у неё получается править намного лучше, чем у Навуходоносора или любого другого мужчины, оказавшегося поблизости: она построила гигантский город Вавилон, разбила в нём прекрасные висячие сады, возвела ещё много великих городов и завоевала огромные территории – её империя простиралась от Индии до Эфиопии.
Что важнее – король или королевство?
Что имеют в виду, когда говорят «Король умер.
Да здравствует король!»? Что такой-то король скончался, но королевство будет вечно.
Стало быть, дело не в том, что вместо старого короля будет новый. просто королевство – своего рода «корпорация», которая состоит из всех королей – и живых, и умерших.
Как это так получается, что множество людей воплотились в одного?
В том и состоит идея «корпорации». Корпорация – бессмертное единство, состоящее из множества смертных людей. Идея очень странная, но она важна, поскольку «корпорации» существуют и сегодня, причём очень могущественные.
Корпорацию изобрели средневековые законники в XIII веке. Возьмём, например, монастырь: допустим, он состоит из сотни монахов. Через сто лет все они умрут, не так ли? Но в монастыре всё равно будет сотня монахов – просто других. Можно сказать, каждый монах смертен, но монастырь вечен. Монастырь превращается в нечто вроде странного человека, у которого нет тела, так что он никогда не умрёт, зато будет способен владеть землёй, брать ссуды и даже давать обещания.
Удобно! Оттого вскоре корпорациями стали себя объявлять монашеские ордена и гильдии, и даже города.
Тогда средневековые законники задались вопросом: а как же короли? Что ж, монархия – тоже корпорация: она состоит из всех королей, но в отдельно взятое время живёт лишь один из них.
Как тело может быть бессмертным? Как оно может быть коллективным? А?!
В чём разница между нацией и королевством?
В каком-то смысле ни в чём. С точки зрения идеи наций быть русским или нигерийцем означает быть частью бессмертного единства: любой русский или нигериец умирает, но нация продолжается в веках.
(К корпорациям мы ещё вернёмся).
Сегодня большинство стран уже не королевства, и даже если в них есть короли и королевы, власти у них немного. После Американской революции 1776 года, затем после Французской революции 1789 года и ещё целой череды других революций большинство населения планеты решили, что устали от того, что ими правит без особой на то причины один человек. Потому сегодня все настаивают, что «суверенитет» (то есть власть, которой прежде обладали короли) теперь принадлежит так называемому «народу» – подданным. Раньше ими правили короли, а теперь они сами превратились в правителей.
Но что это значит на самом деле? И кто такой «народ»? Кто наверняка знает ответы на эти непростые вопросы? Кажется, никто, поэтому большинство войн в последние пару сотен лет, а их было много, разгорались как раз между людьми, которые придерживались на этот счёт разных мнений.
Погодите, разве возможно, чтобы королём были все сразу?
Разумеется, нет!
Кем бы тогда все они правили?
Хотя очевидно, что все жители одновременно не могут быть королями, современные государства настаивают на том, что так оно и есть. Однако откуда тогда у полиции право вас арестовывать, сажать в тюрьму или даже стрелять при попытке побега? Обычно на этот вопрос отвечают так: полиция следит за соблюдением закона. Хорошо, но почему я должен соблюдать законы? Любой может придумать закон! Что, если я издам закон, который гласит, что каждый должен тратить час в день на то, чтобы красить цыплят в голубой цвет? Стали бы люди это делать? На это можно ответить: ну, есть конституция, которая говорит вам, как принимать правильные законы. Тут вы можете спросить:
«Чем ваша конституция так замечательна? Я тоже могу написать конституцию. Может, моя и получше будет». А вот и ответ: конституция была принята Народом! Ах, вот оно что. И как же Народ принял конституцию? Что ж, ответ таков: с помощью революции (Американской, Французской, Гаитянской, Мексиканской и других революций).
Тогда вы скажете: «Стойте, но ведь революция – это незаконно!
Получается, мы подчиняемся правительству потому, что лет двести назад какие-то люди его свергли? Как это может иметь хоть какой-то смысл?»
ТЕПЕРЬ ВЫ ПОНИМАЕТЕ, ПОЧЕМУ РАЗОБРАТЬСЯ ВО ВСЁМ ЭТОМ НЕ ТАК ПРОСТО.
Неужели и сегодня есть короли?
В каком-то смысле есть. Корпорации – это маленькие королевства, а их директора смахивают на королей.
В конце концов, корпорации работают по принципу «сверху вниз»: у них есть правители, которые могут приказывать людям делать всё, что им вздумается. Во многих правительствах есть так называемые «сдержки и противовесы»: разные отделы правительства следят друг за другом и держат друг друга в узде. Внутри корпорации всё по-прежнему, как в королевстве, директор отдаёт приказы, и никто особо не может ему возразить. Он как божок.
ЕСТЬ И НАСТОЯЩИЕ КОРОЛИ – НАПРИМЕР, КОРОЛЬ ВЕЛИКОБРИТАНИИ И КОРОЛЬ ТАИЛАНДА, – НО КРОМЕ ОДНОГО ИЛИ ДВУХ (СКАЖЕМ, КРОМЕ КОРОЛЯ САУДОВСКОЙ АРАВИИ), ОНИ НЕ В СЧЁТ, ПОСКОЛЬКУ НЕ МОГУТ НИКОМУ НИЧЕГО ПРИКАЗАТЬ.
Неужели директора компаний и в самом деле сегодняшние короли и королевы?
Называть генеральных директоров крупных корпораций королями и королевами наших дней довольно странно, ведь они очень от них отличаются. Самое очевидное: они не могут отдавать приказы об убийстве. Кроме того, те, кем они управляют, теоретически подчиняются им по собственной воле, в отличие от королевских вассалов: подданным короля Франции, скажем, просто довелось родиться во Франции, а подданным могольского императора – в Индии. Наконец, главы корпораций редко передают власть своим детям. (Детям они передают свои деньги, потому те тоже становятся весьма влиятельными, но они редко оказываются директорами той же корпорации.)
Пожалуй, главная причина, почему руководители компаний не похожи на королей и королев древности, – они скучные люди. Короли все разные, но скучными большинство из них не назовёшь. Мало того, что они обладали всей полнотой власти, так ещё и считали вполне
