приняв тёплую ванну с отварами трав, наконец, успокоилась и больше не считала, что муж затащил её куда-то в лесную глушь.
Здесь было на удивление тихо. Большой дом был погружён в тишину, а долина внизу была населена лишь птицами, которые затихли на ночь. Прислуживавший за столом немолодой лакей двигался бесшумно, внезапно возникая рядом, чтоб поставить на стол новое блюдо или наполнить кубок. Говорил в основном де Невиль, считавший своим долгом поставить хозяина в известность о том, что здесь происходит. Его супруга сидела с загадочной улыбкой, а сын, явно смущённый новым обществом, старался казаться незаметным. Сидевший с ними за столом Жаккар так же предпочитал хранить молчание.
— При господине Аделарде здесь было довольно шумно, — сообщил де Невиль. — Этот замок был его резиденцией, он любил его и надеялся со временем передать своему сыну. Даже в Сен-Марко он проводил куда меньше времени, чем здесь. Он устраивал пиры для своих друзей, приезжавших издалека. На берегу реки был обустроен турнирный луг, но теперь он зарос кустарником. Если желаете, его можно расчистить, хотя вам он наверно он не нужен. Я слышал, вы участвуете в королевских турнирах, и вам вряд ли будет интересно соперничать с немногими местными рыцарями, которые в состоянии удержать в руках копьё. Теперь здесь всё пришло в запустение, пустует большая часть конюшен и псарня.
— Здесь есть псарня? — заинтересовался Марк. — Наверно, в горах неплохая охота?
— Здесь много всякого зверья, — кивнул де Невиль. — Маркиз де Лианкур даже разрешил вашим подданным охотиться, поскольку справедливо полагает, что для мужчин, занимающихся таким тяжёлым трудом, как добыча серебра, нужно мясо, а разводить овец и коров здесь негде. Продавать мясо и вывозить его за пределы графства он запретил, нарушение считается браконьерством и карается весьма сурово. Впрочем, я не припомню, чтоб кто-то нарушал этот запрет. Что ж касается графской охоты, то пока я не успел найти для вас загонщиков и ловчих, у нас нет своры, да и леса вокруг довольно дремучие.
— Что за беда! — воскликнула Женевьева и посмотрела на Марка. — Разве такому отважному воину, как господин граф, так уж нужно, чтоб с ним ехала целая орава слуг? Ты же охотишься здесь один и обходишься двумя собаками! Его сиятельство вполне может отправиться на охоту с теми рыцарями, что приехали с ним!
— Это не лучшая идея, — покачал головой её супруг. — Леса здесь глухие. Я живу тут больше двадцати лет и знаю каждую тропку, но его сиятельство, едва приехавший в наши края, может заблудиться! Здесь много опасных мест, провалов в земле, обрывов, отработанных шахт, заросших кустарником, куда можно свалиться по неосторожности. К тому же в лесу водятся медведи и волки, так что эта затея с охотой может быть довольно опасной. Я обещаю, что к следующему вашему приезду я найду опытных егерей, которые составят вашу свиту на охоте и куплю породистых собак.
— Тебе следовало сделать это раньше, — заметила Женевьева. — Его сиятельство молод и горяч. Легко ли ему смотреть с террасы на эти густые леса, понимая, что под их кронами бродят стада оленей и кабанов, и не сметь высунуть и нос за ворота! Я думаю, что мы всё же сможем организовать охоту, чтоб вы могли осмотреть свои леса, мой господин, — она улыбнулась Марку. — А сопровождать вас может наш лесничий Сильвестр…
— Если проспится… — проворчал де Невиль.
— Подобным замечанием ты признаёшь, что не в состоянии уследить за слугами, — заявила она и повернулась к Марку. — Сильвестр действительно падок на вино, но знает здешние места, как свои пять пальцев. И если мой муж соизволит проявить к нему чуть больше строгости, он будет вполне в состоянии провести вас по лесу и показать, где пасутся олени и кабаны.
Взглянув на помрачневшего управляющего, Марк покачал головой.
— Вряд ли у меня будет время на охоту. Я приехал сюда, чтоб принять графство, а, стало быть, мне нужно будет, прежде всего, заняться делами, встретиться с управляющим рудниками, старостами селений. Потом я поеду в Лианкур и познакомлюсь с господином де Круа, который от имени маркиза управлял делами графства последние годы. Мне следует также выбрать время, чтоб побывать в Дре, и решить, что мне делать с этим наследством незабвенного барона. Ну, и я надеюсь съездить в Рошамбо, чтоб навестить своего давнего друга маркиза Ардена. Таким образом, у меня не останется времени ни на охоты, ни на пиры.
— Боюсь, что вам и некого будет пригласить на пир, — усмехнулся де Невиль. — Его сиятельство маркиз де Лианкур давно скупил все земли вокруг, а теперь и Дре отошло к вам, так что до ближайших соседей нужно скакать целый день, если не больше.
— Он скупил все земли вокруг? — переспросил Марк. — Хотите сказать, что земли деда окружают моё графство со всех сторон? Он взял меня в осаду?
— Ведь это вполне в его духе! — рассмеялся де Невиль. — И лишь с одной стороны в его владения вклинилось Рошамбо. Де Лианкуры издавна использовали Лорм, как классную комнату для своих наследников, в которой те учились управлять своими землями. И пока сыновья учились, отцы раздвигали границы своих владений.
— Что ж, это вполне в их духе, — пожал плечами Марк.
— Вы будете заниматься делами, а её сиятельство не будет ли скучать в нашем захолустье? — Женевьева тепло взглянула на Мадлен. — Ведь графиня наверно привыкла к шумной пышности королевского двора.
— Я с удовольствием отдохну от всего этого, — ответила Мадлен. — И я вовсе не нуждаюсь в том, чтоб меня развлекали. Валентин и без того не даст мне заскучать. К тому же мне интересно будет осмотреть замок и заняться хозяйством, ведь моя матушка с детства внушала мне, что женщина нашего круга должна быть не только дамой, но и хозяйкой, и учила меня управляться с делами. Наш замок был невелик, даже меньше, чем этот, но и там было много дел, требовавших внимания, да так, что и матушка, и мои сёстры, и я с утра до вечера были при деле. А вечерами я люблю сидеть у камина и заниматься рукоделием.
От Марка не укрылось, каким настороженным стал взгляд Женевьевы, видимо, привыкшей чувствовать себя здесь хозяйкой, но де Невиль с улыбкой кивнул.
— Этот замок давно нуждается во внимании рачительных хозяев. Мы лишь поддерживали его дыхание, но вдохнуть в него подлинную жизнь можете только вы. И я очень рад, что эти места, наконец, обрели своего хозяина и очнутся от того заколдованного сна, в котором пребывали доныне. У вас здесь будет совсем немного
