и поменять повязку!
– Потом, – он взглянул на друзей, которые подошли ближе, – сейчас бы отдышаться.
– Лазар не отступится, – заявил Амир, – нападение на нас во время операции с фурами явно наводка. Сегодняшний пожар – это продолжение. Чего ждать дальше? Мне точно не следует показываться в городе. Месть за предательство – мучительная смерть. Не очень хочется оказаться с отрезанной головой где-нибудь в сточной канаве.
– Не беспокойся, – Анхель хлопнул его по плечу, – мы своих в обиду не дадим. Можешь жить в доме Милоша сколько хочешь, а Милош переедет к нам. Твоим людям мы найдем жилье в поселке. – Он одной рукой обнял Софию. – Про наводку я тоже думал. Ты уверен в своих людях?
– Большинство моих людей убито, но они не смертники, чтобы класть голову на плаху. Хотя всякое может быть. – Амир задумался. – Может, Лазар кого-то шантажировал? А ты можешь поручиться за своих людей?
– Я даю гарантию насчет своих, – твердо заявил Анхель, – тут даже шантаж не подойдет, потому что цыгане не пересекаются с Лазаром.
Амир пожал плечами. Они еще долго стояли и обсуждали пожар, последствия, решали проблемы.
Шафранка пришла за Амиром, чтобы обработать раны и сделать перевязку. При виде ее на лице араба отразилась лучезарная улыбка. Это не ускользнуло от Анхеля. Он нахмурился, но решил промолчать. Потом непременно надо ознакомить Амира с правилами жизни в поселке. Амир и Шафранка ушли в дом Милоша.
– Как бы грустно ни звучало, – пробубнил Йон, – Александр пока побеждает. Что будем делать?
– Он не побеждает, – улыбнулся Анхель. – У нас в руках то, что его так активизировало, и это находится в той коробке. Побеждаем мы, хотя бы потому, что до сих пор живы. Мы лишили его оружия, инвентаря для лаборатории, нечто важного в коробке и людей, но мне не нравится тот факт, что он знал координаты моих ангаров в Мали Иджёш. Я уверен, что нас сдал человек Амира, просто ему в это сложно поверить. Других вариантов я не вижу.
Они принялись вспоминать и обсуждать каждый этап той сделки, пока не дошли в разговоре до момента приезда людей Александра.
– Когда эти машины пронеслись возле меня, я насторожилась и подумала, что они не похожи на машины людей Амира. – София тоже вспоминала тот день. Она его еще долго не забудет, ведь впервые в жизни убила человека. Она стала подобной Ромалю Бахти, но ради спасения его жизни она была готова пойти на что угодно.
Слушая ее, Анхель внимательно смотрел на Йона. В голове у обоих мужчин родилась еще одна догадка, которую было страшно произнести вслух.
– Я проверю машину Софии на всякий случай, – сказал Йон и направился к машине, оставляя Анхеля и Софию наедине.
Ничего не понимая, София нахмурилась и перевела вопросительный взгляд на мужа.
– Это обычная осторожность, – он обнял ее, – не переживай. Ты же ничего не скрываешь, твоя машина не может быть с маячком.
Йон открыл дверь со стороны водителя. В передней части салона чаще всего прячут маячки, особенно со стороны пассажира, поэтому водитель может даже не догадываться, что готовит для него попутчик. Место водителя было чисто.
София внимательно следила за Йоном. Хотя с чего ей переживать? Она же не цепляла себе в машину маячок, уж в этом она точно была уверена. Но почему-то продолжала наблюдать за Йоном: как он сел на переднее сиденье на место пассажира, нагнулся, исследуя панель перед собой. Сердце гулко забилось, когда он вышел из машины, подошел к ним и протянул руку.
В ладони лежал небольшой металлический предмет – тот самый маячок, который привел людей Александра, устроивших перестрелку. Они убили десятки людей и ранили ее мужа. Но как? София ощутила, как ослабла рука Анхеля, и она лишилась поддержки.
– Гаджо, ты опять предала нас, – произнес Йон, и от этой фразы у Софии подкосились ноги, во рту пересохло.
Анхель перевел на нее взгляд, в котором читалось недоверие, шок и что-то еще… Холодное, металлическое…
– Как он оказался у тебя? Кто был в твоей машине? – Его строгий голос окатил Софию будто ведром холодной воды. Воздуха не хватало. Мысли то и дело возвращали ее в тот злосчастный день, когда она подвозила Иво. Это Иво! Теперь не было никаких сомнений! Он лихо подставил ее.
– Это Иво, – прошептала она, – мне пришлось его подвезти… Он был пьян, пришел к моему дому…
Слезы застилали глаза, губы дрожали от испуга. Она опять разбила сердце своего мужа, сердца всех цыган… Но она не знала, что ее доброта сыграет такую злую шутку.
– Иво? Ты подвозила этого подонка, зная, что я бы этого не одобрил? – Голос Анхеля стал еще жестче.
Она смотрела на него испуганно, желая лишь одного – того, что никогда уже не сбудется: вернуться назад и все исправить. Она своими руками разрушила все, что с таким трудом создавала.
Глава 5
Анхель сверлил Софию взглядом. Она в волнении смотрела на него, чувствуя биение своего сердца где-то в горле.
– Я первый раз вижу это! Я не знала! Я все объясню, – быстро прошептала она, – давай поговорим!
Анхель зажмурился, словно от боли. Наверняка плечо нестерпимо болело, но больше всего – сердце. Он тяжело выдохнул и снова взглянул на Софию.
– Я знал, что не стоит верить гаджо, – снова начал Йон.
Анхель, отведя взгляд от жены, огляделся вокруг и обратился к другу:
– Мы будем молчать об этой находке. – Он выхватил маячок из ладони Йона и зажал его в кулаке.
Йон не сразу понял, что творит Анхель, но осознав, что тот хочет замять предательство, нахмурился и взглянул на Софию:
– Она предала нас! Из-за нее погибли люди!
– Она моя жена! – Анхель здоровой рукой схватил друга за грудки и притянул к себе. – И мы ничего еще не знаем! Нельзя осуждать человека, пока не узнаешь правду. Обвинение в убийстве – это не шутки, но если ты хочешь и дальше обвинять ее, то тебе придется иметь дело со мной, – четко и хладнокровно произнес он.
Софии стало страшно. Дрожащими пальцами она коснулась лица, ощущая на щеках слезы. Девушка ожидала от Анхеля любой реакции, но только не того, что он встанет на ее сторону. Она, как и Йон, пребывала в шоке. Муж пригрозил другу, защищая ее, что делало его морально сильнее их в несколько раз.
– Понял, – спокойно произнес Йон, исподлобья взглянув на девушку, и пошел со двора.
София слегка расслабилась, хотя понимала, что разговора с Анхелем не избежать. Лгать она не собиралась
