что постарайся быть вежливым с нашим гостем.
— Непременно, — пообещал Эдам. — Но почему он положил голову вам на колени как домашняя собачонка?
— Видишь, у него совсем другие ассоциации, — заметил Джин Хо, посмотрев на Марка.
— Зачем ты пришёл? — спросил тот у оруженосца.
— А что, — обиженно воскликнул Эдам, — мне нужны особые причины, чтоб явиться к вам? Вообще-то ваша супруга приглашает вас к завтраку.
— К завтраку? — оживился Джин Хо и мигом поднялся. — Это очень кстати, — и уже направившись к двери, обернулся, нетерпеливо взглянув на Марка: — Ты идёшь?
Появление в замке золотоволосого юноши с фарфоровой кожей и узкими зелёными глазами вызвало небольшой фурор. И дело было даже не в его необычной и очень привлекательной внешности. Никто не понимал, как ему удалось пробраться в замок, минуя ворота двух крепостных стен, как он вообще добрался сюда без коня, почему, несмотря на богатую одежду, прибыл без багажа. И самое главное: кто же он такой, если граф позволяет ему обращаться к себе на «ты» и готов исполнить любую его прихоть, словно этот странный мальчишка — путешествующий инкогнито наследный принц.
Впрочем, для принца он был слишком дурно воспитан и с окружающими вёл себя довольно заносчиво, сделав исключение только для графини, которую постарался очаровать, чтоб доставить удовольствие своему другу. Он всюду таскался за графом, и тот, по всему видно, был рад этому обществу. Более того, казалось, он предпочитал это общество любому другому и к тому же явно старался уединиться с гостем, словно у них были какие-то общие секреты от окружающих.
Мужчины в замке, особенно рыцари и Эдам поглядывали на гостя с неодобрением, поскольку тот не пытался сблизиться с ними и просто скользил по их лицам равнодушным взглядом узких льдистых глаз, словно они были не более чем украшением интерьера. К тому же в какой-то момент он обзавелся странным шёлковым веером с непонятным рисунком и не выпускал его из рук, как дама в жаркий день. Шарль же явно избегал его, словно гость вызывал у него страх. И, наконец, женская половина обитателей замка оказалась просто околдована этим странным юношей, который даже не давал себе труда предпринять хоть что-нибудь для этого. К ним он был так же равнодушен, как и к мужчинам.
Под его чары попала и Манон, маленькая служанка графини, совершенно потерявшая голову при виде этого красавца, и в отличие от скромных боязливых провинциалок, считавшая, что для того, чтоб что-то получить, нужно что-то сделать. Какое-то время она следовала за юным Хуаном, стараясь попасть ему на глаза, а, поймав его взгляд, сперва мило смущалась, но, не заметив никакой реакции, принялась усиленно строить ему глазки. Это тоже не дало никакого результата, и она перешла к более решительным действиям. Проходя мимо него, она словно случайно оступилась, надеясь упасть в его объятия. Но он вдруг резко отпрянул и она едва не свалилась на пол, а потом обиженно смотрела ему вслед, в то время как он удалялся, лениво обмахиваясь своим веером.
Её попытки не укрылись от внимания хозяина, и Марк воспринял их с известной долей юмора. Однако ему было немного жаль эту хорошенькую девицу и, догнав своего друга, он поинтересовался, неужели она совсем ему не нравится.
— Кто? Эта девица? — искренне удивился Джин Хо. — Это невозможно! Мне нравятся только лисички. Ведь ты, завидев хорошенькую лису, скорее всего, подумаешь, какой хороший воротник из неё получится, даже не сосредоточив своё внимание на том, является ли эта зверюшка девочкой или мальчиком. Так и я смотрю на людей, оценивая, что полезного я могу от них получить. А эта девица бедна, у неё нет полезных связей, и её худоба свидетельствует о том, что мяса в ней ещё меньше, чем в твоём рыжем оруженосце.
— Надеюсь, ты учтёшь, что и служанка, и оруженосец имеют определённую ценность для нас с женой, — проворчал Марк.
— Не волнуйся, — успокоил его кумихо. — Я пришёл с миром, и найду чем поживиться и без посягательств на твою челядь.
И уже следующим утром выяснилось, что он имел в виду. Он не вышел к завтраку, и Марк пригласил за свой стол де Невиля, который выглядел очень озабоченным. На вопрос, что его тревожит, он неопределённо пожал плечами.
— Ночью случилось нечто странное, ваше сиятельство, — сообщил он. — Какое-то животное пробралось в замок, отыскало курятник и передушило всех кур. Трёх съело целиком, ещё с десяток погрызло, оторвав какой лапы, какой — крыло, какой — голову, а остальных просто передавило. Я б решил, что это лиса, но уж больно велики у неё зубы.
— А что, раньше лисы пробирались в замок? — уточнил Марк, настороженно взглянув на управляющего.
— Через крепостную стену? — с сомнением переспросил де Невиль. — Да и зачем им, когда в лесах полно зайцев и куропаток?
Сразу же после завтрака Марк отправился в башню, где в одной из гостевых комнат обосновался Джин Хо. В комнате царил беспорядок, вещи были раскиданы, покрывало с постели мятой кучей валялось возле камина, покрытое куриными перьями и клочками белой шерсти, а сам лис валялся на постели, задумчиво глядя на нижние доски балдахина.
— Что ты устроил в курятнике? — спросил Марк, заметив возле кровати обгрызенную куриную лапу.
— Ничего, — ответил тот. — Они кудахтали всю ночь, словно приглашая меня на ужин. И я поддался искушению. Что-то не так? Или куры — это тоже твоя челядь?
— Нет, куры — не челядь, — возразил Марк, присев рядом. — Их всё равно рано или поздно съели бы, но скажи на милость, зачем ты передушил всех? Взял бы, сколько хотел съесть, а остальных оставил!
— Послушай, — обиделся Джин Хо. — Ты же не выговариваешь своему другу графу Блуа за то, что он убивает на охоте куда больше животных, чем может съесть! Он в своём охотничьем азарте добывает столько дичи, что кормит ею половину Сен-Марко. И чем я хуже? Я спас тебе жизнь, а ты жалеешь для меня каких-то куриц!
— Я не жалею, — усмехнулся Марк. — К тому же несколько штук ты всё же съел.
— Да, и теперь мне плохо… — Джин Хо снова уставился на балдахин. — Сегодня обходись без меня. Я буду спать. И скажи слугам, пусть перестанут заглядывать ко мне через каждые пять минут. Где здесь табличка «Не беспокоить»? И не нужно у меня прибирать! Меня всё устраивает.
— Но в Лисьем замке не в пример чище, чем в этом хлеву, в который ты превратил свою комнату!
— И что? — Джин Хо хмуро взглянул на него. — Я в отпуске и
