А ещё мучительно пытался сообразить: ему же не приснилось, что Азула ответила на его чувства? Они теперь пара? Или чувства чувствами, а долги перед государством для принцессы важней? Что вообще им можно и нельзя? Он — человек, выросший в другой стране, эпохе и менталитете, и может думать про их отношения, как о чём-то вполне реальном. Но для Азулы, вероятно, всё не так однозначно и радужно, у неё могут быть совершенно иные приоритеты и задачи. Да теоретически Лорд Огня Озай может в любой момент выдать замуж свою дочь, потому что Азула по местным законам уже больше года как вошла в брачный возраст. Какой-нибудь генерал, адмирал… Даже династический брак, чтобы закрепить мирные соглашения.
Наверное, стоило всё же про это поговорить, обсудить и понять, что со всем этим делать. Азула наверняка об этом знает больше. Но сначала — дела… Чан попытался открыть глаза, они тут же заслезились от того, что солнце осветило небосвод, и накатила тошнота. Желудок ощутил, что Юки начала снижение, а глаза снова закрылись.
Проснулся Чан, когда вечерело, внутри собранной палатки. Возле костра сидел Зуко и что-то жарил — запах доносился умопомрачительный, такой, что желудок голодно квакнул и требовательно заурчал.
— О, ты проснулся, — кивнул Зуко.
— Проснулся, — кивнул Чан, жадно рассматривая котелок с каким-то варевом и палочки шашлыка из живности, похожей на упитанных крыс. — А где все остальные?
— Они спят, — Зуко со значением похлопал себя по сумке, где был сбор с сонным чаем, который они когда-то хотели использовать против Аватара.
— Э?..
— Просто все были одновременно уставшие и… неспокойные, так что я предложил немного отдохнуть перед серьёзными разговорами и попить чай. Ну и после бессонной ночи все устали… — хмыкнул Зуко, накладывая Чану разваристую кашу в миску. — Так что решили отложить разговоры на после отдыха.
— Понятно, — кивнул Чан, принимая предложенную еду и быстро работая палочками. Похоже, они выторговали время, чтобы Азула подготовилась к обещанному разговору. — А Азула?
— Она тоже выпила чай, — ответил Зуко. — Вообще-то, она спала рядом с тобой.
— Что? — обернулся Чан и увидел, что и правда был в палатке не один, просто Азула укрыта плащом и как-то слишком органично слилась с местностью, а Зуко сманил его едой, отвлекая от окружающей действительности. Впрочем, они и до этого спали вповалку, несмотря на вроде как относительно южные широты, ночами совсем не тепло, но обычно с ними был ещё Зуко, хотя Азула всегда спала в серединке между их спинами. А сейчас от вроде бы обыденного действа сердце заколотилось сильней и в груди разлился жар надежды.
— О, Чан проснулся, — из-за камней вышла Мэй и бросила Зуко что-то в мешочке, а потом подсела очень близко к принцу. Зуко, немного глуповато улыбаясь, приобнял девушку. Видимо, уже «свою».
— Будешь мясо? — потыкал в шашлыки ножом Зуко. — Уже готово.
— Ага.
— Да, — сказал Чан одновременно с Мэй. Они переглянулись и прыснули от смеха. Чан подмигнул Зуко, показывая, что одобряет его выбор. Мэй была хорошей девчонкой, насколько он её помнил с детства, да и выросла в утончённую красавицу. Зуко, похоже, времени зря не терял и успел не только их спасти и вывезти из Похая, но и обзавестись подругой или даже скорей невестой. Чан покосился на свою палатку. Азула… Почему она легла рядом? Значит ли это?.. Или просто места все были заняты?..
— Ух… Мясо! — отвлёк от разбегающихся мыслей Сокка, который явно пришёл на аромат жареной живности.
Запахи еды привели к костру и Катару с Аангом.
— М-м… Каша… — принюхался Аватар, забавно глотая слюни.
Сокка и Катара накинулись на мясо. В процессе выяснилось, что это птицекрыса, но этот факт аппетита ни у кого не уменьшил. Мясо было похоже по структуре и вкусу на индейку.
Аанг поел каши, а в том мешке, что принесла Мэй, были орехи, видимо, собранные в округе.
Чан сходил в палатку и склонился над Азулой, на миг замерев и затаив дыхание. Несколько прядок вылезло из причёски, нежно закручиваясь вокруг уха, и нестерпимо захотелось коснуться тонкой мочки губами, чтобы попробовать сахарную на вид кожу на вкус.
Чан осторожно коснулся изгиба спины Азулы и позволил себе лёгкое поглаживание тёплого бока.
— Азула, — тихо позвал он, увидев короткую улыбку, на миг появившуюся в уголках её пухлых губ. И как же хотелось поцеловать эту улыбку!
— М? — Азула развернулась и, хитро прищурившись, потянулась, выгибаясь, словно кошка.
Чан внимательно смотрел на неё, пытаясь угадать по лицу, что она может ответить насчёт них. Но ни к каким выводам не пришёл, потому что… засмотрелся.
— Все уже проснулись? — зорко взглянула за его спину Азула.
— А? Да… и даже поели. Но я героически спас от Сокки для тебя хороший кусок жареного мяса.
— Да. Я голодна, — кивнула Азула, поднимаясь. Мимолётно погладила по волосам, послав прикосновением приятные мурашки по шее и спине, и сказала: — Спасибо.
Они вышли из палатки, и все взгляды скрестились на Азуле.
— Аанг сказал, что ты пообещала рассказать всю правду, — «поприветствовал» её Сокка.
— Дай Азуле спокойно поесть, — возмутился Чан. — Она, вообще-то, устала и потеряла много сил в нашем сражении.
— Может, ещё не было никакого… — начал было Сокка недовольно, но захлебнулся воздухом, который направил на него Аанг.
— Помолчи, Сокка, — довольно грозно сказал мелкий, настроенный довольно решительно. — Мы подождём столько, сколько нужно.
— Можешь пока проверить бизонов, — хмыкнула Мэй. — Или сходить за водой, чтобы приготовить чай. Насколько я знаю, даже маги воды не могут создать её из ничего.
Сокка фыркнул, но с места не сдвинулся.
— Я схожу за водой, а Сокка мне поможет, — тоном, не терпящим возражений, сказала Катара, вставая.
— Но, Катара!
— Идём, Сокка!
— Простите их, ребята, — криво улыбнулся Аанг, — уверен, что когда вы всё расскажете, то… они всё поймут.
Азула, которая ела мясо, не обращая внимания на происходящее, только хмыкнула, но долго мариновать нетерпеливых подростков не стала. Когда Сокка с Катарой вернулись, Азула закончила трапезу, напилась воды и наконец сказала:
— Теперь можно и поговорить. Прошу не перебивать меня и слушать внимательно. Второй раз повторять не буду.
Все молча кивнули.
— Начну издалека, — усмехнулась Азула. — Давным-давно случилось великое схождение мира духов. Наш мир погиб. Выжили лишь люди, укрывшиеся на львах-черепахах, и эти львы-черепахи наделяли людей способностями к магии. Один лев-черепаха — способностью к магии огня, другие — способностью к магии земли, магии воздуха или магии воды. Так появились наши нации. Это все знают.
Чан увидел, что Катара и Сокка неуверенно кивнули.
— Первого Аватара звали Ван, когда-то он жил на льве-черепахе, который наделял магией огня. Ван был простым парнем, который, скажем так, жаждал силы, чтобы отобрать еду и богатства у правителя своего города на льве-черепахе и вроде как поделить между всеми. По своему разумению. То есть в основном себе и своим друзьям. Обычно лев-черепаха выдавал магическую силу только за пределами города, где водилось много духов и было опасно, но Ван убедил льва-черепаху не забирать его силу и в итоге устроил бунт. Правда, его всё равно поймали и выгнали, потребовав у льва-черепахи забрать силу у Вана. Но тот хитростью и уговорами убедил духа помочь и оставить ему магию огня. А впоследствии Ван сколотил себе что-то вроде банды из духов и смог посетить ещё три острова львов-черепах. Ван убедил поделиться с ним силой. Так Ван обрёл четыре стихии: огня, воздуха, воды, земли. Но этого ему было мало, и в какой-то момент он захотел жить вечно. Ван узнал о двух могущественных духах-соперниках, которые находились в равновесии, сражаясь друг с другом. Рава и Вату. Они боролись с начала времён, и их борьба была вечной. Но Ван пожелал себе их силу и вмешался в битву, помогая Вату — духу хаоса и разрушения, и тем самым тот смог вырваться из замкнутого круга борьбы с Равой — духом света, гармонии и созидания. Конечно, Ван притворился, что это случайность и он просто решил помочь «разрешить конфликт».
