шестьдесят человек зачислялись на первый курс, переезжали в корпуса Академии и делали первый шаг к тому, чтобы стать Белыми Кошками.
Самый большой выпуск насчитывал шестьдесят человек. На последнем курсе Джеймса их было всего двадцать шесть. За семь лет учёбы система Академии отфильтровывала всех лишних, чтобы выпустить ровно столько исследователей, сколько требуется, плюс небольшой функциональный резерв. Их учили быть не лучшими среди людей, а самыми достойными представителями человечества. Во всех списках рангов и званий Кошки с их припиской «исследователь» стояли на ступеньку выше гражданских космонавтов, безопасников и армии.
Так что – да. Нравилось это Джеймсу или нет, но Шали, капитан транспортного судна и командир экипажа, без колебаний подчинялись Белой Кошке Шеро. Так же, как и он сам, в своё время даже не участвовавший в конкурсе на программу подготовки капитанов, был вынужден встать под его командование.
***
Шали, Шляпка и Морковка пошли за Джеймсом в модуль управления. Удивительное дело – все три старушки как будто помолодели, получив приказ. И спины держали прямее, и головы поднимали выше.
– Вот так фокус, – промурлыкала Шляпка, – значит, вы тоже из кошачьего прайда, Оливер-сан. Кто вы по званию?
Джеймс нахмурился, прикидывая, какие у него шансы отмолчаться.
– Да, очень интересно, – добавили Шали, хитро улыбаясь.
И это уже вполне могло бы сойти за приказ.
– Лейтенант-исследователь, мэм, – ответил он без удовольствия.
– И не скучно вам? Променять космос на… – начала Морковка, а Шали вдруг грозно на неё шикнули.
– Простите, лейтенант, – сказали Шали, умудряясь смотреть на Джеймса свысока, доставая ему едва-едва до плеча. – Должна сказать, ваш выбор – однозначно не худший. Но подумайте в будущем, у нас на грузовом флоте тоже интересно. Девочки подтвердят.
– Прекрасно! – Шляпка поправила шляпку и седые кудри под ней. – Огромный тяжёлый корабль в глубоком чёрном космосе, а из собеседников…
Возмущённые окрики подруг не позволили ей договорить, и Джеймс невольно улыбнулся, наблюдая за ними.
– Пираты, значит, – пробормотала, меняя тему, Морковка. – Чёрная Сука… Ничего в голову не идёт.
– Разве что про погоню за Белой Кошкой, но банально, – скривилась Шляпка.
– От любопытства кошка сдохла, – совсем уж себе под нос буркнула Морковка.
На этот моменте Джеймс открыл дверь в модуль управления, и прочие разговоры закончились.
– А ЮНЕСКО не бедствует, да? – протянула Морковка, оглядываясь.
– У нас хорошее снабжение, – деликатно ответил Джеймс, не желая говорить о том, что менеджмент откупался от него, обновляя оборудование вместо того, чтобы предоставить помощников.
Ну, и с предшественником повезло – очень был дотошный и въедливый дядька.
– А вот у меня вопрос. – Шляпка сняла шляпку, тряхнула удивительно густыми для её возраста кудрями и подошла к блоку мониторинга основных системных показателей. – Как это вы, лейтенант Оливер, этим богатством управляете в одиночку?
– К сожалению, пока мне не нашли помощника, – пожал плечами Джеймс.
– Поэтому вы себе отрастили вторую голову, я так и поняла, – покивала Шляпка.
Вместо ответа Джеймс занялся подключением её личного нейро к системам управления. Роль второго контролёра взяла на себя Морковка, а Шали прислонились к приборной доске, приняв почти такую же позу, которую занял Шеро, когда заявился сюда. Их там этому на капитанских курсах учат?
Отключение от систем Англии оказалось не то чтобы болезненным, но специфическим – смесь облегчения и обиды. Как будто тащил на своём горбу здоровенный груз, а посреди дороги оказалось, что было не нужно. Вроде и приятно избавиться от тяжести, а вроде как и разочарование гложет.
– Не переживайте, лейтенант, – сказали Шали мягко, – Старая Добрая Англия в надёжных руках. Мы вернём её вам целой и невредимой, как только всё разрешится.
– Почему-то я в этом не сомневаюсь.
Посмотрев с минуту, как под командованием Шалей начинается работа, он развернулся и вышел. Надо было заканчивать нытьё и приступать к делу.
«Чем быстрее удастся починить корабль, тем быстрее Шеро исчезнет с планеты, забрав с собой все проблемы».
***
Корабль с романтическим названием «Кинцуги» создавалась рекордно быстро, но лучшими специалистами. Пропустить процесс строительства было нереально – о нём вещали изо всех щелей. Новость о Шеро с его кораблём Джеймсу даже как-то попалась в медицинском секторе Сети. Признавать это было неприятно, но выглядела «Кинцуги» так, как академическим кораблям исследовательского класса и не снилось. Если уж нейро – то последней разработки, если научная станция – то громадная, в половину рубки, и оснащённая на все случаи жизни.
А ещё корабль Шеро оказался забит вещами, которых, по идее, на космическом судне вообще быть не должно. Типа картины, залитой прозрачным метапластом, на потолке в каюте отдыха. Или загерметизированной стойки с бумажными старыми книгами в кают-компании. Или чашки, осколки которой валялись возле кресла пилота. Чашка была белой, в синих разводах. На металлическом магнитном полу осталась засохшая коричневая лужица
– Чувствуйте себя как дома, лейтенант!
Шеро бесшумно втёк в рубку, расселся в капитанском кресле и выразительно посмотрел на пустующее место первого пилота.
«Удивительное дело, как можно нажраться обществом человека до посинения за неполные сутки знакомства».
Джеймс смахнул с сидения невидимые крошки (почему-то не сомневался, что, вопреки всем инструкциям, Шеро ест прямо во время полёта). Подключение к чужим системам через нейро обдало холодом, Джеймс с трудом сдержался, чтобы не скривиться от нахлынувшей непривычно сильной тошноты. Зрение стало двухмерным и чёрно-белым, позвоночник прострелило. А потом Шеро подтвердил доступ, и всё прошло.
Ладно, приходилось признать: Джеймс мог сколько угодно ненавидеть владельца, но не влюбиться в корабль с первого же контакта было выше его сил. «Кинцуги» ощущалась чистым совершенством: ни одной слепой зоны, ни единого неудачного сочленения. Даже повреждённая, лишённая связи с внешним миром, раненая, она очаровывала. Она сохранила лучшее от кораблей класса «Чо-13», но превзошла их все. Но ей не хватало толкового механика, это было очевидно.
– Летать будет? – уточнил Шеро, покрутившись в кресле.
Он, может, и хотел сделать вид, что спокоен, но явно не справлялся – пальцы постукивали по подлокотнику, глаза оббегали рубку, останавливаясь то и дело на погасших панелях.
– Вашему кораблю не так-то просто навредить, капитан. – Джеймс закрыл глаза, чтобы лучше чувствовать оборудование и (бонусом) не смотреть на рожу временного командира. – Работы много, но её возможно провести здесь, имеющихся у меня инструментов должно хватить.
– Чудно! – Шеро подскочил, походя огладил блок корректировки курса и вдруг оказался совсем близко к Джеймсу, похлопал по руке, заставив вздрогнуть. – Скажи мне, лейтенант, какую специальность ты получил?
Открыв глаза, Джеймс подумал, что ему категорически не нравится разговаривать с Шеро сидя, глядя на него снизу вверх. Словно рост –
