еще, искала слова, но не могла подобрать нужных. "Давай же, — говорила я себе, — найди что-то колкое, пробей брешь в обороне этой ведьмы. Ты знаешь ее с детства! Может сыграть на жалости? Или наоборот…" Закончить мысль я не смогла, жуткая боль прострелила центр лба и я поморщилась, так и не закончив свою речь.
Даруна цыкнула и принялась массировать мой лоб.
— Яд шпорника очень коварен, не стоило подвергать себя таким истязаниям.
Я аккуратно смотрю на ее реакцию. Недовольной она не выглядит, хоть и раскусила меня. Ведьма добавила твердо:
— Тем более сейчас.
Я бегаю глазами по полу, не в силах найти на нем то, что могло бы меня успокоить, а затем отвечаю:
— Да, — не могу сдержать язвительную улыбку. — Особенно сейчас, когда меня выдают за простолюдинов!
— Это вовсе не так, — спокойная и рассудительная Даруна убрала руки от моего лица.
— Они — рыбаки, — пауза, — г-л-у-п-ы-е, — произношу по буквам. — И невоспитанные!
— Ласта! — строгим тоном произнесла верховная, повысив голос.
Иногда мне кажется, что эта ведьма считает своим долгом вразумить меня. Будто бы иногда она забывается и думает, что является моей матерью.
— Они настолько необразованы, что уже и сами превратились в зверей. Дикие рыбы. И ты сама знаешь, каким образом устроена их власть! — я тяжело дышу, мне мало этих слов. Я хочу сказать о них больше, много больше…
— Или как была устроена! Неважно! Кем бы они ни были сейчас, как бы себя не называли, они останутся дикарями!
Сказанное распаляло меня еще больше. Каждый вдох давался с трудом. Я не могла отдышаться. От злости перехватывало дыхание. И хотя говорить стало тяжело, мне было мало слов! Хотелось сказать больше, задеть сильнее, убедить. Задыхаясь, я открыла рот, но меня прервал вскрик:
— Ласта!
Пыталась сдержаться. Сомкнула губы, задержав невысказанное внутри. Закрыла глаза и подумала о брате. Но как назло, перед глазами предстал образ вольного, свободного, не перед кем не отчитывающегося принца. И я разозлилось вновь. Почему ему можно делать, что вздумается, а мне нет?! Почему он ушел и оставил меня! Рыбы, холодные и бездушные! Дикари!.. Я никому не нужна…
— Меня удивляет то, что все восторгаются этим союзом! — с воплем продолжаю я. — Мы и они… Смешно!
Меня снова прервала короткая жалящая боль, пронзившая лоб. В этот раз яд шпорника ни при чем. Это Даруна меня прервала, выпустив из кончиков пальцев жалящие лучики. Я поморщилась, а Даруна осталась спокойна, лишь морщинки у глаз выдали насмешку. Она смеется? Надо мной?
— Ты можешь говорить о них все, что хочешь в стенах этого дома.
— Я буду говорить о чудовищах одну лишь правду, и буду делать это где угодно!
Отвернулась, подняв подбородок повыше. Никто мне не указ, я принцесса и сама вольна принимать решения о своем будущем.
Даруна вернулась ко мне, встала близко и провела по ладони, будто погладила. Тепло проникло под кожу, ниткой сплело что-то крохотное во мне. Я опустила взгляд вниз. На пальце больше не было царапины. И такая зависть вспыхнула внутри, что непрошеные слезы снова обожгли уголки глаз. А я уж думала, что они кончились, что грусть позади. Вот она-то уж точно может сама распоряжаться своей жизнью! Она умеет колдовать…
— Я закончила, можешь идти, — неожиданно для меня произнесла Даруна.
Ну конечно… А я-то еще не закончила!
Ведьма развернулась к столу, собирая порошки и лекарства по местам. Спокойная, размеренная. Мысленно подсчитывала количество порошка, смотря на одну из своих баночек, загибая пальцы.
— Так вы не поможете мне? — я скрипнула зубами.
Смотрела на нее в упор. Ждала. Она сделала вид, что не услышала меня.
Я встала, продолжая ждать ответа. Потопталась на месте, оглядела цветы, которые я собрала для матушки. Медлила, все-таки ожидая услышать хоть что-то.
Я говорила, а ведьма словно не слышала меня. В бессильном желании обратить ее внимание на себя, я схватила одну из баночек и занесла руку, угрожая разбить склянку. Но даже тогда ведьма не повернулась. Она продолжала пересчитывать снадобья.
Такого я не прощаю!
Баночка не просто выскользнула из руки. Не-е-ет. Я с силой швырнула ее на пол! Осколки вместе с сухими ягодами разлетелись по полу, сверкая в отсветах пламени от камина. Даже тогда она не обернулась. Даже не вздрогнула от громкого звука! В последний раз я крикнула:
— Даруна!
Лишь звон склянок говорил со мной, лишь шелест бумаг шуршал на прощанье. В носу что-то закололо. Я не понимала, почему она делает вид, будто я пустое место. Ребенок. Я вышла, громко хлопнув дверью.
Охранник ждал меня. Лицо Кайруана, так звали старшего, исказилось. Он все слышал и, очевидно, понял мою уловку. Не страшно, скоро все узнают, какая участь ждет птичью принцессу.
Он указал рукой и пошел в том же направлении. Я шла за охранником. Шаг. Еще. И снова. Он вел меня в мою комнату. Он был слугой, а я — принцессой, хотя сейчас он вел меня под узду, а не я его. Грузная поступь сторожевых сапог разносилась по коридору четко, с одинаковыми паузами между движениями. Его движения и мои движения все больше и больше шли в разлад. Стук собственного сердца отскакивал от стен. Тук. Тук. Тук. По стенам кто-то стучал, пробираясь в щели между каменной кладкой. Я остановилась, прислушиваясь. Наклонила голову, зажмурилась, напрягая слух. Звук шагов полностью стих, оставляя меня наедине с еле разборчивым скрежетом стен.
— Ваше Высочество? — озадаченно проговорил охранник, ожидая меня.
Я посмотрела на него, все еще слушая. Голос стен был моим голосом, моим пульсом, моим решением. "Что ты делаешь?", — кричали стены, щели, между каменной кладкой, пылинки в укромных местах светильников.
“Что ты делаешь, Ласта?”
— Принцесса, стойте! — крикнул вслед.
И я побежала. Замок — мой дом, я родилась здесь. Я знала каждый проход, каждую трещинку, каждую потайную дверцу. Я нырнула в выступ у стены, рядом со статуей каменного ястреба. Кайруан пробежал мимо. Мне лишь нужно опередить его. Все и так знают единственное мое укромное место, мне лишь нужно поторопиться. "Третий… снизу слева", — я ударила ногой по камню в нижнем ряду и статуя сдвинулась, открывая лестницу, ведущую наверх. Переступая через ступеньки, я боялась, что дыхание собьется и я потеряю время. В отдалении коридора уже слышались чужие шаги. Но я успела! Комната Истара. Мое умиротворение и спасение в беспокойные дни. Здесь меня быстро найдут. Нужно торопиться. Я обошла кровать и открыла шкаф. Белые и бежевые хлопчатые рубахи, шкура, пара брюк, башмаки, костюмы.
Как много вещей!
Залезла и закрыла
