ей было сложно по-настоящему выражать свою радость.
Клиенты часто ассоциируют стыд с пожаром, желанием провалиться сквозь землю. А чувство вины описывают как тяжёлый груз, нечто давящее и сковывающее. Вина – это всегда что-то связанное с личными переживаниями или внутренними конфликтами. Поэтому аутоагрессивное или зависимое поведение идёт бок о бок с переживанием вины. Ведь душевная боль бывает настолько сильной, что даже физические ощущения не всегда могут её перекрыть. Но вместе с тем мы учимся прощать и действовать по совести.
В разных психологических подходах вину рассматривают в нескольких смыслах. В обобщённом варианте можно сказать, что есть вина реальная, то есть человек чувствует ответственность за какой-то свой поступок, и невротическая, то есть чувство, возникающее не как следствие, а как причина последующего поведения.
Невротическая вина может защищать человека от тревоги или страха[17]. Ведь проще сразу обвинить себя в чём-то, чем ждать отрицательного отношения к себе со стороны других людей. И в этом смысле вина очень близка к понятию аутоагрессии. Ребёнку всегда проще поверить в свою «плохость», нежели думать, что это родители неправы или неидеальны. И чем больше взрослые подчёркивают свою идеальность или безукоризненность, тем больше невротической вины будет в ребёнке. Психика двух-трёхлетнего человека не способна выдерживать агрессию, поэтому крик взрослого для него страшен. Поэтому образ мамы в его восприятии начинает делиться на два: «Мама плохая» и «Мама хорошая». А так как образ взрослого только-только начинает отделяться от внутреннего мира ребёнка, то в детском бессознательном восприятии только он может управлять появлением доброго или злого родителя. От действий или проявления малыша, как ему кажется, зависит состояние взрослого.
Одна девочка росла в семье, где мама часто ругалась с бабушкой. И каждую ссору Лена принимала на свой счёт. Ведь никто ей не объяснял, почему взрослые ругаются, а случалось так, что какой-то поступок девочки становился предлогом для начала конфликта. В результате девочка выросла очень неуверенной в себе, боящейся любых конфликтных ситуаций. Понадобился год терапии, чтобы во взрослом возрасте Лена научилась разграничивать ссоры родственников с собственными поступками и переживаниями.
Мы привели эту историю, чтобы показать, как дети легко находят причины происходящего в себе. Ругаться перед детьми можно. А некоторые конфликты нужно решать вместе с ними, чтобы у ребёнка была возможность научиться действовать и решать спорные ситуации. Главное – объяснять, что происходит, почему случился конфликт и что взрослые могут его решить. Понадобится не одно такое объяснение, а поэтапная работа с разнообразными разъяснениями и примерами. Если конфликты возникают часто, то можно попробовать поиграть в них с ребёнком, рассматривая игровую ситуацию с разных сторон.
Как пишет К. Хорни, чувство вины спасает нас от тревоги, страха и критики со стороны. А так как мы заранее чувствуем себя виноватым за что-то, то пытаемся найти объективную причину в реальном мире.
Поэтому подростки часто ведут себя, на взгляд взрослых, нелогично, заставляя других винить себя в чём-то. То есть внутри они уже знают, что виноваты, но без подтверждения этого, без совершения ошибки как бы теряется их собственное «Я».
Иногда переживание вины возникает по каким-то конкретным для человека причинам, но не является объективным. Он в детстве принимает какое-то иррациональное решение, а если оно не реализовывается, то возникает сильное чувство вины и ощущение своей «плохости».
Родители Марины развелись, когда ей было три года. И маленькая девочка почему-то решила, что теперь счастье мамы зависит только от неё. Поэтому, когда у Марины появился отчим, вместе с ним пришло ощущение «Я не справилась» и постоянное чувство вины за то, что девочка не смогла в достаточной мере поддержать маму. Осознать эту вину и свои иррациональные переживания Марина смогла лишь в юношеском возрасте – до этого чувства выражались в поведении или в создавании конфликтов и постоянной конкуренции за мамино внимание.
Ещё одним частым запросом в работе с психологом является тема неоправданных родительских ожиданий. И, как правило, все ожидания родителей сводятся к одному – сделать жизнь ребёнка проще и счастливее. Поэтому важно не просто что-то просить или требовать от детей, но и объяснять, зачем это нужно. Иногда нам как родителям приходится сначала самим осознать, для чего мы что-то ждём или хотим от наших детей и насколько это действительно сделает их или нас счастливее. Важно понять, не пытаемся ли мы соответствовать ожиданиям своих родителей, перенося нашу невротическую вину на детей.
Так в чём же польза вины?
В экзистенциальной психологии на чувство вины смотрят немного по-другому. Виктор Франкл считал вину одной из составляющих трагической триады нашей жизни[18], то есть тем неизбежным тяжёлым чувством, которое встречается в жизни каждого и которое предоставляет нам выбор: сдаться или стать лучше. Вина, по мнению В. Франкла, – лучший мотиватор к развитию и обретению настоящей Человечности.
Вина неразрывно связана с понятием ответственности. Когда мы сталкиваемся с реальной виной, мы учимся отвечать за свои поступки. И наоборот, чем больше в нас развито здоровое понимание ответственности, тем проще переносить и испытывать вину. Потому что в этом случае мы находимся в согласии с собой.
Так как чувство вины очень субъективно, оно является одним из самых сложных переживаний, прорабатываемых в психологической терапии. И как бы родители ни старались избавить своих малышей от душевных страданий, у ребёнка, при нормальном развитии, чувство вины обязательно сформируется и будет основой для регулирования поведения и принятий решений. Поэтому важно учиться понимать своё чувство вины и помогать ребёнку понимать и принимать его. Когда мы закрываемся или дистанцируемся от своих переживаний, вина становится невротической и начинает преследовать человека. Когда взрослый сам поймёт, как взаимодействовать со своей виной, как и за что по-настоящему он несёт ответственность, ему будет проще передавать эти знания своим детям.
Невозможно простить кого-то или прийти к прощению, если нет понимания и осознания реальности проступка.
Ирвин Ялом в своей книге «Экзистенциальная психология» пишет, что вина у взрослого человека может возникать из-за «преступления против самого себя», то есть ощущения, что мы живём не своей жизнью, что наши действия не соответствуют ожиданиям и в результате мы как бы отдаляемся от себя самого[19]. И мы можем сказать, что чувство вины способствует коррекции взглядов, проживанию кризисных периодов, нахождению пути к себе настоящему. Но это только в том случае, если человек не бежит от вины, а прислушивается к ней.
Одна девушка долгое время находилась
