упор на напарника, отняв от лица ладони. Веки его были припухшими, а белки глаз красноватыми из-за недосыпа.
— Ну нельзя же так, — продолжил возмущаться сыщик. — На некоторых посмотришь — ну просто ртом и задницей, ртом и задницей. Деньги. Деньги. Куда, думаешь, тебе столько? Ты же уже на банкомат похож и внутри, и снаружи. Тебя же страшно на рентген вести, вдруг там ни одного человеческого органа не окажется. В тебе же окружающие давно человека не видят. И главное, ты в окружающих видишь только проекты, которые нужно закрыть или в которые можно инвестировать. Зачем тебе такая жизнь?!
Егор Ильич подумал, что на этот раз у Сергея со Светланой все более серьезно, чем раньше. И, вспоминая про банкоматы, он в том числе и о себе говорит. О прежнем. То ли от желания вернуться в прошлую жизнь, в которой деньги для него имели ведущее значение. То ли от сожаления, что такой поворот событий уже, с его точки зрения, невозможен.
— Представляете, Егор Ильич, она мне сказала, что у них с мужем общий проект, который она просто так бросить не может. Раньше сын был, а теперь еще и проект. — Сергей с раздражением посмотрел на свои дорогие часы. — Господи! Где они ходят, эти наши клиенты!
Егор Ильич бросил взгляд на экран компьютера. Посетители задерживались всего на пять минут. По меркам большого города, дороги которого сплошь покрыты пробками из автомобилей, это была мелочь.
— Не переживайте так, Сережа. Придут они скоро. Если не звонят и не рассказывают, что в дороге, значит, уже рядом.
— Да что вы заладили, Егор Ильич?! Не переживайте. Не переживайте, — продолжал сердито размахивать руками сыщик.
При этих словах за матовой стеклянной дверью офиса возникла тень. Рядом с ней появилась вторая. Крупнее.
— Ну вот и они, Сережа. Нам нужно сосредоточиться.
Дверь открылась, и в комнату вошла женщина в очках, в сером деловом костюме и с тонким портфелем в правой руке. В двух шагах следом за ней в помещение прошел мужчина. Широкий, лысый, с проводом в ухе. Точь-в-точь как в фильмах про VIP-персон и их охрану. Мужчина молча остался стоять в нескольких метрах от двери. Женщина прошла на середину комнаты и поздоровалась.
— Я — Анастасия, — представилась она и протянула руку. Сначала Егору Ильичу, тот находился ближе, а потом Сергею. — Меня прислал Измаил. Сам он не сможет сегодня появиться. У него неотложные, совсем незапланированные дела, но он поручил мне ввести вас в курс дела и обговорить точную стоимость ваших услуг. У меня достаточно полномочий и компетенций для такой работы. Так что приступим, — сказала она и жестом предложила детективам сесть.
Анастасия села в кресло напротив, в самой середине комнаты. Поставила портфель на пол справа от себя. Теперь она могла общаться одновременно со всеми присутствующими.
Детективы безропотно повиновались. Со стороны казалось, что они сделали это с радостью. Можно было подумать, что в офисе заправляла именно эта женщина и сейчас она собралась провести собрание с раздачей претензий, замечаний и прочих тумаков управленческой деятельности.
В природе женщины делятся на принцесс и королев. У каждой свой характер, свой взгляд, свой голос и своя индивидуальность. Но эти две категории неизменны. Та, что вошла в кабинет, была королевой. Сомнения в этом ни у кого не возникло. Напарникам осталось понять только, из какого она королевства и насколько серьезно относится к собственной персоне.
— В этих папках, — продолжила Анастасия и жестом тонкой кисти подозвала охранника, — фотографии человека, о котором вам нужно будет собирать информацию.
При этих словах охранник достал из портфеля, принесенного Анастасией, две папки. Аккуратно положил их на столах перед Сергеем и Егором Ильичом.
Сергей посмотрел на женщину, словно спрашивал, можно ли ему ознакомиться с материалами дела, что лежат внутри. Анастасия смерила его взглядом и кивнула. Егор Ильич, увидев, как Сергей раскрыл свои бумаги, поторопился сделать то же самое.
— Подожди за дверью, — сказала Анастасия охраннику.
Тот постарался отразить понимание в глазах и кивнул, поджав нижнюю губу. Вышел за дверь, не оборачиваясь.
Как только замок, закрывшись, клацнул, мужчины оторвали глаза от своих папок и синхронно, не сговариваясь, взглянули на женщину. Глядя на них, можно было подумать, что сыщики пребывают в полном недоумении, удивлении и растерянности. Анастасия посмотрела сначала на старшего, потом на более молодого.
— Может быть, вы наконец-то представитесь?
— Я — Сергей, — отреагировал детектив, — а это мой помо… коллега Егор Ильич, — поправился сыщик и указал рукой на своего товарища. — Я, — ткнул он себя в грудь указательным пальцем, — разговаривал сегодня утром с Измаилом.
Анастасия понимающе кивнула.
— Теперь я жду ваши вопросы. — Она натянуто улыбнулась.
Потом снова наступила тишина, которую решился прервать Егор Ильич, то ли как старший по возрасту, то ли как самый смелый в настоящий момент.
— Анастасия, — спокойно и размеренно начал он, — это же ваше фото в папке? Без очков. Другой макияж. Выглядите чуть моложе, но фото точно ваше, — сказал он без сомнения.
Выслушав его, женщина повернула лицо в сторону Сергея.
— А вы что скажете?
Сергей откинулся на спинку кресла. Азарт мелькнул в его глазах. Зрачки расширились, словно сыщик предчувствовал события, которые вырвут его из ковыряний в собственных неудачах на фронте любовных переживаний, где он нес несомненные потери. Сергей привычно отбил дробь по столу кончиками пальцев.
— Я скажу, Анастасия, что мой друг прав. — И после паузы добавил: — А теперь объясните.
После его слов женщина искренне и довольно улыбнулась. Возможно, самодовольно, оттого что стала загадкой. Положив ногу на ногу, она манерно сняла очки.
— Оправа в наше время часто используется как аксессуар. Как украшение. Деталь, которая может добавить оттенка и придать вашей персоне желаемое. Придурковатость или солидность, склонность к задумчивости или открытость к общению. Это как татуировка — послание миру о том, какой я хочу быть, чтобы вы меня видели. Только татуировку не снимешь, а очки легко. Вот эта оправа, например… — Анастасия покрутила очки в пальцах правой руки. — В Москве стоит полторы тысячи долларов. Не слишком дорого, но все же. В Эмиратах, правда, такую можно купить и за семь сотен, — зачем-то добавила она и быстро продолжила: — В ней нет ничего, кроме пластика и знака фирмы. Обычный человек может подумать, что такую легко купить в ближайшей оптике. А знающий поймет, оценит и проявит уважение.
— К пластику? — спросил Егор Ильич, демонстративно удивляясь.
Анастасия посмотрела на него снисходительно.
— Я понимаю ваш сарказм, Егор Ильич, но сейчас я говорю не для того, чтобы вас задеть. Я
