в стекло постучала София. Она вышла за ним, не желая отпускать его в таком состоянии.
– Анхель, я волнуюсь. – По ее щеками текли слезы. – Что ты собрался делать?
– Я же сказал, что избавлюсь от этой машины и телефона.
– От меня ты тоже избавишься? – не выдержала она.
Анхель непонимающе уставился на нее. Но, заметив бледность жены и ее потерянный вид, наконец понял, что она чувствует.
Он вышел и прижал Софию к себе. Да, он был зол на нее, но на себя он злился не меньше! Никто даже понятия не имеет, как тяжело ему сейчас. Его никто не пожалеет, потому что он не имеет права показывать слабость.
– Я сказал, чтобы ты не переживала, сейчас уже бессмысленно плакать. – Он поцеловал ее в волосы, которые пахли гарью и ее духами. – От тебя я никогда не избавлюсь, запомни это на всю жизнь. Ты проведешь ее со мной.
После этих слов им обоим стало легче. Но если Софию успокоили его слова, она расслабилась, помахала ему на прощание, то для Анхеля эти слова стали призывом к действию. Он будет защищать свою семью любыми способами.
Красный «Фольксваген» выехал со двора и чуть не столкнулся с джипом Йона. Анхель махнул рукой, чтобы тот ехал следом.
Это все, что увидела София. Когда машины скрылись, она присела на ступеньку крыльца. Чьи-то руки накрыли ее плечи.
– Что-то произошло, – сделала вывод Ясмин, присев рядом. – Ты много плачешь, а Анхель нервничает. За последние дни много всего случилось, столько бед не было еще никогда… Бывало всякое, но не такое. Мой брат никогда не был при смерти, а деревню не поджигали. Твой мир тебя не отпускает, ведь так?
Ясмин взглянула пронзительным взглядом на невестку, и София отвела глаза. У нее не было слов. В каком-то смысле Ясмин права.
– Запомни одно, – цыганка прижала девушку к себе и улыбнулась, – мы, Бахти, своих не отдаем. Пойдем в дом, умоемся, смоем с себя весь негатив и зло того мира, поможем бабушке с готовкой и сделаем вид, что ничего не было. Мы, цыгане, никогда не грустим и всегда находим повод для улыбки.
Сложно было не улыбнуться в ответ. Ясмин была такой чистой, лучезарной. София прижалась к ней сильнее и закрыла глаза. От цыганки исходила доброта, и на эту секунду девушка забыла все, что произошло за последние два дня.
– Пошли. – Она поднялась и протянула руку Ясмин. – А где мой брат?
– Он пошел устраиваться в своей новой комнате, теперь будет жить с нами. В его доме живет тот араб. – Ясмин кивнула в сторону дома Милоша и нахмурилась: – А где Роза?
София пожала плечами и открыла дверь. Так хотелось, чтобы все было как прежде: все они за одним столом, едят, разговаривают, смеются. Подумав о еде, она поняла, что ничего не ела уже давно, и в животе заурчало.
Когда София зашла в дом, в нос ударил запах свежей выпечки. Голова закружилась, в глазах потемнело. Она схватилась за спинку ближайшего стула, чтобы устоять на ногах. Пока Ясмин заходила в дом, София сделала вид, что прекрасно себя чувствует, села за стол и рукой подперла подбородок. Вдруг ее резко бросило в пот, стало дурно. Слишком много испытаний свалилось на нее. Она сейчас переживала за состояние Анхеля, физическое и моральное, за его отношение к ней, за свои деяния, за то, что дала провести себя Иво. За последнее София и вовсе себя ненавидела.
– Надо умыться, – напомнила Ясмин, – смыть с себя все плохое.
– Да, точно, – согласилась София, почувствовав себя чуть лучше.
Хотелось прилечь. Она ушла в ванную комнату и прыснула себе в лицо воды – помогло. Мечтая оказаться в прохладе, София молча дошла до комнаты и легла на кровать, поджав под себя колени.
* * *
Анхель остановил машину возле выжженного черного поля, где совсем недавно радовали глаз яркие подсолнухи. Теперь местность выглядела ужасно. А ангар! Для него и Софии это было памятное место, а сейчас от него остались только черные угли.
– Ты спятил? – Йон остановил машину и направился к Анхелю. – Если ты поехал убивать этого ублюдка Иво, то одного я тебя не пущу. Поедем вместе! Ты, кажется, ранен!
– А ты нет? – улыбнулся Анхель. – Я поеду один. И я не говорил, что в мои планы входит убийство. Ты принес взрывчатку?
– Конечно не входит, – съязвил Йон и достал из машины блок, соединенный проводами. – Взрывчатку ты попросил, чтобы устроить фейерверк?
– Не переживай, я не собираюсь его убивать. Хочу сыграть в одну игру, – Анхель взял взрывчатку, открыл багажник красного «Фольксвагена» и положил ее туда, – но твоя помощь мне будет нужна: надо избавиться от оружия Лазара, пока он его не нашел. Забери мою машину из Мали Иджёш, если она еще в состоянии ездить, и свяжись с поставщиком машин в Италии, посмотрим, что у него есть.
– Хочешь поменять машину? – спросил Йон.
Анхель оглянулся и задумался, смотря на красный «Фольксваген»:
– Да, было бы неплохо.
– Выберем, – кивнул Йон, записывая в телефон. – Черную?
– Белую.
Йон поднял на друга тяжелый взгляд, как будто бы тот свихнулся, но Анхель лишь усмехнулся и сел в машину. Сейчас ему не до покупок, его ждет более важное дело.
– Встретимся в «Цеппелине». И надо проверить «Обсидиан»: стоит ли он еще на этой земле.
Машина тронулась, а Йон принялся звонить Михею. Вдвоем они сделают дела быстрее. К тому же это Михей прятал оружие Лазара.
Анхель мчался к лесу с другой стороны города. План мести в его голове родился за пару секунд. По дороге он заехал в магазин товаров для праздника, купил подходящую коробку с красным бантом, при виде которой на его лице заиграла дьявольская усмешка.
Приехав в лес, Анхель остановился недалеко от берега Дуная и принялся за подготовку. В каждом его действии ощущалась ненависть. Даже Александр не вызывал столько злобы.
На переднем сиденье лежал маячок, который, вероятно, уже никто не отслеживал. Это было не столь важно, поскольку свою задачу он уже выполнил. Анхель положил маячок в подарочную коробку и взял в руки телефон Софии. Пальцы быстро набрали сообщение Иво, номер которого у нее до сих пор хранился. Зачем? Анхелю даже не хотелось знать этого.
«Иво, нам надо поговорить. Приезжай на шестой километр в сторону юга» – и отправил сообщение. Телефон положил в коробку к маячку. Теперь у него не было права на ошибку.
Анхель поставил таймер на взрывчатке, чтобы активировать в нужное время, опустил в коробку и вывел провода
