— Весьма разумно, мисс Келлавей. А ваша сестрица, школьная учительница, наверное, смотрит на жизнь иначе.
— Не знаю! Никогда ее не спрашивала! — Это была чистая правда. — Она не высовывает носа из школы мисс Пим, где учит маленьких девочек. От этого одного можно рехнуться! — Она протянула ему руку. — Я в ближайшее время уеду, мы, наверное, больше не увидимся, так что я прощаюсь с вами.
— Да, мисс Келлавей? А мне показалось, что вы говорите об отъезде невсерьез.
— Ну что вы, сэр! Мне слишком скучно в Дилингеме!
— Если вас беспокоит вопрос снабжения продуктами, то это я улажу, — поспешно сказал Сигрейв. — Впредь никаких проблем с питанием у вас не будет. А если ваша экономка не справляется с работой, могу прислать ей кого-нибудь в помощь. В конце концов, я заинтересован в том, чтобы за домом и садом присматривали.
— Чрезвычайно любезно с вашей стороны, сэр. Я вам так благодарна! — И она одарила его Сюзанниным взглядом из-под ресниц.
— Не стоит благодарности. И не заблуждайтесь — да, я хочу, чтобы вы оставили «Кукс». Но лишь получив компенсацию за полагающуюся вам по праву аренду. Мне не нужно, чтобы поползли слухи, будто я выгнал вас из дома, не заплатив. До свидания.
Выехав за пределы деревни, Сигрейв погнал своего жеребца галопом, но быстрая езда не прояснила его мыслей. Он был изумлен и до крайности недоволен своим разговором с Сюзанной. Но, не будучи неопытным юнцом, обманываться не хотел и был вынужден признаться самому себе, что его к ней влечет с первой минуты их знакомства. Что и мешает ему выдворить ее из Дилингема с должной решимостью.
И он никак не может составить о ней определенное мнение. Она так противоречива, так непредсказуема! То она ведет себя, как и подобает Сюзанне, то обнаруживает совершенно неожиданную в такой женщине глубину мышления и чувств. Всецело поглощенный этими мыслями, Сигрейв и не заметил, что привычное хладнокровие изменило ему.
Глава четвертая
Еще целых пять дней мучиться, до того как можно будет вернуться в Оукхэм, а время тянется так медленно! Люссиль больше не решалась покинуть пределы «Кукса» и довольствовалась лишь тем, что гуляла по парку или сидела на скамейке близ пруда. Ей всегда казалось, что она любит одиночество, она всегда знала, как его заполнить, но сейчас оно ее угнетало. Она бы с радостью навестила миссис Биллингем, но боялась быть навязчивой. Единственным развлечением оставались книги.
Сидя в один из таких дней под яблоней, она услышала за спиной шаги. На какой-то миг она обрадовалась — а вдруг это лорд Сигрейв, — но, обернувшись, увидела совершенно незнакомого мужчину.
— Сюзанна! Красавица моя! Наконец-то! Ты, плутовка, так спряталась, что мне пришлось в поисках тебя объехать все окрестности.
Схватив ее руку, он покрыл ее влажными поцелуями, затем, отступив на шаг, оглядел Люссиль с ног до головы.
— Но ты, мой ангел, похудела! Что с тобой?
— Да ничего, сэр, благодарю вас! — Люссиль понимала, что отвечает не в тон, но она не имела ни малейшего представления о том, кто перед ней, да и его поцелуи были ей противны.
— Так холодно, любовь моя! Прошлой весной ты не была столь сурова к твоему Чарлзу. Мы так хорошо проводили время, правда, Сюзанна?
Значит, перед ней один из бывших любовников Сюзанны, и зовут его Чарлз. Как жаль, что он застал ее в саду, а не в доме, где ей могла бы помочь миссис Эйплтон. Люссиль готова была провалиться сквозь землю, лишь бы избавиться от непрошеного гостя.
Судя по блеску его глаз, он был не прочь возобновить свои прежние отношения с Сюзанной.
— Так то было тогда. А сейчас… Вы же знаете, как я непостоянна. — И она в подражание Сюзанне передернула плечами.
— Я счастлив видеть тебя, любимая! — пробормотал он. — Так скучал по тебе! Ах, Сюзанна, таких, как ты, — теплых, умелых — больше нет. Ты помнишь?
Он обвел ее похотливым взглядом, и ей показалось, что он ее мысленно раздевает.
— Как же вы нашли меня, Чарлз? — в отчаянии спросила она, уверенная, что в Лондоне никто не мог дать ему ее адрес.
— После долгих расспросов пришлось дать взятку кухаркиной дочке. Но почему ты забралась в такую глушь?
— Были на то свои причины, Чарлз.
— Это само собой, — рассмеялся он. — У меня тоже есть причины разыскивать тебя, любимая.
— Не иначе как деньги.
— Ты угадала. — Он слегка смутился. — У меня временные затруднения. Если бы ты могла ссудить мне небольшую сумму… совершенно пустячную, мой ангел, но это карточный долг, не терпящий отлагательства.
— Дорогой Чарлз, я была бы рада помочь вам, но здесь у меня денег нет. Через несколько недель, в Лондоне, — это другое дело.
— Ты хочешь избавиться от меня! Будь ко мне милостива, Сюзанна! Я проделал такой длинный путь…
Люссиль и глазом не успела моргнуть, как он схватил ее в свои объятия и попытался поцеловать. Но она успела отвернуться, и губы Чарлза лишь скользнули по ее щеке. Люссиль старалась освободиться из его объятий, но не тут-то было — он крепко ее сжимал.
— Сюзанна! — На этот раз в его голосе слышался упрек. — Отказать в такой малости человеку, с таким трудом до тебя добравшемуся! Проделавшему такой путь, лишь бы увидеть тебя…
— Лишь бы занять деньги, хотите вы сказать! — Люссиль вертела головой из стороны в сторону, уклоняясь от губ Чарлза. — Отпустите меня! Немедленно!
Она не знала, как бы стала себя вести в подобной ситуации Сюзанна, да сейчас и не думала об этом — ей, во что бы то ни стало надо было избавиться от назойливого гостя. Будь она в «Куксе», треснула бы его одним из отцовских сувениров, привезенных из Китая, а тут под рукой ничего нет.
Чарлз тем временем, преодолевая ее сопротивление, обцеловал ее шею, руки его скользнули от талии Люссиль к груди. Это было отвратительно. Освободив наконец одну руку, она влепила ему пощечину. Он, выругавшись, разнял руки, и в этот момент низкий мужской голос произнес за его спиной:
— Очень меткий удар, мисс Келлавей, и главное — своевременный.
Люссиль и ее посетитель одновременно обернулись и увидели направлявшегося к ним Сигрейва. По сравнению с ним Чарлз казался коротышкой, а его одеяние — жалкой пародией на элегантный костюм графа.
— Неужели вы, дорогой Де Виньи, не поняли намека? По-моему, дама довольно ясно выразила свое нежелание находиться в вашем обществе. Вы меня чрезвычайно обяжете, если удалитесь немедленно.
— Вот в чем, оказывается, дело! — Де Виньи переводил понимающий взгляд с Люссиль на Сигрейва и с него на нее. — Охмурила графа?
Люссиль уже раскрыла рот, чтобы выступить с опровержением, но Сигрейв ее опередил:
