за 91 тысячу лет своей жизни я не усвоил разницу между различными избирательными системами?
- Возможно, у вас другая система. Я плохо знаком с вашей культурой.
- У нас были все те же системы, что и у вас. Знание не возникает из ниоткуда. Все познания и системы проходят череду собственных эволюций, улучшения появляются постепенно, от простого к сложному. Не бывает такого, что бы лучшая система в одночасье появилась сама по себе, не пройдя через цепь из ошибок и исправлений. Так что все разумные цивилизации проходят примерно одинаковый путь. Разница лишь в этапе, на котором они находятся в данный момент. Так вот от мажоритарной системы мы отказались – она не работает так, как должна. Потому что при голосовании одни члены, так или иначе, оказывают влияние на других. При этом некоторые индивиды вообще не хотят голосовать. Другие не разбираются в вопросе. Третьи поглядывают на своих друзей и родственников и делают так же, как они.
В итоге получается, что решения принимают не все самостоятельно и по отдельности, а те, кто может оказать больше всего влияния на других. Стало быть, в такой системе нет ничего справедливого. Вот вы, люди, прекрасно умеете навязывать свою точку зрения и затуманивать разум своими пространными речами. Просто настоящие специалисты по этой части. И из-за этого многие голосования содружества проходят под эгидой человеческого мировоззрения. И что самое смешное, вам даже дела нет до этой части галактики и того, что здесь происходит. Людей то здесь нет. Ну, кроме тебя, разумеется. Вы просто хотите быть главными и правыми во всем, поэтому везде навязываете свое мнение, даже если сами не понимаете, о чем идет речь.
Фонокса реально прорвало и, казалось, что он готов был говорить и говорить, но вовремя остановился, глядя на озадаченное лицо Альбера.
- Допустим, что так оно и есть, - Альбер видел в словах Фонокса рациональное зерно. В людях он разбирался очень даже хорошо, - Но почему вы считаете, что мы должны подвергнуть опасности другие цивилизации? Если вы хотите умереть, как вид, то найдите для этого другой способ, менее опасный для всех остальных жителей галактики.
- Альбер, ты еще совсем ребенок. Но ты говоришь со мной, старейшим из фландрейцев, с таким высокомерием, как будто ты лучше меня разбираешься во всех вопросах. Уясни себе наконец. Я прожил 91 тысячу лет на этом свете. Я обдумывал все те же вещи, что и ты, включая те, которые тебе еще даже в голову не приходили. И если мы избрали какой-то путь, то, уж поверь, мы подошли к этому вопросу со всей рассудительностью. Данное решение мы принимали несколько тысяч лет, продумывая и тщательно взвешивая все варианты, и вполне осознанно пришли к тому, что смерть от взрыва сверхновой станет для нас и всей галактики лучшим исходом.
- Даже если так. Я не могу принимать такие решения самостоятельно. Нужно собирать совет и проводить голосование. Вы должны представить свою точку зрения на всеобщее рассмотрение и аргументировать ее. Если содружество решит вас поддержать, то так тому и быть.
- Ты, видимо, плохо слушал, что я тебе говорил. Все эти голосования – это пустой звук, пародия на демократию.
- Это все, что я могу вам предложить. У меня нет ни прав, ни полномочий для того, чтобы отключить исследовательский модуль и прервать свою работу.
- В таком случае мне придется применить силу.
- У вас ничего не получится. Даже если вы уничтожите модуль вместе со мной, планета продолжить функционировать автономно и в случае необходимости исполнит свое предназначение.
- Такой вариант мы тоже предусмотрели. И все же я надеялся договориться при помощи слов.
Фландреец активировал шлем и вышел из модуля, взобрался на свой корабль и приготовился к взлету. Альбер смотрел на него через окно, не имея ни малейшего понятия о том, что тот собирался делать дальше.
Глава 4. Манипуляции с пространством
За время разговора пушки, что пребывали во временном нокауте, успели охладиться и были готовы приступить ко второму раунду. Альбер с интересом наблюдал за действиями Фонокса. Ему было любопытно, что же тот собирался предпринять, чтобы плазмометы не превратили его вместе с кораблем в кусок плазмы. Ничем не примечательный с виду корабль поднялся вверх, и буквально в 10 сантиметрах от его крыши пронеслись первые плазменные снаряды. Пушки не спали.
Корабль очень медленно, как будто нарочно, поднялся вверх еще на полтора метра и несколько сотен плазменных шаров размером с человеческую голову обрушились на него густым потоком. Альбер закрыл глаза и представил себе похороны бедного Фонокса. Однако вопреки всем ожиданиям, когда он их открыл, увидел отраженные снаряды, что полетели во всех направлениях. Несколько из них летели прямо в исследовательский модуль, прямо в Альбера. Он быстро упал на пол и закрыл голову руками, готовясь услышать звуки взрывов. Его мозг лихорадочно продумывал действия на случай разгерметизации модуля. Если это случится, у него будет всего несколько секунд, чтобы добраться до скафандра и активировать его. К счастью, план приводить в исполнение не потребовалось. Чудом ли, или силой науки и защитного поля вокруг модуля, снаряды его миновали.
Тем временем, Фонокс с чувством собственного превосходства так же не торопясь поднимался выше и выше, пока тысячи снарядов отскакивали от его поверхности и разлетались во всех направлениях. В воздухе образовалась целая туча пыли, поднятая с земли. В местах попадания снарядов оставались плазменные воронки размером с футбольный мяч. Наконец, корабль фландрейца немного ускорился, а потом просто исчез. Альбер даже не успел понять, как все произошло. Мгновение назад Альбер наблюдал его собственными глазами, но теперь в воздухе кружилась одна лишь пыль, а корабля нигде не было видно. Все это было похоже на какое-то представление иллюзиониста. Сначала он поднял
