В собственное тело буквально всосало. Навалилась дикая тяжесть от потери сил. А ещё в горле пересохло так, словно он побывал в эпицентре пожара и усох наполовину. Впрочем, похоже, так и было, и не только во владениях Року. Открывать глаза не хотелось, и Чан понял и ощутил на собственной шкуре выражение про свинцовые веки. В целом тело ощущалось так, словно дракон его всё-таки немного пожевал. Даже спор над собственной тушкой отошёл куда-то на второй план, оставшись раздражающим невнятным бормотанием с выкриками.
— Воды… — еле ворочая языком, просипел Чан, силясь взять под контроль непослушные мышцы. Впрочем, он не был уверен, что в том хрипе и сипе, который вырвался из него вместо нормальных слов, спорщики хоть что-то разберут.
— Они очнулись! — вопреки ожиданиям, воскликнул Зуко, и через секунду Чан ощутил пальцы друга на своей шее. — Есть пульс, Чан жив.
— Воды, — тихо повторил Чан, и в горло потекла какая-то жидкая амброзия, которая оживляла его, делая из засохшего зомби живого человека. Открыв глаза, он понял, что источником питья оказалась Катара, которая сосредоточенно держала струйку воды у его рта.
— Это вода из священного источника на Северном полюсе, — пояснила Катара. — Мне разрешили взять её с собой.
— Спасибо, — выдавил Чан. Голова прояснилась. — Азула! Как Азула?
— С ней всё в порядке, — отозвалась рядом Мэй, которая, как оказалась, придерживала и поила Азулу, — но она совсем слаба.
— Как ты? — обзор закрыл Аанг. — И что случилось с Року? Что вообще там произошло? И почему… — Аватар обернулся на Азулу. — Зуко сказал, что вы всё сами объясните…
Чан открыл и закрыл рот. В том, что он соврёт достаточно убедительно, уверенности у него не было. Так что… стоило сказать правду, хотя бы частично, а Азула точно придумает удобоваримое объяснение. Это она умеет как никто другой.
— Року… Он стал злым духом, — ответил Чан. — Он уничтожил остров Полумесяца и свой храм. Мы с Азулой еле сбежали. Точней, я смог вырваться только благодаря Азуле…
Он попробовал встать, но голова закружилась так сильно, что Чан почти с радостью провалился в тёмное небытиё. Хороший повод, чтобы не отвечать на неудобные вопросы.
Глава 4
Аватар. Выбор
— Глазам своим не верю! — громко воскликнул Сокка над ухом, заставив Аанга сбросить разлившееся оцепенение. — Она — маг Огня!
— Я так и знала, что с ней что-то не так! Она никогда мне… В общем, я чувствовала, что она что-то скрывает! — поддержала брата Катара. — Аанг, скорее уходим! Аанг?
На плечо легла девичья ладошка, и обычно Аангу нравились прикосновения Катары, но сейчас показалось, что его тронула скользкая и холодная рыбозмея.
— Аанг? — присоединился к сестре Сокка. — Давай же, надо побыстрей покинуть это место. Пусть сами здесь разбираются. Предатели.
На эти слова Зуко, который стоял перед ними, закрывая собой Азулу и Чана, объятых жёлтым прозрачным пламенем, презрительно скривил губы. Зуко явно беспокоился о своих брате и сестре и собирался защищать их, если… они нападут.
А Аанг вспоминал. Как они встретились. С какой болью говорила Азула о магии воздуха. О… своём прадедушке. О…
— Аанг! — Катара крикнула буквально в ухо.
— Давай же, Аанг, нет времени. Это же явная ловушка! — вторил ей Сокка. — Надо улетать.
— Почему ты так говоришь, Сокка? — прошептал Аанг севшим голосом, в голове звенело, а перед глазами вспыхивали сцены их короткой битвы вместе с Чаном в Храме Року. — При нашей первой встрече они сказали, что не являются магами Воздуха. Так что никто нас не обманывал.
— Но они не признались, что маги Огня! — воскликнула Катара. — Маги Огня — это зло! Они все ужасные и злые! Они — убийцы. Я же говорила, что маги Огня убили мою маму…
— Магом Огня был мой лучший друг — Кузон, — сказал Аанг, глядя себе под ноги, и внимательно рассматривая свои сапоги с загнутыми носами.
Раньше сказать такое потерявшей маму Катаре у него не поворачивался язык, он лишь пытался донести, что, возможно, не все маги Огня злые и плохие. Но… Катара просто отметала все возражения и говорила, что он ничего не понимает, мир изменился, маги Огня показали своё коварное нутро. А Кузон был на самом деле очень хорошим. Добрым, ярким, весёлым. Любил танцевать, играл смешные песенки на роге Цунги и заразительно смеялся. С Кузоном Аанг проводил много времени. Даже больше, чем с Буми. Гораздо больше! Когда они с Гиацо и другими монахами почти на полгода улетали в Западный Храм Воздуха, Аанг летал к Кузону каждый день и каждый день у них было столько приключений, что…
Что всё внутри обрывалось.
— Друг?.. — переспросила Катара.
— Лучший друг!
Зуко, услышав это, посмотрел как будто чуть удивлённо и даже переспросил:
— Кузон?
— Ты дружил с магом Огня⁈ — эмоционально воскликнул Сокка, перебив.
— Ты тоже считал Азулу нашим другом, — ответил Аанг.
— А я не считала, — сказала Катара. — Я никогда ей не доверяла, как ты.
— А Чана? Он спас меня, — было очень удивительно от таких реакций и «откровений» Катары. Как будто…
Как будто она завидовала Азуле и теперь… Мстила единственному «магу Огня», до которого могла дотянуться.
— Ага, спас, — отвлёк Сокка, интонацией выделив свой скепсис. — Ты разве не понимаешь, что он просто сделал так, чтобы ты не встретился с другим Аватаром и не стал сильнее? Року хотел сказать тебе что-то важное, а в итоге из-за Чана у тебя ничего не вышло.
— Точно! Сокка прав, — кивнула Катара, и когда Аанг посмотрел в её лицо, то увидел горящие убеждением глаза. — Это была ловушка. Азула заманила нас сюда, чтобы помешать твоей встрече с Аватаром.
— Да она даже не знала о ней, когда мы встретились! — возмутился Аанг такой слепоте друзей, которые готовы были навесить все проблемы мира на Азулу и её родственников. — Вспомни, Катара, Азула спросила, куда мы вообще летели, только когда мы решили ей помочь спасти Зуко и Чана. И она предупредила нас о блокаде, — где-то внутри поселилось сосущее чувство пустоты и непонимания.
Почему его друзья такие упрямые? Почему везде видят врагов?
— Аанг, но они отказались назваться ещё при нашей встрече, — начала уговаривать Катара, словно ему было три года. — А теперь мы узнаём, что они маги Огня. Мы не можем им доверять.
— Ты говорила, что сто лет идёт война, Катара, — сжал кулаки Аанг. — Что они — потомки моего народа.
— Даже если и так, то они явно потомки предателей, которые пошли на сделку с людьми Огня, — фыркнул Сокка.
— Лучше заткнись, — послал предупреждающий взгляд Зуко. — И беги поскорей, трус из племени Воды.
— Кто трус⁈ Я трус⁈ — завёлся Сокка и вытащил свой бумеранг.
В этот момент взревела Юки и, склонив голову, встала между ними, заставив Сокку отступить.
— Прячешься за своего зверя, предатель⁈ — выкрикнул Сокка, и, наверное, это была последняя капля.
Перед глазами всё мелькало, как самоотверженно сражались и берегли друг друга Азула, Зуко и Чан, как помогали им, показывали, как добыть пищу, делились этой едой. И как поначалу не доверяли им и не хотели общаться… Как горько хмыкнула Азула, использовав свою магию. Она знала о том, что магия Огня может быть воспринята плохо, но пошла на риск, чтобы помочь Чану. Азула наверняка не рассчитывала ни на помощь, ни на понимание, и, как знать, может, она, как и Катара, ненавидела магию Огня, но… Разве маг выбирает, с какой магией ему родиться? Сколько возможных унижений и горя пережила Азула, чтобы так посмотреть. С грустью, тоской и одновременно гордостью.
— Никакие они не предатели, — сказал Аанг и подошёл к Зуко, посмотрев ему в лицо, освещённое огнём Азулы. — Я в это верю.
Зуко криво улыбнулся, кивнул и, отвернувшись, погладил бок Юки, явно пытаясь справиться с собой.
— Иди, девочка, не переживай так, — тихо сказал Зуко, похлопав по белоснежной шерсти. — Азула сильная и справится… должна справиться, — голос дрогнул. Он явно переживал за сестру. — Иди, этим огнём не опалиться, но не надо мешать. Всё в порядке, Юки. Всё будет в порядке.
