как она, словно ребенок, бегала за нами, смеялась, не зная усталости. Помнит ли матушка эти моменты? Они полны счастья и тепла. Даже несмотря на слабоумие я чувствовала ее любовь и всегда буду чувствовать.
— Мое сердце рвется, говорит, что я должна знать, но я не знаю, дорогая. Лишь молюсь, что под ликом Светлой он все-таки образумится и захочет вернуться домой.
Я перевернулась и посмотрела на нее. Мягкие черты, доброта в глазах и светлые волосы отражали всю красоту ее чистой души. Во мне так много было от нее. И мне порой было страшно, что я тоже когда-то лишусь рассудка.
— Не убегай больше в лес, ладно?
Как она узнала?
— Ты видела меня? — испугано засуетилась я, поднимаясь на локтях.
А что если она знает о тоннелях…
— Ты всегда сбегаешь в лес, с той девочкой.
Матушка поднялась, а я изумилась, запутавшись окончательно.
— С какой девочкой, мама?
— М-м, — цыкнула, — не могу вспомнить имя. Мужское будто, военное, но какое и не припомню.
Она взяла с моего стола расческу.
— Повернись, — покрутила она указательным пальцем. — Хочу расчесать тебе волосы.
Глава 7
Дни пошли своим чередом. Я дышала и чувствовала себя живой, хоть и носила внутри горе. Пила, ела, гуляла, находилась под взором охраны, присутствие которой мне было безразлично.
В библиотеке было мало морской литературы… Ни обрядов, ни ритуалов, поэтому я изучала карту. Мне хотелось отвлечься или найти то, что помогло бы смириться. Я стала примером послушания и кротости, ровно так, как и хотел отец. Не заштопала чувства, а накрепко зашила.
Морское королевство от Конринхола отделяло большое Мощеное море. Я буду так далеко от дома… "Зато я увижу мир", пыталась подбодрить себя я.
Охранник поставил передо мной поднос с обедом. Я не отвлекалась, но почувствовала запах свежеиспеченных пряников, и в животе заурчало. Рука сама потянулась за сладостью, вкусной и пряной. "Как знали, положили побольше", подумала я. Из коридора доносились шумные суетливые шаги:
— Кайруан, прикрой дверь.
— Да, Ваше Высочество.
"Моще-Рехта — двенадцать объединенных одним правителем островов", прочитала я в старом учебнике. Охранник все еще стоял на своем месте. Дверь все еще была открыта. Я вытащила изо рта так и не откусанный пряник и вопросительно посмотрела.
— Что? — испытывающе спросила я.
Старший будто хотел что-то сказать, но так и не решился:
— Простите, Ваше Высочество, — поклонился он.
Я читала и разминала затекшие ноги, прогуливаясь по библиотеке. Листала книги, открывая их на случайной странице. Вдруг именно на ней будет то, что я ищу? В коридоре снова закопошились. На этот раз грозно шептались прямо возле двери. Надоели! Топая, я подошла к двери, двумя руками взялась за ручки и распахнула.
— Ваше Высочество, простите меня, — сразу затараторила служанка, сбивая меня с толку.
— Светлой клянусь, я пыталась Вас предупредить, пыталась, но Вы, но я… а они такие… они такие!
Глаза ее с каждым словом становились все круглее и круглее.
— Остановись, — остановила рукой и посмотрела недобро на непускающих ее охранников. С них спрошу позже! Она так и замерла с широко распахнутыми глазами. Я приказала ей рукой идти за мной. Вот что за суета… Морские прибыли, а этот хитрец хотел сказать и промолчал. Вот Кайруан!
В комнате сразу прошла в ванную и стала наспех стягивать ленты с волос. Служанка не мешкалась, включила воду, достала склянки с маслами и мыло. Мы обе все делали быстро. Избавили меня от наряда, распустили волосы, пока в купель набиралась вода. Я айкала и ойкала, потому что непослушные волосы постоянно цеплялись за расстегнутые пуговицы.
И вот наконец погрузилась в воду сначала одна нога, затем другая. Горячая вода обожгла ступни, затем щиколотки. Я аккуратно легла в купель, давая себе пару мгновений. Умылась, намочила волосы.
— Начинай, — произнесла я с закрытыми глазами.
— Делегация прибыла на кораблях с первыми лучами. Я как увидела корабли, сразу к Вам. — уточняла служанка, и правильно делала. — Пришел их доверенный маг, порталом король пришел. Морской король, — последнее сказала, будто призрака увидела.
Я как открыла глаза от удивления, так и застыла. К чему готовилась — не знаю, но голова все равно от неожиданности помутнела. Страхом наполнилась. И будто по плечам побежали многоножки во все стороны.
— Да, а еще его советник и охрана, четыре человека. Они с нашим королем как с побратимом скрепились и скрылись за дверьми зала советов.
— Это и так ясно как день: где король, там и подданные, — раздраженно проговорила я, морща глаза от жжения, забыла о мыле на лице.
— Как они выглядят? — раздраженно выплюнула я.
— Люди как люди, только бледные, будто и неживые вовсе. Наряды у них чудные, чужие. Воины так вообще… Горы, не люди. Костюмы их эти… — задержалась служанка, воображая, — это мне Мартиша сказала, — отмахнулась расстроено.
— Мартиша их видела? — я надеялась, что ее можно привести сюда и расспросить лично.
— Мартиша нет, и я нет, — со вздохом проговорила служанка, — нас бы не пустили.
Она все вздыхала и медлила — перестала мылить мне волосы, я стукнула ее по рукам.
— Кто же тогда тебе об этом сказал?
— Прислуживает гостям Артиша, а Мартиша у Артиши спросила и все мне передала. Сестры они.
— Она рассказала что-то еще?
— Нет, Ваше Высочество.
— И ради этого ты пробежала больше половины замка… — одна новость сквернее другой. — Давай сюда полотенце. Оденешь меня и возвращайся!
Служанка помогла мне одеться в выбранное матушкой платье. О купании напоминали лишь мокрые волосы и капли, которые холодили кожу, стекая с локонов. Служанка заулыбалась, оглядывая меня с ног до головы, и снова легкомысленно застыла.
— Чего ты тут стоишь, беги к Артише!
— Мартише, — поправила она. — Я Вам не нужна?
— Иди же! — разозлилась я.
Тоже мне! Одежда у них красивая… У рыбаков-то? У нелюдей! Без служанки в комнате стало пусто. Слово сказать злого некому! Одна. А может душа моя инеем покрылась… от страха. Я все смотрела на дверь. Вот-вот войдет. Кто? Сама не знаю. Чего ждала? Всего сразу и ничего вообще. Сейчас не убежишь, да и нет нужды, зал советов в другом крыле, тоннелей там нет, не подслушать, не подглядеть. Томление — вот лучшая сердечная отрава. Не знаю, сколько прошло времени, ощущения мои растягивали мгновения.
— Лицо удалось разглядеть. Лицо короля! — зашептала служанка, только дверь в мои покои затворилась.
Он ведь сын его, мой жених. Против воли затаилась. Хотелось услышать, что скажет. Знала же, жуткие, грубые, необразованные. Нет! И слышать ничего не хочу! Все равно. Наплевать!
— Бровей
