это?
На стол передо мной легла карта. Пиковая дама в кружевной мантилье насмешливо кривила губы. Тонкая вязь вроде бы бессмысленного узора по краю, особым образом сложенные пальцы дамы, рисунок на ее веере… И две размашистые буквы обычными чернилами «МВ».
– Почерк Морбида, – прокомментировал Рук негромко. – Нашли у него в нагрудном кармане. Те типы хотели обшарить тело, но их спугнули. Думаю, охотились они за этим. Ваши штучки?
– Не мои! – ответила я резко. Проклятье, только этого не хватало!
Мафиози отставил чашку и снова щелкнул крышкой портсигара.
– Тогда чьи? – просил он спокойно.
Пытаясь выиграть немного времени, я вынула из холодильника мисочки с паштетом и молоком. Поставила угощение на стол и позвала:
– Мышка!
Кошка фыркнула, но грациозно спрыгнула вниз. Обошла по дуге карту, понюхала паштет и принялась аккуратно лакать молоко.
– Странная манера кормить кошку, – прокомментировал мафиози. – Почему не на полу?
Так я ему и сказала. Почесала за ухом Мышку и подняла глаза на блондина.
– У каждого свои причуды, мистер Рук. Это все, что вы хотели мне сказать?
Он прищурился, откинулся на спинку стула.
– О, нет, мисс. Мне нужно, – он выделил голосом это слово, – знать, что происходит. При чем тут эта карта?
– Откуда мне знать? – ответила я вопросом на вопрос. – Послушайте, мистер Рук. Мне очень жаль, что вашего друга убили. Надеюсь, вы найдете того, кто это сделал.
Я не кривила душой. Нагловатого брюнета было жаль. Он, может, и не был образцом добропорядочного гражданина, но и последней сволочью тоже.
Рук помолчал, крутя в пальцах портсигар.
– Значит, не хотите помогать? А как же наш договор, мисс?
Я поморщилась.
– По-моему, наш договор выполнен.
Чистая правда, между прочим. Я ему погадала и сыграла роль приманки. А он переговорил с людьми Бишопа, если не солгал. Хотя такое мелкое вранье не в его стиле.
Мафиози дернул щекой. Усмехнулся и вдруг подался вперед. Звякнула, падая на пол, кофейная чашка. Но я не осмелилась отвести взгляд от спокойного лица Рука.
– Предлагаю повысить ставки, мисс. Что вы на это скажете?
Белые волосы взъерошены, глаза блестят. Азартом? Злостью?
А между нами – пиковая дама.
Остро захотелось взять колоду, прямо руки зачесались. Ах, как же мне нужна была подсказка!
– За кого вы меня держите, мистер Рук? Я же не дурочка, играть втемную с профи!
Он хмыкнул, прищурился.
– Почему же – втемную? – а вот теперь неприкрытая насмешка. – Я зову вас сыграть не против меня, а со мной.
– В смысле? – не поняла я.
От напряжения мой голос осип.
Мышка даже оторвалась от еды и успокаивающе ткнулась лбом в мою ладонь. Я прикусила губу и опустила взгляд на черную кошачью голову.
– Игра идет по-крупному, мисс. Мне нужен кто-то, кто бы соображал… – пауза и спокойное: – в делах рыжих. Без этого не обойтись.
Я встряхнула волосами и взмолилась:
– Хватит! Найдите кого-нибудь другого, мистер Рук. Я всего лишь слабая не инициированная гадалка.
– Ой ли? – не поверил блондин.
Нестерпимо захотелось стукнуть чем-нибудь тяжелым по блондинистой башке, а потом схватить так и не распакованные вещи и рвануть куда-нибудь подальше. Останавливало только, что мафиози настороже и при пушке. Куда слабой женщине с ним справиться?
Мышка вопросительно мурлыкнула, обвив лапы хвостом. Эта идея ей явно не нравилась, но она готова была попробовать.
Я глубоко вздохнула. Так, спокойно, Меган Вон! Не нужно делать глупостей. Кое-что ему можно рассказать, только сомневаюсь, что Рук довольствуется «кое-чем».
– Вы знаете, как инициируются рыжие?
– Что-то слышал, – признался он осторожно.
Ха, что-то! Об этом столько сказок рассказывают.
– Дар открывает первенец, – сказала я, тщательно выговаривая слова. От напряжения внутри меня будто дрожала натянутая струна. – В полную силу мы входим после третьего ребенка. Вы видите здесь детей, мистер Рук?
Он помолчал, не отводя от меня испытующего взгляда. Потом зачем-то сцапал меня за руку.
– Это правда?
Я попыталась отрешиться от прикосновения горячих чуть шершавых пальцев.
– Правда, – с готовностью ответила я. Но не вся. И повторила: – Так что найдите кого-нибудь другого, мистер Рук.
– Хм, – он смотрел на меня с непонятным выражением. Медленно растянул губы в улыбке. – Мне подходишь только ты.
Развернул мою руку ладонью вверх, погладил большим пальцем, затем осторожно поцеловал.
Сердце отчаянно колотилось в горле, рвалось на свободу. Только бежать нам с ним некуда. Проклятье!
– Я думала, вам нужна просто информация.
Собственный голос – слабый, дрожащий – заставил меня поморщиться.
– Да, – согласился мафиози, оставив наконец мою ладонь в покое. – И мне позарез нужен тот кристалл.
Под немигающим взглядом Рука было не по себе.
Он глубоко вдохнул, почесал светлую бровь.
– А еще мне нужны вы, мисс.
– З-зачем?
Я спрятала руки под стол. Не хочу в это лезть! Только меня никто не спрашивал. Я уже обеими ногами вляпалась в… гангстерские разборки.
– Глупый вопрос, – пожал плечами он и щелкнул зажигалкой. Полюбовался ровно горящим пламенем. – Я хочу тебя, сладкая.
Потрясающая прямолинейность!
Наверное, я сказала это вслух, потому что Рук усмехнулся.
– Извини, на конфеты и театры времени нет. Зато если мы выиграем, я помогу тебе уехать на материк. Деньги, документы, – сделаю все, что надо.
Я стиснула пальцы. Этот резкий переход на «ты»!
– Если, – повторила я с нажимом.
Рук дернул щекой.
– А выбора у тебя особого нет, – сказал он буднично. – За кристаллом идет слишком серьезная охота, свидетелям уйти не дадут. Так что… Или мы выиграем, или нас обоих пустят в расход.
«Это вы меня в это втравили!» – хотелось мне крикнуть. Но я сдержалась. Ведь на самом деле влипла я не из-за него.
– Тогда какой смысл? – спросила язвительно. – Я могу просто рассказать все, что знаю. О вас, о Билли, об этом проклятом кристалле. Всем, кто будет спрашивать.
Кто эти загадочные «все» я по-прежнему понятия не имела, и это было очень плохо. Неразумно играть с теми, кого не знаешь.
– А тебе поверят? – ничуть не проникся Рук. – Тем более, что знаешь ты немного.
Ничего не попишешь, тут он прав.
– Я попробую, – пообещала я хмуро.
В наступившей тишине по карнизу грохотали капли дождя.
– Брось, Меган, – Рук прикурил, выпустил клуб дыма. Сигарета в его крупных руках выглядела не больше спички. А так и не скажешь, какими ловкими могут быть эти грубые пальцы. – Неужели ты не хочешь рискнуть? Такой куш на кону.
Уж не себя ли он имеет в виду?
– В конце концов, что ты теряешь? – хрипловатый голос Рука стал мягким-мягким. – Хоть развлечемся напоследок.
У меня вырвался истерический смешок. Ничего не скажешь, притягательная перспектива!
По-видимому, ему надоело уговаривать. Рук
