входила в планы Энэ, так что та желала окончательно убедиться в том, что глупое звероподобное дитя не разрушит её планы глупыми убеждениями и предрассудками, в одну из совместных ночей перерезав парню глотку.
К тому же, на удивление Энэ, Ай-Сай отзывалась о парне крайне лестно, называя его настоящим воином, да и к тому же голубоволосая принцесса-недотрога, считавшая мужчин чем-то в роде домашнего скота или украшения, два дня назад самолично вызвалась взять парня себе в мужья, если племя Тиргов не захочет родниться с Ламийским наследником.
— Вздор, никогда не поверю, что какой-то недокормленный аристократ, к тому же и мужчина, возьмёт в руки клинок. Арбалет, лук — да, это оружие трусов, и мужчинам оно под стать, а вот меч…
— Но как же слова Кахам и Ай-Сай? Неужели ты не доверяешь словам своих старших сестёр? — Осуждая стереотипное мышление своей подопечной, спросила Энэ.
— Ай-Сай мне не сестра, да и я наслышана о том, что при парне, когда его доставили, был её родовой клинок. Скорее всего, так она пытается выказать благодарность за возвращенное оружие. Кахам же утверждала, что причиной её поражения в том дуэли были плетения, что сотнями обвились вокруг хрупкого тела, делая то фактически неуязвимым. Этому было с полсотни свидетелей. Странно, что вы не знаете, как всё обстояло на самом деле. — Столь гордое и уверенное высказывание не осталось полуэльфийкой незамеченным, как раз-таки она знала правду о том дуэли. Про себя усмехнувшись, Энэ наконец-то придумала, чем убить выпавшее ей на завтра свободное время.
— Ты так уверенно об этом говоришь, что мне даже сомневаться не приходится в твоих словах. — Едва сдерживая улыбку, заявила Верховная мать. — Но всё равно я не могу позволить подобного отношения к моим верным воительницам. Он утверждал, что сможет победить тебя в честном бою на мечах? — Встав с трона, произнесла рыжеволосая полуэльфика, от чего тигрица замялась. Горделивые речи грозили той выйти боком.
— Ну, не совсем в поединке… — Промямлила Леона.
— Не важно, я требую, чтобы завтра ты преподала мальчишке урок. Чтоб запомнил, чем чревато связываться с неизвестным врагом. — Двусмысленно протянула Энэ, однако её тонкий намёк резво пронесся мимо кошачьих ушей.
— Обещаю, я не разочарую Вас… — Поклонившись, быстро выплюнула Леона.
— Очень на это надеюсь. — Жестом указав, что их аудиенция подошла к концу, отозвалась единоличная правительница Запада, надеясь на то, что завтра впервые после столь долгой двухсотлетней компании по сбору, организации и прочему, той наконец-то удастся расслабиться и, в конец-то концов, взглянуть на этого юнца.
Глава 7
Ложь
В лагере западной армии царило приподнятое настроение. Сборы пред очередным походом сопровождались подготовкой к праздничному пиру в честь победы над старым врагом. «Пир во время чумы» был устроен Энэ ради того, чтобы отвлечь своих людей от ненужных мыслей — о провианте, погибших товарищах и очередном долгом переходе.
Уже завтра они выдвинутся к морю, минуя луга и реки, леса и холмы. По плану нужно было постараться достичь побережья в течении месяца, однако, как оно будет на самом деле, сложно было представить даже ей, женщине, прожившей на этом свете более четырех веков.
Визит стражниц в шатёр Олега с требованием проследовать за ним вызвал на лице мужчины опасения и тревогу. Не так давно он взял с Катарины слово, что та больше не будет рисковать собственной жизнью понапрасну, и сейчас, когда его вели вдоль лагеря под пристальными взглядами всех собравшихся здесь зверолюдок, на сердце от чего-то было крайне неспокойно.
— Что происходит? Куда меня ведут? — Поинтересовался мужчина, на что сопровождавшая того львица, лишь хмыкнув, буркнула что-то в плане: — «Скоро всё сам узнаешь».
Приподнятое настроения в стане врага и эти голодные, жаждущие развлечения глаза не предвещали чего-то хорошего, с каждым шагом вызывая в голове мужчины очередной приступ нервозности и тревоги.
Они двигались достаточно долго, вдоль малых и больших шатров, спальных мешков и обычных устеленных на земле тряпичных лежанок. Возы забивались бочками, приводилось в порядок оружие и обмундирование. Собирались разложенные кучами деревянные коробки и бочки со всякой всячиной. То и дело под конвоем в разные стороны сновали закованные в цепи пленные и рабыни, косившиеся на своего бывшего Господина. Состояние женщин оставляло желать лучшего, однако сделать с этим мужчина ничего не мог.
— Осторожно! — Вырвал из размышлений Олега вскрик откуда-то сбоку.
Из-за переломавшегося пополам колеса, телега опрокинула воз с несколькими тюками соломы сложенной вертикально. Мощный удар ятаганом одной из стражниц распорол скрепленный стог словно подушку с перьями, вторым ударом плоской части клинка откинув того куда-то в сторону.
— Эй, малахольные, совсем уже охренели, не видите, кто идёт! — Со всей злобой заорала одна из конвоирш.
— Простите, простите, я сейчас всё уберу… — Подлетев к стражницам и рухнув им в ноги, запричитала женщина в плаще.
— Вот же, ещё бы немного и будущему мужу Госпожи Леоны…
— И что бы со мной случилось? Соломой бы оцарапался? — Видя, с каким пренебрежением тигрицы говорят со своими же, фыркнул мужчина.
— Простите, Господин, простите… — Руки женщины коснулись сапога мужчины, после чего, мощный удар ноги обрушился на её спину.
— А ну-ка, корявки свои от его убрала! — Второй удар сопровождающейся пришелся женщине в голову.
Ощутив нечто странное, только что оказавшееся в его ботинке, Олег по-новому взглянул на спрятанную под плащом женщину.
— Тупая чернь, надеюсь, поняла, за что получила? — Приподняв за воротник женщину, спросила конвоирша.
— Поняла, поняла… — Отползая в сторону, чтобы не пропустить очередной пинок, затараторила незнакомка.
Где-то неподалеку раздались звуки горна, а после взорвалась овациями публика.
— Опаздываем. — Шикнув, толкнула в спину задумавшегося Олега стражница, шедшая до этого позади.
Созданная на скорую руку арена из поднятых магией каменных плит и деревянных досок, служивших чем-то в роде скамеек, бурно приветствовала свою госпожу и спасительницу Верховную Мать, сделавшую то, что до
