балюстрадой, по краям которой на невысоких постаментах стояли статуи рыцарей и дев. Причём рыцари в полном доспехе сжимали в руках мечи, а девы в струящихся одеждах протягивали им гирлянды из цветов. Вокруг площадки горели фонари, а дальше широкая лестница вела наверх, к украшенной лёгкими колоннами террасе, служившей входом в жилую часть дома. В стороны расходились мощёные дорожки, терявшиеся под сенью деревьев, среди которых мерцали огоньки фонарей, а где-то вдалеке слышался плеск воды в фонтане. Долетевший с гор ветер неожиданно принёс с собой сладкий и нежный аромат цветущих роз.
На краю площадки, как солдаты в нижнем дворе, ровной шеренгой стояли слуги. Впереди возвышался статный человек в бархатном камзоле и, стоило Марку спешиться, он, опираясь на трость, направился к нему. Марк уже знал, что управляющий замком Леандр де Невиль был боевым другом его дяди Аделарда. Он был беден и военная служба была его единственным источником существования. Он потерял в бою ногу, и тогда Аделард взял его с собой в поместье и назначил управляющим. С тех пор он жил здесь, поддерживая замок в безупречном порядке. Потому Марк с улыбкой взглянул на него и увидел, что де Невиль, несмотря на возраст, всё ещё очень красив. У него была прямая осанка и, если б не трость, никто никогда не подумал бы, что он калека. Его лицо было смуглым, в волнистых чёрных волосах серебрилась седина, а голубые глаза с длинными ресницами необычно смотрелись под широкими чёрными бровями с крутым изломом.
— Я рад, что едва получив Лорм, ваше сиятельство выбрали время среди своих дел, чтоб приехать сюда, — поклонился Марку де Невиль. — И мы сделаем всё, чтоб вам здесь понравилось. Я знаю, что помимо Лорма у вас есть прекрасный замок в Ричмонде, да и места там куда более благодатные, но я надеюсь, что и впредь вы будете приезжать сюда, ведь этот замок не просто дом де Лормов. Это — колыбель де Лианкуров, созданная ими для своих наследников с любовью и старанием.
— Я действительно лишь недавно получил Лорм, и это было для меня как гром среди ясного неба! — рассмеялся Марк. — Да и о своём родстве с де Лианкурами я узнал лишь недавно. Но коль судьбе, маркизу де Лианкуру и королю было угодно сделать меня графом де Лормом, то мне оставалось лишь с благодарностью принять этот дар. Поэтому я здесь.
Он обернулся и увидел, как из распахнутой дверцы кареты выбирается, шурша юбками, Мадлен, а потом за ней выпрыгнул белый щенок и, обрадованный возможностью размять лапы, начал носиться по площадке, едва не сбивая с ног всех, кто попадался ему на пути.
— Валентин, следи за своей собакой или я отправлю её на псарню! — крикнул Марк.
И высунувшийся из кареты Валентин обиженно взглянул на отчима и заявил:
— Его зовут Труфо!
— Я постараюсь запомнить, — фыркнул Марк и улыбнулся подошедшей жене.
Он представил ей де Невиля и тот повернулся назад. К ним тут же приблизились двое: красивая женщина средних лет в атласном платье, с чёрными волосами, убранными под кружевной чепец, и юноша, почти мальчик, чем-то похожий на де Невиля и даму в чепце.
— Моя супруга Женевьева де Невиль и наш сын Стефан, — представил их управляющий.
— Мы очень рады, что вы приехали в Лорм, ваши сиятельства, — улыбнулась госпожа де Невиль, — и готовы сделать всё, чтоб этот старый замок стал для вас домом. Слуг здесь пока немного, если понадобится, мы немедля наймём ещё. А пока все, кто здесь служат, готовы исполнить любое ваше желание.
— Безусловно, — подтвердил управляющий. — Позвольте, я представлю вам слуг, а потом мы пройдём в дом. Вы наверно проголодались с дороги. Стол накрыт!
— Сначала мне хотелось бы умыться и снять эту пыльную одежду, — возразил Марк. — А после я надеюсь, вы составите нам компанию за столом.
— Если вы сочтёте это уместным, — со смущённой улыбкой произнесла Женевьева.
— Это вполне уместно, — заверил её Марк. — Мне известно, что господин де Невиль — отважный воин, и по праву носит рыцарское звание, стало быть, нет ничего зазорного в том, чтоб пригласить его за наш стол.
— Мои подвиги остались в далёком прошлом, — немного печально улыбнулся тот. — Но идёмте! Если желаете, слуги наполнят для вас лохань тёплой водой, чтоб вы могли искупаться.
— Заманчиво, но я уступаю это удовольствие супруге и шалопаю, который уже распугал со своей собакой всех слуг. Проводите меня в мои покои и пусть туда принесут побольше холодной воды и полотенца.
Он повернулся к замку и с интересом окинул взглядом нижнюю галерею. Её крыша представляла собой террасу с резной балюстрадой, за которой виднелась ещё одна галерея. Так нижняя часть замка тремя уровнями поднималась к вершине, опоясывая склон горы. Верхняя же представляла собой двухэтажное здание с большими заострёнными вверху окнами, подсвеченными горящими свечами. Сам фасад в этот час разглядеть было сложно, но можно было не сомневаться, что он также отделан каменной резьбой. По обеим сторонам верхнего здания стояли высокие башни под остроконечными крышами.
Этот замок выглядел таким же лёгким и красивым, как и Лианкур. И Марк невольно обернулся, чтоб оценить вид на долину, открывавшийся сверху, но она уже потонула в синих сумерках и только на горизонте темнела неясная масса слившихся воедино леса и гор.
— Если вы любите холодную воду, то здесь есть бассейн, который наполняется из источника, бьющего из скалы, — сообщил де Невиль. — Расположенная там купель иногда прогревается, но последнее время стояли довольно холодные ночи, и вода там тоже холодная, хотя и не ледяная.
— В таком случае, я предпочитаю искупаться в бассейне, — сообщил Марк. — Сами знаете, в военном походе тёплая вода — это роскошь, а холодная бодрит и укрепляет дух. Потому я предпочитаю именно холодную воду.
Бассейн, о котором говорил де Невиль, представлял собой большую чашу, обрамлённую отполированными плитами, в неё из расщелины в камне лилась вода. В дальней части она переливалась через край, по жёлобу стекала в сад и питала фонтан. Марк с удовольствием опустился в прозрачную холодную воду, в которой яркими бликами отражались огни фонарей, расположенных вокруг. Он немного поплавал, а когда замёрз, выбрался на каменный бортик и Модестайн набросил ему на плечи подогретую мягкую накидку.
Спустя полчаса он уже сидел за столом в уютной гостиной, большие окна которой выходили на террасу над одной из галерей. Он был вполне доволен как своим замком, оказавшимся столь же просторным, изысканным и уютным как Лианкур, так и тем, что Мадлен, осмотревшись и
