работу только с девяти часов. То, что лежало в ячейке, могло напугать не меньше, чем придать сил, потому торопиться не стоило. Или не хотелось.
Поцеловав дочку, Настя на цыпочках вышла из комнаты. В гостиной она еще раз бросила взгляд на остатки пепла на полу возле куклы. Мысленно улыбнулась покойному мужу. Подумала, он уж точно не ожидал, что станет игрушкой для своей дочери после собственной смерти. Хмыкнула, словно от радости. Решила, что ее Самсону было бы очень приятно такое узнать. Прошла в ванную комнату.
Стоя под душем, она вспоминала своего мужа. Его крепкие руки. Большое лицо. Закрыв глаза, она представляла, как он ее обнимает. Вспоминала, как он обнимал ее в ту ночь, после побега, когда, дожидаясь самолета и не веря в то, что Самсон по поддельным документам сможет взойти на его борт, они вдвоем спали на одноместной кровати в какой-то съемной квартире в квартале для бедных. Он тогда буквально ворвался в ее тело. Жадно и в то же время нежно. А она взлетела в своих ощущениях и, казалось, могла коснуться звезд своими ладонями. То была волшебная ночь. После были ночи и ярче, но таких волшебных больше не случалось никогда.
Но почему-то, стоя под струями воды и вспоминая на самом пике свои яркие ощущения, когда тело захлестнула разрывающая волна переживаний, Настя увидела перед закрытыми глазами лицо Измаила и испугалась.
Зашла в спальню. Позволила синему махровому халату сползти с ее тела. В это время телефон на тумбочке возле кровати завибрировал. Номер был неизвестен. Настя смотрела на экран, думая, что не будет отвечать на звонок. Но настойчивый рингтон не переставал жужжать. Первый раз. Второй. Третий.
— Алло, — тревожно произнесла она в телефон. — Это ты?
Глава 4
— Ну что же вы так долго, дорогой Егор Ильич? — Сергей был в возбужденном состоянии. Говорил быстро. Встал из-за стола и подошел к напарнику, чтобы пожать ему руку.
— Какой вы холодный, — продолжал он, не останавливаясь, после того как схватил обеими ладонями широкую кисть Егора Ильича. — На улице вроде лето. Жара. А вы как с Северного полюса вернулись. Что вы такой задумчивый, дорогой мой друг? К нам скоро клиенты приедут. Садитесь за стол. Они с минуты на минуту должны появиться.
Егор Ильич видел перевозбужденное состояние своего напарника. Решил, что его свидание в ресторане закончилось неважно. Сейчас Сергея волнует не клиент, а личные переживания. Егор Ильич присел в кресло за своим столом. Посмотрел, как напарник суетливо проходит на свое место, роняет по пути бумаги, чертыхается, складывая их обратно.
— Сережа, как ваши дела? — спросил старик. — У вас все в порядке?
Он видел, как взгляд Сергея бегает по комнате, как напарник вздыхает, словно ему не хватает воздуха.
— Как у вас дела со Светланой? Помирились? Или поссорились?
Взгляд Сергея прекратил свои хаотичные движения и замер на лице Егора Ильича.
— От вас ничего не скроешь, мой мудрый друг, — ответил он уже более спокойно после короткой паузы, видимо понимая, что его нервозность заметна издалека. — Расстались мы, Егор Ильич. Расстались.
Егор Ильич понимающе кивнул. Он переживал за напарника. Прежде ему казалось, что Сергей более прагматичный человек. Пока два года назад он не встретил Светлану. Точнее, когда он чуть позже стал с ней встречаться. Это его круто изменило. По всему было видно, что Сергей влюбился по уши и с трудом переключается на работу. Последние месяцы, когда отношения с подругой вошли в фазу декомпенсации, как шутил их общий друг патологоанатом Петрович, Сергей превратился в человека-непредсказуемость. Его настроение подчинялось неведомым законам, если подчинялось каким-либо вообще. Он мог забыть про назначенные встречи, про намеченные планы, про суммы гонораров, чего с ним никогда раньше не бывало. И даже мог пропустить баню в компании друзей, сославшись на неотложные дела. Но они-то с Петровичем понимали, что все неотложные дела у Сергея теперь были только делами сердечными.
Около полугода назад Сергей даже познакомил напарника со своей пассией. На Егора Ильича она произвела впечатление. Девушка умная, красивая, активная. Он тогда еще подумал, что для напарника — в самый раз. Однако что-то пошло не так. Сергей из фрегата из брони и стали, рыщущего по океану в поисках добычи, превратился в поплавок во время поклевки. Его носило, водило, притапливало и забрасывало рябью неспокойных отношений. Он совершенно перестал руководить собой. Холодный расчет и трезвый подход, всегда свойственные Сергею, растворились в эмоциях и страстях. Вся работа в конторе теперь практически лежала на плечах Егора Ильича. Старику оставалось только сочувствовать своему боссу и выслушивать время от времени его рассказы о своих любовных неудачах.
Егор Ильич не хотел вмешиваться в отношения Сергея со своей пассией, давать советы, потому что сам был человеком не искушенным в любовных перипетиях. Но он всегда относился с сочувствием к происходящему. А сочувствовать было чему. Светлана оказалась формально несвободна. У нее был сын пятнадцати лет. Еще муж, с которым, по договоренности, создавалась иллюзия крепкой семьи, для того чтобы уберечь шаткие нервы ребенка пубертатного периода. Все это осложнялось любовью к Сергею, который требовал развода и уже несколько раз предлагал выйти за него замуж.
На памяти Егора Ильича его друг расставался со своей возлюбленной уже четвертый раз. Потом счастливо сходился до следующего расставания. И так по кругу.
— Не расстраивайтесь, Сережа, — в очередной раз сказал он. — Я уверен, все наладится. Просто в таком деле не нужно торопиться.
— Ну да… Ну да… — задумчиво протянул Сергей, отведя взгляд и уставившись в стену.
Егор Ильич отчасти был рад тому, что напарника больше заботят свои проблемы. Он помнил об утреннем разговоре с людьми из федеральной службы охраны. Где-то в глубине души он сохранял надежду, что Сергей не ввяжется в дело Измаила с головой, и он сам возьмет на себя ответственность, а потому сотрудничать с сильными мира будет от первого лица. И сделает все, чтобы уберечь своего напарника от еще одного разочарования. Разочарования в дружбе.
— Что за люди-то придут, Сережа? — спросил он, желая сменить тему разговора.
Сергей закрыл лицо ладонями, оставил только неприкрытым рот.
— Да… — безучастно заговорил он, — все как обычно. За кем-то проследить. Кого-то поснимать. Достать какие-то документы. Сейчас все подробно расскажут. Обещают заплатить, кстати, неплохо.
Егор Ильич кивнул и включил ноутбук на своем столе.
— Кругом деньги, деньги, одни деньги, — услышал он недовольный голос Сергея. — Хоть что-нибудь осталось у современного человека святого, кроме денег? А, Егор Ильич?
Сергей посмотрел в
