Даджа. Шутка потерпела сокрушительную неудачу, когда из её глаз покатились слёзы. Она закрыла глаза, но слёзы это не остановило. - Если бы только это было за что-то, что я
сделала.
Ларк вздохнула:
— Мне жаль, насчёт Торговцев.
— По крайней мере, я понимаю, почему я трэнгши, хотя и терпеть этого не могу, - прошептала Даджа. - Я не хочу, чтобы другие Торговцы подхватили мою неудачу, - она утёрла слёзы.
Ларк положила Дадже на плечо мягкую ладонь, и кивнула в сторону лозы:
— Это и есть твоё творение, за которое они так много готовы дать?
Даджа кивнула, а Сэндри с гордостью отметила:
— Она сказала им, что им следует торговаться с ней. Она была великолепна!
— Я не чувствую себя великолепной, - ответила Даджа. - Я чувствую себя нечистой, - взяв своё мыло, она начала скрести себя. - Кроме того, начальное предложение ничего не значит. Только хамо́т соглашается на первую цену — она самая низкая. Они сразу предложили золото только потому, что каждый знает — магия сильно повышает цену.
— Я не знаю, что значит «хамот», - призналась Сэндри. - Никогда не видела торгов.
Даджа положила голову на край бассейна:
— Это такой человек, с которым Торговцы мечтают иметь дело. Кто-то слишком глупый, чтобы знать, что предложенная цена оскорбительна.
Х-м-м, - пробормотала Сэндри, расплетая косы, чтобы вымыть волосы. - Как думаешь, как высоко они пойдут?
Даджа попыталась подумать.
— Если бы я знала, где они собираются её сбыть, это бы помогло, - признала она. - Наверное, они уже знают, кому продадут её, - она слегка брыкнула ногами. - Если они найдут способ говорить со мной, несмотря на то, что я — трэнгши, значит мне следует взять с них минимум три золотых маджи.
— На такие деньги ты сможешь купить ещё железного лома, - пробормотала Ларк. Она прищурившись осмотрела лозу, затем протянула руку, и провела по ней кончиками пальцев: - Никогда даже не слышала о таком творении. Растущий металл … насколько ещё она вырастет?
Даджа пожала плечами:
— Полагаю, зависит от количества металла в земле, где она растёт. Когда она истратит всё лишнее железо из ствола, ей потребуются брать откуда-то свежий металл.
— Надеюсь, что ты сделаешь ещё подобные вещи, - сказала ей Сэндри. - Я думаю, она прекрасна.
— Прекрасна только потому, что мне это железо не требовалось ни для чего другого, - угрюмо указала Даджа. - А что если нет? Что если кому-то были бы нужны гвозди, которые я должна была изготовить? Я теперь даже не могу использовать это железо повторно, только не с текущей по нему нашей магией. А что если кто-то захочет, чтобы я создала ещё одну? Это было не кузнечное ремесло, которому мне следовало бы учиться. Я бы даже не знала, с чего начать — магия просто вышла из под контроля, когда я отвлеклась.
Сэндри прикусила губу:
— Моя тоже вышла из-под контроля этим утром, - призналась она, и рассказала им о выжженной вышивке.
Ларк вернулась в воду, глядя на девочек с интересом:
— Что ж. Пока результаты от блуждания вашей магии по неизведанным путям были хорошими, или, по крайней мере, не наносили серьёзного вреда, но очевидно, что всё не собирается успокаиваться. Ваша магия продолжает изменяться, - она решительно кивнула. - Пришло время посмотреть, можно ли разметить вашу магию.
— Как ты вообще разметишь что-то подобное магии? - поинтересовалась Сэндри. Её голубые глаза заблестели при мысли о том, чтобы научиться чему-то столько ново звучащему.
— Не я, Леди Сэндрилин, - с улыбкой сказала ей Ларк. - Ты. Эти изменения произошли в результате твоего прядения. Значит, ткать карту лучше всего тебе.
Глава 3
В горных долинах ночь наступила рано, даже раньше, чем на окружавших их вершинах. До ужина в замке оставалось ещё около часа, а долина уже утонула в тени. Стоя на балконе, на который выходили комнаты, в которых спали Ларк, Розторн, Нико, Фростпайн и их четверо учеников, Даджа смотрела на полосы тёмно-оранжевых пожаров, всё сильнее светившихся в темноте.
Ей не нужно было оглядываться, чтобы знать, что вошедшим в их комнаты человеком был Фростпайн.
— Интересно, что можно выковать в таком пламени, - не оборачиваясь сказала она. - Мост через горы, или меч длиной в Эмеланский Полуостров.
— Сомневаюсь. Огонь на траве не горит настолько жарко, - он подошёл, и уселся на перила, чтобы видеть её лицо.
Птица упала с неба, и приземлилась на перилах между ними. Это был скворец, коричневая пятнистая птица с острым жёлтым клювом и умными чёрными глазами. Игнорируя Фростпайна, она заквохтала Дадже, распушив перья на шее.
— Я не знаю, где сейчас Трис, - сказала птице Даджа. - Я думаю, всё время после обеда она провела в библиотеке. Иди поймай жуков на ужин, Крик.
Птица по имени Крик остро чирикнула.
— Никак не могу сказать, понимает ли он, что ему говорят, - заметил Фростпайн.
— Проблема в том, что он в наибольшей степени заинтересован едой, и всегда хочет её немедленно. - Даджа порылась в кармане, и нашла немного чёрного хлеба с обеда. Раскрошив его, она положила крошки скворцу. Тот живо их съел.
— Я тут думал о том, какую работу ты можешь делать, пока ты здесь, - наблюдая за Криком сказал Фростпайн. - Мы же не хотим, чтобы ты потеряла навыки, и боюсь, что помогать Калибу с дополнительной работой не получится. Похоже, что караван Торговцев хочет, чтобы он кое-что поправил у них.
— И я не могу делать никакую работу для них, потому что я — трэнгши, - с горечью сказала Даджа. - Так что осталось?
— И Калибу, и замковому плотнику нужны дополнительные гвозди.
— Фростпайн! - запротестовала Даджа.
— Я знаю, я знаю — но это лучшее, что я могу предложить. Кроме того, тебе полезна дисциплина. Большая часть кузнечного дела, магического или обычного — это просто тяжёлая работа.
В открытую дверь вошли Браяр и Трис. Увидев Трис, скворец завопил на пробирающей до костей ноте, обычной для всех птенцов этого вида. Залетев внутрь, и усевшись Трис на плечо, он клюнул её в ухо.
— Крик, прекрати! Ты уже взрослая птица — веди себя подобающе! - поморщившись, она сняла крышку с маленькой чаши, которую несла. Та была частично заполнена маленькими шариками из фарша и яичного желтка. Покачиваясь на её запястье, скворец начал уплетать их.
Фростпайн спрыгнул с перил:
— Мне лучше пойти одеться в чистое, если мы будем
