О Боже, он был таким большим! И вся эта обнаженная плоть находилась прямо перед ней. Марис сделала глубокий вдох, сопротивляясь сильному порыву прижаться к нему, чтобы точно выяснить, будет ли ее голова доставать ему до плеча.
Его тело было великолепным, плечи – широкими и мощными, руки и ноги – мускулистыми. Какой дурочкой она была, избегая его в течение всех этих недель, когда имелась прекрасная возможность узнать его поближе! Она молча горевала о тех потраченных впустую днях. Ей бы следовало быстрее догадаться о том, почему ее реакция на Макнила была столь острой и почему при его виде она испытывала тот странный испуг.
Макнил был тем мужчиной, с кем она проживет остаток своих дней. До сих пор не имело значения, куда ее забрасывала работа, ее домом всегда оставалась гора в Вайоминге. Встреча с Алексом Макнилом все изменила. Теперь ее дом будет там, где он, куда бы его ни отправили, а специального агента ФБР могут послать куда угодно. И хотя она не мыслила жизни без лошадей, его могли направить в город, в котором не будет работы тренера. Она никогда раньше не встречала мужчину, ради которого стала бы рассматривать возможность расстаться со своими лошадьми, но сейчас она смотрела на Макнила и понимала: он «вне конкуренции».
Он был ее мужчиной, а она была его женщиной. Марис признавала это всем своим существом.
Но сейчас их подстерегала опасность, и ей следовало быть готовой.
Макнил, прищурившись, разглядывал ее лицо пристальным взглядом. Он не отпустил ее, наоборот, обхватив узкое запястье девушки, еще ближе притянул к себе.
– О чем бы ты не думала, забудь. Ты не должна ничего делать, просто держись подальше от всего происходящего.
Его близость была слишком соблазнительной. Марис прислонила голову к его груди, потершись щекой о жесткие волосы, и ее заполнила почти болезненная нежность.
– Я не позволю тебе действовать в одиночку.
Его сосок оказался прямо перед ней – всего лишь в нескольких дюймах от ее рта, столь же притягательный для нее, как валериана для котенка. Она придвинулась ближе, ее язык скользнул наружу и нежно облизал плоский коричневый кружок.
Макнил содрогнулся и еще крепче сжал девушку в объятьях. Но его пристальный взгляд был мрачным и решительным, когда, обхватив ее подбородок рукой, он нежно приподнял ее лицо.
– Это – моя работа, – непреклонным тоном, который Марис уже приходилось слышать прежде, произнес Макнил. – Ты – гражданское лицо и к тому же ранена. Самой лучшей помощью с твоей стороны будет невмешательство.
В ответ девушка скорчила насмешливую гримасу.
– Ты бы так не говорил, если бы знал меня лучше.
Марис всегда инстинктивно бросалась на защиту тех, кого любила, и мысль о том, чтобы позволить дорогому ей человеку в одиночку встретиться с опасностью, заставляла ее кровь леденеть от ужаса. К сожалению, судьба распорядилась так, что она влюбилась в мужчину, чьей профессией было постоянно находиться между преступниками и теми, кого он поклялся защищать. У нее было не больше прав требовать от Макнила оставить работу, чем у ее семьи просить саму Марис отказаться от рискованного занятия – укрощать необъезженных лошадей. Этот мужчина был тем, кем он был, и любить его означало не пытаться его изменить.
Марис отпрянула.
– Я все еще намерена отправиться в душ и одеться. Не хочу встретиться с кем бы то ни было, одетая лишь в трусики и футболку. – Она сделала паузу. – Исключая тебя, конечно.
Макнил резко вдохнул, его ноздри расширились, а рука дернулась, словно он вновь хотел дотронуться до нее. Но так как времени оставалось все меньше, она шагнула назад, подальше от искушения, и собрала свою одежду. Когда она достигла двери в ванную комнату, ей пришла на ум одна мысль. Марис остановилась и оглянулась на Макнила. А был ли он один? Хотя Зейн и Ченс никогда не рассказывали о своих заданиях, иногда они обсуждали некоторые детали, вспоминая дни своей учебы, и Марис многое вынесла из тех разговоров. Для агента ФБР было бы очень странно работать без подстраховки.
– Твой напарник должен быть где-то рядом, – заявила она. – Я права?
Его брови приподнялись в слабом удивлении, затем он улыбнулся.
– На автомобильной стоянке. Он занял там позицию примерно через час после того, как мы добрались сюда. Никто не захватит нас врасплох.
Если бы его партнер не был на страже, поняла Марис, Макнил никогда бы не расслабился настолько, чтобы лечь с ней в постель или позволить себе отвлечься на сексуальное притяжение между ними. Она также была уверена, что он не спал, а бодрствовал на случай, если напарник подаст ему сигнал.
– Как его зовут? Как он выглядит? Надо же мне отличать хороших парней от плохих.
– Дин Пирсол. Рост пять футов, одиннадцать дюймов, худощавый, темные глаза и волосы, лысина. Он из Мэна. Ты не сможешь не заметить его акцента.
– На улице довольно холодно. Он, должно быть, замерз.
– Как я уже сказал, он из Мэна. Так что привык к холоду. К тому же у него есть термос с кофе, и время от времени он запускает двигатель, чтобы очистить стекла машины от инея.
– Не привлечет ли отсутствие инея лишнего внимания?
– Только в том случае, если кому-то известно, как долго машина находится на одном месте, а это не та мелочь, на которую большинство людей обращают внимание.
Он поднял свои джинсы и натянул их, не отводя от нее взгляда, обдумывая поразительный ход мыслей ее живого ума.
– Почему ты подумала об этом?
Марис одарила его очаровательной улыбкой.
– Поймешь, когда познакомишься с моей семьей.
Затем зашла в ванную комнату и закрыла за собой дверь.
Ее улыбка мгновенно увяла, как только она оказалась в одиночестве. Хотя она вполне осознавала и соглашалась с разумностью его предложения – не мешать работать обученным профессионалам, – но также четко Марис понимала, что все может обернуться не так, как было запланировано, и могут пострадать люди. Такое случалось, вне зависимости от того, насколько опытным или острожным был человек.
Ченс несколько раз был ранен. Он пытался утаить это от матери, но каким-то образом Мэри всегда чувствовала, когда с ее сыном случалась беда, и она, Марис, тоже. Она хранила это глубоко внутри себя, в укромном уголке, к которому могли прикоснуться только те, кого она любила.
Она почти обезумела от страха, когда Зейн едва не погиб, спасая Бэрри от террористов в Ливии. Не могла успокоиться до тех пор, пока собственными глазами не увидела брата и вновь не ощутила его несгибаемую жизненную силу. Это случилось с Зейном, а ведь он обладал исключительными способностями в планировании операций. Готовность к неожиданному развитию событий и делала Зейна непревзойденным мастером своего дела. По его словам, в любой колоде карт имеется джокер, и к его появлению всегда следует быть готовым независимо от того, что это за игра.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
