Московского теперь отсылают в родовое имение?
— Эпоха уходит, господа, — покачал головой в ответ князь Андреев, владетель Якутии. — Сколько себя помню, Невские со столицы кормились.
— Это верно, — поддержал его и князь Уфы. — Я тоже все чаще замечаю, что мир, в котором мы живем, и тот, в котором я родился — совершенно разные. Стареем, господа, стареем.
— А что нам по этому поводу скажет княжич Романов? — спросил меня отец невесты моего брата.
Я вздохнул, разводя руками.
— Пожалуй, скажу, что это не моего ума дело, господа. Конечно, время не стоит на месте, — я обратил внимание на руку девушки, переворачивающей новую карту на столе. — Но, как сказал один поэт — пока ты чувствуешь себя молодым, ты молод. Я же предпочитаю думать, что мы пришли в этот мир для того, чтобы оставить его лучше, чем он достался нам.
— Достойно, конечно, — кивнул Габдешшакур Булатович. — А я в последние годы радуюсь, господа, что не живу в Османской империи. Тут с одной-то женой не всегда совладаешь, а как подумаю, что у соседей с гаремами в таком возрасте еще возиться надо, так сразу сердце радостью наполняется, что мое княжество в Русском царстве.
Господа негромко посмеялись над этой шуткой.
Тем временем на столе открылась последняя карта, и князья прервали общение, разглядывая свои карты. Я молча сложил свои рубашками вверх и отодвинул их по сукну в сторону.
— Не повезло.
И это действительно было так — всего одна пара. Отбирать развлечение у князей я не собирался, так что пусть развлекаются, ломая головы и разжигая нервы над финальным этапом. Ради этого момента игра и была затеяна.
— Ну, вот и все, господа, благодарю за игру, — произнес князь Андреев, поглядывая на соперников поверх своих карт, — но теперь вам пришла пора сдаться.
— Русские князья не сдаются! — решительно заявил Габдешшакур Булатович. — Я подозреваю, господа, наш добрый друг опять блефует.
Он шутливо погрозил Федору Александровичу пальцем.
— Я тебе никогда не забуду прошлый раз в Москве, — произнес Уфимский князь. — Признаю, ты тогда здорово меня обдурил, но больше я на эту удочку не клюну.
Но через три минуты мы все узнали, что князь Андреев не блефовал. С довольным взглядом он получил из рук девушки выигранные фишки и тут же отделил от них одну стопку — как раз на десять тысяч рублей.
— Держи, красавица, — он вручил ей часть выигрыша, после чего обернулся к другим игрокам. — А теперь, господа, мне, к сожалению, пора вас покинуть. Княжич Романов, не составите мне компанию?
— Разумеется, Федор Александрович. Господа.
Мы прошли всего метров пять, как за столом появились другие желающие сыграть. Андреев отвел меня в сторону и, когда мы оказались на достаточном удалении от окружающих, князь заговорил:
— В последнее время я все чаще слышу о ваших подвигах, Дмитрий Алексеевич, — сказал он. — И признаюсь честно, это начинает меня беспокоить.
— Почему же? — спросил я.
— Моя дочь собирается замуж за Сергея Алексеевича, — проговорил князь Якутский. — Но слава Романовых — штука переменчивая. Я опасаюсь за здоровье Дарьи Федоровны. Если что-то случится с вашим родом, а судя по тому, как часто вы, княжич, мелькаете в новостях Русского царства, это практически неизбежно, я хотел бы знать, что моя дочь будет в безопасности после замужества.
Я кивнул, прежде чем ответить.
— Супруга наследника нашего рода будет под самой надежной защитой в мире, Федор Александрович, — заверил его я. — И если уж говорить откровенно, я не знаю более безопасного места, чем рядом с Сергеем. Он будет хорошим мужем и позволит вашей дочери раскрыть свой потенциал. Они будут прекрасной парой.
— Вы можете мне обещать, Дмитрий Алексеевич? — все еще хмуря брови, спросил он.
Я вновь наклонил голову.
— Обещаю, князь.
Глава 5
Внедорожник подпрыгнул, перелетая яму на дороге, и мягко вернулся на грунтовку. Раскинувшийся с обеих сторон лес затруднял мне обзор, но протоптанная машина колея все еще давала возможность придерживаться нужного направления. Идеальная имитация глухомани, здесь даже мобильная связь не ловит.
Я повел руль в сторону, разворачивая машину, едва не врезаясь крыльями в деревья. Установленный на крыше пулемет открыл огонь, поражая движущиеся в лесном массиве цели, и я вывернул руль обратно. Под колесами взметнулась влажная грязь, разлетаясь черными брызгами по ближайшим стволам и оседая на коре неопрятными комками.
Внедорожник повело, но не слишком сильно. Под задней парой колес образовалась яма. Чтобы выбраться, потребовалось секунд десять.
Пулемет развернулся в другую сторону, контролируя новые мишени. Данные с дронов, висящих над рукотворным лесом, позволяли корректировать огонь. Автоматика сама регулировала и прицел, и количество требующихся выстрелов для поражения.
Три новых коротких очереди, и на моем табло погасли намеченные с помощью дронов цели. Задача была выполнена, и можно было возвращаться к началу трассы.
Вырулив обратно на тропу, я вывел забрызганный грязью внедорожник с территории испытательного полигона на небольшую поляну, где была установлена походная палатка и дежурили несколько слуг. Пока я отстегивался и выбирался наружу, ко мне уже подходил Волков.
Святослав Святославович нес в руке планшет с результатами испытания, и по лицу боярича было ясно, что он крайне доволен.
— Что скажете, Дмитрий Алексеевич? — поинтересовался он, когда я захлопнул за собой дверь машины.
Я вдохнул влажный холодный воздух. Было уже прохладно, но здесь снега еще не легло, хотя судя по нынешней погоде, совсем скоро выпадут осадки, и сугробы станут по-настоящему высокими, как и полагается для настоящей зимы.
В целом, ничего нового мы в этот раз не сделали. Турели и до нас делали, и показывали результаты они ничуть не хуже нашей.
— Я, в принципе, всем доволен, — ответил я Волкову. — Трасса получилась хорошая, я даже подумал, застряну, но нет, выкарабкался в последний момент.
Святослав Святославович кивнул, притягивая мне планшет.
— Я передам нашим ландшафтным дизайнерам, что вы их работой довольны, — с улыбкой произнес он.
Кивнув ему, я пролистал отчет уже на пути к палатке, где нас ждали слуги Демидовых.
— Наводка точная, реагирует на тряску хорошо, — прокомментировал я, возвращая планшет Волкову и принимая из рук слуги металлическую кружку с кофе. — И мобильность мне нравится. Но сажать его нужно на другие машины. У нас слишком большие габариты для такого полигона.
— Мы потому и выбрали этот транспорт, — не согласился со мной Святослав Святославович. — Популярная модель, легко модифицировать, да и проходимость не выше среднего. Не все могут позволить себе на «Монстрах» кататься.
Я кивнул, не став спорить с бояричем. В сущности, мне было не принципиально, на что будет
