с Великобританией договором о сотрудничестве. Так, 11 сентября, в отместку за вылазку на территорию Израиля, унесшую жизни шести израильских солдат, Армия обороны Израиля нанесла мощный удар по иорданскому блокпосту в Карии, и было убито 16 бойцов Арабского легиона. Последовала очередная атака федаинов с иорданской территории, после чего израильская бригада 25 сентября атаковала иорданские позиции в Хусане, и число погибших там составило несколько десятков человек. Вылазки, одна за другой, сопровождались контратаками, пока, наконец, в ночь 11 октября израильтяне не нанесли массированный удар по укрепленному пункту иорданской полиции в Калькилии. В операции принимали участие танки, артиллерия и даже авиация — короче говоря, это были полномасштабные военные действия.
Хусейн был настолько потрясен реакцией Израиля, что призвал Великобританию выполнить условия англо-иорданского оборонного договора.
Таким образом, 12 октября поверенный в делах Соединенного Королевства в Тель-Авиве заявил Бен-Гуриону, что иракская дивизия может быть введена в Иорданию для “защиты этой малой страны”. В случае, если Израиль предпримет военные действия, Великобритания будет вынуждена, согласно своим обязательствам в рамках как англо-иорданского оборонного договора от 1948 г., так и Трехсторонней декларации от 1950 г., прийти на помощь Иордании. На это премьер-министр ответил, что его страна оставляет за собой право на свободу действий. В частном порядке Бен-Гурион, разумеется, выразил свое удивление поведением Лондона — накануне операции, направленной против врага Великобритании, Насера, в которой на стороне англичан намереваются участвовать Франция и Израиль. Что касается Даяна, то он был переполнен негодованием. “Должен признаться, — отмечал он в своих записках, посвященных Синайской кампании, — что, если не считать Всевышнего, лишь англичане в состоянии таким образом запутать все на свете”. В конечном итоге Иден и Ллойд встретились с Молле и Пино 16 октября в Париже, и в ходе длившейся пять часов конференции достигли наконец полного взаимопонимания относительно желательности израильского участия в военных действиях против Насера. После этой парижской встречи Лондон дал указания отменить все планы, связанные с действиями в Иордании. Пино направил Бен-Гуриону обнадеживающую телеграмму: “Вы можете в полной мере доверять англичанам”. И вот тогда израильский премьер-министр поднял вопрос о необходимости сдвинуть дату начала операции.
Больше всего Бен-Гуриона беспокоила проблема обеспечения авиационного прикрытия. Израильское наступление на Синае не могло не вызвать ответных бомбардировок израильских городов. Высока была вероятность того, что операция “Мушкетер” вовсе не начнется, если Израиль останется без прикрытия, а египтяне будут иметь господство в воздухе. Собственно говоря, союзники уже дали понять Израилю, что вносят изменения в свои изначальные планы — ввиду участия Израиля в операции — и вместо масштабного морского десанта намерены ограничиться выброской парашютного десанта непосредственно в зону Суэцкого канала. Кто знает, насколько еще союзники захотят минимизировать свои усилия? Разумеется, та роль, которую англичане отводили Израилю, представлялась неприемлемой для Бен-Гуриона и Даяна. Израильская армия должна была наступать в полном составе и широким фронтом, двигаясь по Синайскому полуострову и угрожая Каиру. Речь шла о полномасштабной войне, а у союзников при этом была возможность вмешаться и показать себя миротворцами. Селвин Ллойд, министр иностранных дел Великобритании, даже выступил с предложением подвергнуть бомбардировке силы как Египта, так и Израиля по обе стороны Суэцкого канала, чтобы продемонстрировать миру, что англичане в первую очередь думают о безопасности водных путей. Разумеется, Бен-Гурион не мог согласиться с такими планами. Задача Израиля, как ее видел премьер-министр, заключалась в том, чтобы выбить египтян из сектора Газа и снять блокаду с Тиранского пролива. Форсирование Суэцкого канала, не говоря уже о дальнейшем продвижении к Каиру, не входило в намерения израильского руководства. Необходимо было скорейшим образом внести ясность во все эти вопросы.
И вот 22 октября, на рассвете, самолет французских ВВС, на борту которого находились Бен-Гурион, Даян и Перес, коснулся колесами частной взлетно-посадочной полосы, расположенной к юго-западу от Парижа. Израильтян посадили в машину и немедленно доставили в близлежащий городок Севр, где и поселили в небольшом, неприметном домике. Через пару часов к ним приехал Пино в сопровождении Бурже-Монури и Томаса, а на следующее утро — Ги Молле. В ходе эмоциональной беседы Бен-Гурион обрисовал французскому премьеру, какая смертельная опасность грозит Израилю, насколько важно для страны разрушить базы федаинов и освободиться от удавки, накинутой Насером на горло израильской экономики. Если Израиль пойдет на немыслимый риск, связанный с вторжением в Синай, то израильским городам должна быть гарантирована надежная защита. “Мсье Молле, — сказал Бен-Гурион, — ведь вы боец Сопротивления, социалист и демократ. Вы же не дадите Израилю погибнуть”. Первоначально Ги Молле не намеревался принимать на себя обязательств, не имеющих непосредственного отношения к операции “Мушкетер”. Но, придя в ужас от перспективы массовой гибели мирного еврейского населения, французский лидер заверил Бен-Гуриона: “Я не допущу, чтобы такое случилось”. К полудню оба премьер-министра достигли официального соглашения относительно того, что французские ВВС обеспечат авиационное прикрытие основных израильских городов, а суда французских ВМС будут патрулировать побережье Израиля. Израиль проведет мобилизацию через три дня, то есть 26 октября; несколько эскадрилий истребителей-перехватчиков “Мистэр” с французскими экипажами прибудут в Израиль 27 и 28 октября, а французские боевые корабли займут свою позицию вдоль израильского побережья к 29 октября, то есть к предложенной Бен-Гурионом дате начала операции. Было также договорено, по предложению Абеля Томаса, что французские самолеты, базирующиеся на Кипре, будут выбрасывать боеприпасы, пайки, ГСМ (горюче-смазочные материалы) по маршруту продвижения израильских танков.
Однако израильские лидеры прибыли в Париж также и для того, чтобы достигнуть договоренности по еще одному важному вопросу. Им было известно, что, под нажимом Великобритании, их стране уготовлена весьма скромная роль во всей операции. И Даян предложил следующую формулу, которую следует считать компромиссной: Израиль будет осуществлять наступательную операцию ограниченного масштаба — “более чем рейд, менее чем военные действия”. Поскольку такую операцию можно будет расценить как угрожающую безопасности Суэцкого канала, это и оправдает вмешательство союзников, в чьи намерения входит защита канала. После обсуждения этого предложения, длившегося около двух часов, Бен-Гурион смог пожать плоды своего упорства. Французы одобрили идею Даяна, и его схема, оправдывавшая начало операции, была предложена вниманию Селвина Ллойда, когда министр иностранных дел Великобритании прибыл в Севр после полудня этого же дня, то есть 23 октября, в сопровождении Патрика Дина, ответственного сотрудника Министерства по делам Ближнего Востока. Англичане также приняли израильский план.
К вечеру, по окончании совместного совещания, были согласованы основные направления действий. Израиль нанесет первый удар 29 октября, выбросит парашютный десант к востоку от Суэцкого канала и объявит по радио о своих намерениях. Затем Великобритания и Франция выдвинут совместный ультиматум Израилю и Египту, потребовав прекратить военные действия. Израиль выскажет
