– расскажет мужу правду, не утаивая ничего: ей нечего скрывать.
– А ты иди в комнату, – он указал ей на дверь в дом, – и жди меня там.
Ему необходимо было побыть одному, чтобы в порыве гнева не сказать или сделать ничего лишнего. Нужно было немного успокоиться и начать мыслить рационально.
После того как София ушла, Анхель присел на скамейку, раскрыл ладонь и взглянул на маячок. Это был небольшой пластмассовый предмет прямоугольной формы черного цвета, напичканный проводами и электронным плато. Анхель не торопился уничтожать улику, зажал его в руке, опустив голову.
Он размышлял, задаваясь вопросом: кто во всем этом София? Жертва или сообщница? Точно известно лишь то, что их плану помешал Иво.
Анхель мотнул головой, прогоняя все мысли, поднялся и пошел в дом, где его встретили испуганные Ясмин и Милош.
– Все в порядке? – произнесла сестра, не сводя с брата глаз. Она не собиралась лезть в его семейную жизнь, но очень не любила склок и ругани.
– Все отлично, – заверил ее Анхель и, не став задерживаться, быстро прошел к себе в комнату.
Пройдя мимо коричневого тюля, он сразу заметил Софию.
Она стояла у окна, но при виде него зажала рот руками и присела на корточки. Ноги ее не держали, глаза от слез ничего не видели. Дело было даже не в реакции мужа. Она наконец осознала, что привела за собой «хвост», в результате чего погибли люди, а ее мужа тяжело ранили. Он вообще был при смерти!
– Я не знала, не знала. – Она руками схватилась за голову, поджимая под себя колени.
Анхелю ничего не оставалось, как кинуть маячок на кровать и прижать Софию к себе. Девушка рыдала, закрывая рукой рот: ей не хотелось, чтобы кто-то ее услышал.
– Никто тебя не обвиняет, – сказал он, с силой убирая ее руки и шепча прямо в губы, – но ты должна мне рассказать все с самого начала. Как, почему, зачем? Поняла?
Она кивнула несколько раз, соглашаясь. Надо взять себя в руки и успокоиться.
Анхель помог ей встать с пола. Взглянув на мужа, София забеспокоилась: его плечо сильно кровоточило. Вначале надо обработать и перевязать рану. Она потянулась к его плечу, он рукой остановил ее, давая понять, чтобы она не отвлекалась, а начала разговор.
От его суровости снова хотелось упасть на пол, но София взяла себя в руки.
– Надо уметь отвечать за свои поступки, – снова кивнула она. – Я расскажу тебе все, а потом ты дашь мне перевязать твою рану.
– Условия здесь буду ставить я. Рассказывай, что этот подонок делал в твоей машине?
София послушно села в кресло и начала говорить. Ничего не утаивая, рассказала все, как было: как она переживала, не находила себе места, как решила быть поблизости от места захвата, если вдруг все пойдет не по плану. Не утаила и того, что пожалела Иво, хотя он вызывал лишь отвращение. Сейчас, рассказывая Анхелю все это, она поняла, что Иво недостоин даже этих ее эмоций. Это он организовал нападение на цыган, где ранили ее мужа. Не без подачи Лазара, конечно. Выслуживался перед ним, будто сторожевой пес.
– Я ошиблась в этом человеке давно, но после того, что произошло в Мали Иджёш, он перестал для меня существовать навсегда. – София взглянула на Анхеля безжизненным взглядом, потом опустила голову и закрыла глаза. – Прости меня, я совершила необдуманный поступок. Хотя о каком прощении речь, – она уныло улыбнулась и пальцами стерла слезы, – погибло столько людей…
Конечно, она мечтала, чтобы Анхель кинулся к ней, начал утешать, жалеть, подсказал, как дальше с этим жить, но он молча поднялся с кресла и подошел к окну.
Лазар был уверен в себе, готовился к этому дню и считал, что выиграет, но ошибся – он проиграл. Даже поджог цыганской деревни ему не помог, потому что он избрал неправильный путь. Ни Александру, ни этому ублюдку Иво не стоило вмешивать во все это жену Ромаля Бахти.
Анхель принялся снимать с себя футболку и слегка поморщился, когда стягивал ее с больного плеча. Обернувшись к Софии, он увидел ее потухший взгляд.
– Я готов, – произнес он и сел на кровать.
Пока София занималась его раной, Анхель наблюдал за ней, чувствуя ее волнение, видел, как трясутся ее пальцы, как тяжело ее дыхание… Он перехватил ее руку, и их взгляды встретились:
– Пообещай, что больше никогда не ослушаешься моих слов.
Рыдания снова вырвались наружу, и она присела рядом. В ответ он обнял ее. Утешал, возможно, даже не желая этого.
– Я обещаю, – кивала София, понимая, чего будет стоить ей это обещание. Не в ее характере сидеть сложа руки, но ее действия привели к необратимым последствиям.
– Запомни, – Анхель заглянул в ее глаза, держа за плечи, – они нашли бы другой путь, но в итоге сделали бы то же самое. Разница лишь в том, что они хотят уничтожить нас изнутри и начали с моей семьи. Я не глуп, и ты можешь быть спокойна, правда о твоем поступке не выйдет за пределы этой комнаты. А Йон… Он не имеет привычки болтать. Даже о таком страшном. Если я понимаю, чего добиваются Лазар и Иво, то некоторые цыгане могут не понять и…
Анхель не договорил, встал с кровати, взял из шкафа чистую футболку и принялся ее надевать. А София осталась сидеть на кровати.
– Дай мне ключи от своей машины.
Услышав такую неожиданную просьбу, она вздрогнула и обернулась. Куда он хочет поехать? По дороге, которую сожгли? С простреленным плечом?
– Я поеду с тобой, если ты хочешь откопать коробку.
– Нет, пока она там, она в безопасности. Я хочу избавиться от этой машины, – он протянул ей ладонь.
– Но, – заволновалась София, – у нас нет других машин…
– Ничего страшного. Машина, которая привела убийц к моим людям, не может стоять в моем дворе.
София вложила в его ладонь брелок с ключом. Если он не желал видеть машину, то закрадывался еще один вопрос: как он смотрел на нее?
– И свой мобильный телефон.
Она подняла на него взгляд, полный непонимания, но, зная, что с Анхелем лучше не спорить, достала из кармана телефон.
– Я куплю тебе другой. – Забрав ключи и телефон, Анхель молча вышел из дома.
Первым делом он позвонил Йону:
– Мне нужна взрывчатка. Достаточно мощная, чтобы разорвать человека на куски.
– Ты спятил! Кого?
– Того, кто причастен ко всему этому.
– Я уже в пути. – Йон отключился.
Анхель сел в красную машину, завел ее, обернулся назад, чтобы выехать из двора, но
