мы с ним были друзьями. Даже играли в одной команде.
— Ты знаешь этого парня? — наклонившись, прошептал Дэймон.
— Да, знаю. А ты должен начать играть моего парня прямо сейчас.
— Я уже веду себя, как твой бойфренд. Или тебя многие парни держали вот так? — Он крепче сжимает руками мою талию.
Верно.
Дэймон берет меня за руку, крепко сплетая свои пальцы с моими, и тащит в сторону Эммета.
Рука Дэймона крупнее моей, и это кажется странным. Хотя, точнее сказать, непривычным. Моя ладонь начала потеть, и я искренне надеялся, что Дэймон не почувствует насколько она влажная.
— Мэддокс? — произнес Эммет, и его лицо напряглось.
— Эммет. Это Дэймон. Мой парень, — гордо задрав подбородок, объявил я.
Дэймон отпустил мою руку, чтобы протянуть ее Эммету. Но тот проигнорировал этот жест, и рукопожатие было пропущено.
— Не обращай внимания, — прошептал я Дэймону.
Хмурый взгляд Эммета напомнил мне, почему я не стремился посещать наш городок, после того как меня выдали. Большинству жителей это было безразлично. Некоторые поддерживали меня, несмотря на то, что расставание с Честити после столь продолжительного романа было громким скандалом для провинциального городка. Но встречались и те люди, которые посчитали, что после случившегося не желают со мной знаться. Поэтому я не говорил им правду, ведь если они не могли принять меня таким, какой я есть, не зацикливаясь на моей ориентации, то общение и дружба с ними была мне не нужна.
— Почему ты решил появиться в городе, когда твоя бывшая девушка выходит замуж, если ты... — заговорил Эммет. А я ждал, когда он вслух произнесет слово «гей».
Но он этого не сделал.
— Так она нас и пригласила, — отвечаю я, приобнимая Дэймона за талию.
Неожиданно за нашими спинами возникла миссис Джонс с подарочной коробкой в руках. Когда она вручила ее Эммету, тот спешно покинул магазин.
— Похоже, он надежный парень, — произнёс Дэймон.
— Положительная сторона того, что я вышел как гей, это то, что я узнал кто мои настоящие друзья. Эммет не один из них. Он частенько бросал в мою сторону слово на букву «П», и это было далеко не «придурок».
— Мэддокс, — вступила в разговор миссис Джонс, — я смотрю, что жизнь в большом городе лишь оживила твой словарный запас.
— Ох, епт, конечно, миссис Джи. До сих пор люблю вставить слово «ебать» для красного словца, — улыбаясь, ответил я.
— Нам не хватает тебя в наших краях. Твоя мама очень скучает, — ласково произнесла миссис Джонс и обняла меня.
— О-о-о, ну Вы же знаете, я – дитя мегаполиса, рожденный в маленьком городке.
— Звучит, прям как строчка из песни о путешественнике, — подметил Дэймон.
— И все же, ничто не мешает тебе время от времени навещать родной городок, — заключила миссис Джонс, — Нью-Йорк отсюда не так уж и далеко.
И снова здравствуй, чувство вины. Я где-то слышал, что если ощущать себя виноватым слишком часто и нервничать, это может спровоцировать рак. Думаю, к концу этих выходных мне понадобится медицинское обследование.
— Это моя вина, — вступил в разговор Дэймон. — Я не отпускаю его далеко от себя.
— А кто этот очаровательный молодой человек? — спросила меня миссис Джонс.
— Это Дэймон. Мой парень.
— Что ж, я полагаю, вы здесь, чтобы приобрести подарок на свадьбу Честити. Осталось всего несколько вещей из ее списка.
— Мы возьмем самый дешевый, — говорю я, а Дэймон ухмыляется.
— Как скажешь, — с улыбкой отвечает миссис Джонс. Она тянется к верхней полке витрины и достает набор стеклянных баночек для специй, с золотой окантовкой. — Я заверну его для вас.
Пока она занимается упаковкой, Дэймон наклоняется ближе ко мне.
— На хрена ей нужны эти перечницы и солонки? Твоя бывшая королевских кровей, что ли?
— Она стремится к этому, — прошептала миссис Джонс, и я не сдержал смеха.
После того, как я расплатился, и миссис Джонс пожелала нам веселого вечера, мы вышли на улицу.
— Что у нас дальше? — поинтересовался Дэймон.
— Ланч?
— Мы же только позавтракали.
— Я ненасытный парень, — отвечаю я, поглаживая свой живот.
— Я не откажусь от еще одной чашечки кофе. Сегодня ночью я почти не спал, потому что кое-кто слишком много болтает во сне, — заявляет Дэймон, толкая меня локтем в бок.
Я застываю на месте после его слов, а Дэймон шумно вздыхает.
— Ладно, это была проверка. Что не так? — спросил он.
— Ты в курсе? — промямлил я.
— В курсе чего? — уточнил он.
— О моем сне. О тебе.
Брови Дэймона взлетели от удивления.
— Если честно, я даже не предполагал, что тебе снился я.
Я почувствовал себя крайне неловко.
— Че-е-ерт!
— Погоди-ка, ты сходишь с ума из-за того, что тебе приснился секс со мной? Поэтому ты так странно сегодня себя ведешь?
— Можно и так сказать.
— Ты же понимаешь, что это ничего не значит, не так ли? — поинтересовался Дэймон. — Мы сейчас в нестандартной ситуации, и нам приходится делить одну кровать, да к тому же ты сталкиваешься со своим прошлым, будучи приглашенным на свадьбу своей бывшей. И да, тебе приходиться изображать из себя гея перед всем городом. Так что тебе вполне позволительно видеть подобные сны.
— Ты правда так считаешь? — шёпотом спрашиваю я.
— Мне однажды снилось, что я женат на Дженнифер Лоуренс. Хотя на тот момент меня интересовали исключительно парни, но это не важно. Твой сон означает только то, что ты процентов на десять гей, — усмехается он.
Я выдавил из себя смех. После прошлой ночи и сна, о котором я рассказал Дэймону далеко не все, мне действительно стало интересно, насколько он прав.
— Если что, я прикалываюсь, — пробормотал он, почувствовав мои сомнения.
— Я понимаю.
— Давай просто переживем эту свадьбу, — продолжил он. — А завтра разбежимся, и нам больше никогда не придется говорить об этой неловкости. Хотя это все полная ерунда.
— Думаю, я справлюсь.
***
— У тебя криво завязан галстук, — говорит Дэймон, когда мы выходим из машины, добравшись до церкви.
— Ты собираешься забрать у меня мужскую карту? — отшучиваюсь я, потому что причиной того, что мой галстук
