в садах — потух. Глазу не попадалось ни одного светящегося уголька. Яррун привалился к стене. Никто из наблюдавших за ним не чувствовал желания говорить, но снизу до них донеслись далёкие возгласы радости.
Наконец огненный маг выпрямился. Он провёл дрожащей рукой по покрытому потом лицу. Даджа подумала, что его карие глаза стали ещё крупнее и влажнее. Его покровительственная улыбка казалась полу-безумной.
— Ты был беспомощен, Никларэн Голдай! - хрипло прокаркал он. - Ты, член правления университета, знаменитый на всё Море Камней! Но я сделал это. Огонь подчинился мне.
Нико спокойно встретил его взгляд:
— Тебя следует поздравить.
Яррун вздохнул:
— Я лишь служу леди Золотого Кряжа, - он потёр глаза. - Мне лучше задержаться, чтобы убедиться, что ни в чьей соломе не осталось очагов возгорания. Это проще делать днём, когда я могу видеть дым.
— Я не понимаю, - сказал Браяр. - Ночью же огонь лучше видно.
Губы Ярруна дёрнулись в фальшивой улыбке:
— К тому времени, как я вижу пламя, строение как правило обречено. Дым — самый ранний признак огня. Но, пожалуйста, не задерживайтесь из-за меня, - он потёр ладони. - Ночь становится прохладнее.
Их попросили уйти, и все это поняли. Браяр ворчал в пол-голоса, возмущённый отношением Ярруна. Сэндри потянула его следом, когда они пошли за учителями внутрь башни.
— Он не спросил тебя, можешь ли ты потушить его, - пробормотала Фростпайну Ларк, когда они начали спускаться.
— Не могу, только не на таком расстоянии, - ответил Фростпайн. - Мы, кузнецы, любим иметь огонь вблизи, - он оглянулся на Даджу, и подмигнул; та улыбнулась.
— Нико, что с ним такое? - спросила Ларк. - Он был не очень-то вежлив.
— Я уже видел такое, - устало сказал Нико. - Некоторые получают славу вне зависимости от того, заслуживают они её, или нет. Другие, считающие, что они должны быть знамениты, трудятся в безвестности. Это … Розторн?
Розторн остановилась, не доходя до выхода с нижнего этажа.
— Я потом к вам присоединюсь. Мне нужно с ним поговорить, - собрав полы своего одеяния в одну из рук, она снова начала подниматься по лестнице. Четверо юных особ отошли в сторону, пропуская её.
— Эти университетские маги, - сказала Ларк, когда они с Нико и Фростпайном вышли из башни. - Как ты выдерживаешь общение с ними?
— Я это делаю как можно меньше, - услышали четверо ответ Нико, когда дверь захлопнулась. Они всё ещё были в башне. В лестничном колодце было слышно эхо от поспешно поднимавшейся Розторн, и скрип открытой ею верхней двери.
Сэндри открыла дверь во внутренний двор, и выглянула наружу. Нико, Фростпайн и Ларк уже пересекли двор наполовину, разговаривая, сведя головы вместе. Они, похоже, забыли о своих учениках.
— Интересно, что Розторн собирается ему сказать? - пробормотал Браяр. - У неё было то самое выражение лица.
— Какое выражение? - тихо спросила Даджа.
— Которое означает, что она видела, как ты совершил что-то очень глупое, и она собирается отодрать тебя за уши, - сухо ответил он.
Сэндри оглянулась на своих друзей. Она всё ещё держала дверь открытой.
Даджа покачала головой. Сэндри осторожно закрыла дверь.
Не говоря ни слова, все четверо начали подниматься по лестнице. Они старались ступать внешними сторонами стоп, чтобы шуметь как можно меньше. Когда они достигли верхней ступени, Браяр проскользнул вперёд. Мягко, стараясь не производить ни единого звука, он чуть-чуть приоткрыл открывавшуюся на стену дверь.
Голос Розторн проплыл внутрь вместе с дуновением ветра:
— … сказал мне, что лесных пожаров не было …
— Тридцать лет, - перебил Яррун, его голос звучал так же ясно, как если бы он был внутри башни. - Мы с отцом тяжело работали над этим. Одно дело — пожары на полях. По крайней мере они заканчиваются быстро, и они обновляют почву. Лесные же пожары были невозможны — они дорого стоили фа Джузонам и людям на их попечении. Мы с отцом запретили их.
— «Запретили их», - бесстрастно повторила Розторн.
«О-оу», - произнёс через магию Браяр. «Я думаю, сейчас начнётся самое интересное».
Розторн понизила голос. Ветер ухватился за большие родовые знамёна, висевшие над воротами замка, заставляя их громко хлопать.
«Трис» - пробормотала Сэндри, - «исправь».
Рыжая ухватила горсть воздуха, протекавшего через щель; Браяр разветвил его, чтобы не дать двери захлопнуться. Даджа схватилась за одну из блестевших серебром ветвей, и вытянула её в проволоку, толкая её себе за спину, чтобы та продолжала дуть вниз по лестнице. Поток воздуха усилился, по мере того как Трис втягивала через дверь всё больше внешнего воздуха. Даджа скрестила пальцы, надеясь что Розторн — которая часто раскусывала их уловки — не заметит устойчивый ветерок, дувший мимо её лица в сторону башни.
— Знаешь ли ты, почему в лесах и полях случаются пожары? - Розторн снова было чётко слышно, хотя она и старалась говорить тихо. - Тебе не приходило в голову, что они могут быть необходимы?
— Огонь служит человечеству, моя дорогая юная женщина, - холодно ответил Яррун. - Помимо этого, он является симптомом хаоса, беспорядка. Разрушения.
— Не надо мне покровительствовать. Я тебе никакая не «моя дорогая».
«Люблю, когда она злится», - сказал своим друзьям Браяр. Их ухмылки были такие же озорные, как и у него. Они хороша знали колкости Розторн, и уважали их. Всегда было приятно слышать, как кто-то навлекает на себя её гнев.
— Не обращайся ко мне таким тоном. Если не можешь сказать ничего конструктивного …
— Сделай-ка для меня один вывод, университетский маг …
— Вы, типы из Живого Круга, все одинаковы. Нет никакого порядка; только инстинкт, течения, и движение без смысла и структуры. Вы просто хотите избежать учёбы и исследований...
— Ты сам сказал: сгоревшая трава обновляет почву. Всё вырастает обратно лучше, чем было до пожара, не так ли? А тебе или твоему отцу не приходило в голову, что лесам нужны пожары по той же причине?
— Я провёл весь день в седле не для того чтобы выслушивать нотации в виде религиозных песнопений!
— Эта долина — ловушка, - голос Розторн был натянут от гнева. Она глубоко вздохнула. - Пожары — маленькие, быстро стихающие — очищают землю от плодокорма.
«Плодокорм?» - беззвучно спросила остальных Даджа.
«Мусор», - ответил Браяр. «Отпавшая кора, побеги, листья и орехи».
Розторн продолжала:
— Обычно дюйм или два этого мусора быстро сгорают. Кора взрослых деревьев достаточно толстая, чтобы отделаться лишь небольшими ожогами. Но сейчас? После тридцати лет без пожаров? Плодокорм в большинстве мест по
