнату, и только Эрик посмел подойти ближе, рассматривая наше положение.
— Уходите, — прорычал Андор, все еще лежа на мне и сверля бешенными глазами, капилляры в которых налились кровью и сеточкой заполнили необычную радужку.
— Возьми себя в руки.
Прорычав что-то непонятное, он поднялся с меня и как был, в одних портках с внушительным бугром, вышел, на последок хлопнув дверью так, что штукатурка посыпалась.
— А теперь расскажи мне, что у вас произошло, пока он совсем не спятил, — устало спросил «северный» блондин и улегся на постель, вальяжно и расслабленно вытягивая ноги.
Стефан опустился к кресло, смотря на меня тяжелым, непроницаемым взглядом, а огненный Де-Норд, как и всегда подошел к окну, всматриваясь в небольшую щелку между ставнями.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Дневной свет не делал ему больно, только ровной полоской отсвечивал от рубашки.
— Ну же, не бойся, что между вами произошло? — повторил свой вопрос Эрик, и я села в постели, прижимая покрывало к груди и вытирая вспотевший лоб пальцами.
— Он планировал меня сожрать.
— Это навряд ли, — не проникнувшись, ответил он. — Еще варианты?
