рыхлого тела. Загремел падающий табурет.
– А! – узнав Рука, бармен несколько нервно улыбнулся. – Добрый вечер. Какими судьбами к нам?
Толстяк походил на комок холодной овсянки – что фигурой, что цветом лица. Понятно теперь, почему его назвали Поридж. Брр, мерзкая каша!
– По делам, – ответил Рук неопределенно.
И бровями подвигал эдак многозначительно.
– А! Ну да, да. – бармен хихикнул. – А это та самая рыжая, да?
Под его липким взглядом я дернула плечом. Захотелось спрятаться за широкую спину Рука.
– Глаза верни на место, Поридж, – с тихой угрозой велел Рук, обнимая меня за талию. Признаюсь, я даже не возражала.
– А я что? Я ничего, – он засуетился, поднимая табурет. – Так чего надо-то? Или глоточек виски, а?
– Морри скоро будет? – понизил голос Рук.
Бармен вздрогнул всем немалым телом и огляделся. Облизнул губы, шепнул:
– Сегодня зайдет.
Рук кивнул.
– Передай, пусть со мной свяжется. Срочно.
И, небрежно кивнув на прощание, направился прямиком к выходу. Мне волей-неволей пришлось шустро передвигать ногами, потому что меня он так и не выпустил.
Мы остановились на заплеванном пятачке под козырьком у входа. Дождь по-прежнему накрапывал, хотелось домой, плед и чашку горячего чая… Увы, без всяких карт было ясно, что в ближайшем будущем эти радости меня минуют.
– И что это было? – поинтересовалась я, глотнув относительно свежего уличного воздуха. Из подворотни воняло мочой и дохлыми крысами, чуть в стороне надрывно рвало потрепанного работягу. Интересно, что он успел употребить?
– Вы о чем, мисс? – Рук удивился так искренне, что я почти поверила.
– Зачем вы привели меня сюда? – спросила я в лоб.
– В каком смысле? – хмыкнул он, отошел на пару шагов в сторону и вынул портсигар.
– В прямом, – я отодвинулась от него подальше и зябко поежилась. Вроде бы не слишком холодно, но сырость пробирала до костей. – Вы отослали охрану, зачем-то притащили меня в этот самый бар, а не оставили в машине… Зачем?
Рук щелкнул зажигалкой. Его глаза поблескивали из-под полей низко надвинутой шляпы.
– Что же, вы правы, мисс. Я действительно отослал своих парней.
– Зачем? – не выдержала я.
Он улыбнулся – медленно и чуточку лениво. Выдохнул дым.
– А вы не знаете, зачем мужчина хочет остаться наедине с девушкой?
Тьфу!
– Обычно мужчины пытаются это сделать в спальне, – заметила я едко, – а не в сомнительной забегаловке.
Рук хмыкнул, склонил голову.
– Уж простите, мисс, если свидание вам не понравилось. Мы, гангстеры, политесу не обучены.
– То есть это было свидание? – я скрестила руки на груди. – Мистер Рук, не морочьте мне голову! Уж на свидание это точно не похоже.
– М-да? – усомнился он. Пару раз глубоко затянулся – и отшвырнул сигарету, сердито зашипевшую в луже. – А так?
Я моргнуть не успела, как оказалась прижата к стене бара. Мои руки он легко удерживал над головой. Смотрел, прищурив шальные глаза, и улыбался кривовато, неторопливо наклоняясь ко мне…
– Кхе-кхе, – старательно откашлялся кто-то за его спиной. – Рук, ты совсем уже, что ли? Другого места не нашел?
Рук замер и сказал, не оборачиваясь:
– Что, Морри, поборником нравственности заделался?
Плечи его явственно напряглись, в голосе звучала злость. Но мимолетная довольная улыбка подсказала, что все идет строго по плану. Знать бы еще, какому!
Он отстранился, и я наконец выдохнула. Из-за табачного дыма, точно…
Морри – тощий смуглый тип – вытянул шею, разглядывая меня. В руках у него красовалась клетка с нахохленным петухом.
– Не называй меня так! – возмутился он. К своему имени он явно относился ревностно. И впрямь, обидно менять звонкое Морбид на плебейское Морри.
– Ладно-ладно. Как скажешь.
Морри кивнул.
– О, та самая рыжая?
Это уже начинало раздражать.
Рук предупреждающе сжал мой локоть. Бросил жестко:
– Что-то имеешь против?
– Не-не, как можно! – Морбид поднял ладони. На худом запястье блеснули массивные золотые часы. – Так что, перетрем? Или ты уже забыл, что хотел, а?
И подмигнул сально.
Рук кивнул.
– Поговорим.
К возвращению клиентов Поридж отнесся флегматично. Не отрываясь от протирания пивных бокалов, бросил Морбиду ключ.
– Второй, – пояснил он коротко и прибавил звук радио, по которому транслировали спортивные новости.
Морбид привел нас в небольшую комнатку. Голые серые стены, забранное решеткой окно под самым потолком, кособокая вешалка в углу, несколько стульев да стол с бутылками и стаканами. Первым делом он пристроил в углу клетку, набросив на нее собственный плащ. Похоже, птичку чем-то опоили, слишком тихо себя вела.
– Что будете? – спросил он деловито. Под шляпой у него обнаружилась смоляная шевелюра. Темные бусинки глаз смотрели насмешливо. – Что, цыпочка, нравлюсь?
Нет, вряд ли чистокровный брюнет, с таким Рук точно не стал бы знаться. Нас, рыжих, брюнеты подчинили почти двести лет назад, и страсти давно утихли. А вот с блондинами так не вышло, спустя век после завоевания Островов они все еще помнят – и все еще ждут реванша.
Пожалуй, этот Морбид полукровка, то есть с кое-какими способностями, зато без спеси чистокровных. В первом поколении дети от смешанных браков наследуют масть родителей – девочки материнскую, мальчики отцовскую, и способности, пусть и заметно ослабленные. А вот уже квартероны рождаются шатенами, в которых магии ноль.
– Сок, – ответила я ровно. Не ежиться, смотреть в глаза! Такие типы понимают только силу. – Если он тут есть.
– Для тебя, красотка, найдем! – пообещал он с ухмылкой и поставил передо мной стакан с апельсиновым соком. – Только ты уверен, приятель, что ей надо нас слушать?
Это уже Руку. И намного серьезнее.
– Она моя женщина, – заявил Рук спокойно, и я поперхнулась соком.
– А она сама-то об этом знает? – хмыкнул Морбид.
Под тяжелым взглядом Рука он примиряюще поднял ладонь и отхлебнул коньяка.
– Все-все, молчу. Как скажешь. Рот на замке, ты же знаешь!
И выразительно «закрыл» губы.
– Нет, – возразил блондин неожиданно. Он выпрямил длинные ноги и откинулся на спинку стула. – Наоборот, пусти слушок.
– Беспокоишься? – сказал Морбид понимающе. – И правильно делаешь, дружище. Надо чтобы все знали, а то будет как с этим дельцем…
– Морбид, ты слишком много болтаешь, – заметил Рук, лениво качнув стаканом. Только глаза блеснули предупреждающе.
А для меня все наконец встало на свои места. Вполне в его духе – бросить камень в воду и понаблюдать за расходящимися кругами. Только всерьез мне не доверял… и, между нами, правильно делал. Кто же доверяет красивым женщинам?
– Молчу-молчу, – тут же пошел на попятную брюнет. – В общем, я поспрашивал, нигде твоя цацка не всплывала. Так что или кто-то прибрал к рукам и решил придержать до поры, или ее таки посеяли.
Он задрал голову, допивая все до капли.
– А… – начал Рук,
