участвовать в отборе невест для великого хрейдмара всея Каэрллиона, Эрика Этвелла.
— Хм, что? — я поперхнулась, — невест?
Одно слово и меня обдало холодом. Каких, в баню, невест? Это что за ересь в чистом поле? Местным так не хватает собственных девиц, что они хватают, кого ни попадя из других миров, и тащат к себе?! С моей точки зрения это произвол и насилие над свободной личностью.
Внушительная фигура урга шевельнулась. Он слегка подался вперёд и вкрадчиво произнёс:
— Отбор невест. Череда соревнований, в которых будет выявлена подходящая пара для хрейдмара. Вас что-то пугает, юная эйна?
— Пугает? Нет, Эдвард, меня это злит! — фыркнула я, — воровать женщин, чтобы принудить их к вступлению в брак это страшная традиция!
— У вас так не принято?
— Нет, конечно! Ещё и законом карается. Вы можете представить себе чувства девушки, которую похитили, насильно увезли в какую-то тьму-таракань, а потом ещё и отдали замуж за совершенно незнакомого человека? Чужого! А как же её мечты, планы на жизнь? Кто-нибудь вообще поинтересовался, что девушка хочет? Нужен ей этот брак? Как ей после всего этого жить? Нееет, я в такие игры играть отказываюсь. Лучше сразу верните меня домой, всё равно не заставите в этом участвовать! Сражаться за внимание незнакомого мужчины, за право войти в его спальню! Вы нормальные вообще?
Мой голос дрогнул под наплывом праведной злости, но, кажется, ург решил что от страха.
— У вас нет возможности отказаться, Маргарита, — так же вкрадчиво ответил он на мою тираду, — ритуал заключает с претендентками магический контракт, разорвать который можно только проиграв на одном из этапов обора. Любая попытка избежать отбора будет караться немедленной гибелью. Вашей гибелью, юная эйна.
К моему возмущению присоединилось омерзение, которое сменилось опустошением. Я выпрямилась, поднялась со своего места и прислонилась лбом к прозрачной стене. Слова урга оставили горький привкус. Выбора нет. Или отбор или верная смерть.
На плечи опустились сильные руки. Я дёрнулась, сбрасывая тяжесть, но руки не исчезли, а в ушах зажурчал ласковый голос урга:
— Маргарита, хрейдмар Каэрллиона не только велик, но и справедлив. Он понимает, что вы попали в отбор случайно. Ритуал ошибся, забрав вас и принеся сюда, но исправить ничего нельзя. Однако, хрейдмар Этвелл может вам помочь. И не только может, но и искренне этого желает.
— И как он может помочь? — уныло поинтересовалась я.
— Хрейдмар Этвелл предлагает вам сотрудничество. Сделку. Вам следует продержаться пять этапов отбора, а после проиграть. Взамен, хрейдмар предоставит вам защиту, документы, дом, деньги и новую жизнь. Вы же этого хотели, юная эйна? Чтобы ваша жизнь изменилась навсегда?
Ург замолчал ожидая ответа. И было в его словах что-то такое, что немного настораживало. Подвох там был, но сколько я не прокручивала слова Эдварда в голове, обнаружить этот подвох так и не смогла.
— У меня есть выбор?
— Нет,— холодно ответил ург.
Его руки исчезли с моих плечей. Я развернулась. Ург сидел на своём месте и невозмутимо смотрел на меня.
— Но я же могу взять и провалить первый же этап испытаний, — задумчиво протянула я.
— Можете, но я вам настоятельно рекомендую этого не делать. В оборе участвуют дочери знатных Домов Каэрллиона. Как вы думаете, они сильно рады вашему появлению? Отбор очень значимое событие в Каэрллионе, к нему готовятся заранее, отбирают подходящих претенденток, растят и учат. И тут вы — выскочка из Манескера, чужая, одинокая. Без имени и поддержки. Выскочка, которой всё досталось просто так. Как вы думаете, сколько вы проживёте после того, как выйдете на улицу?
— Так я же проиграю! — выкрикнула я с ненавистью, — освобожу им дорогу!
Эти слова развеселили Эдварда. Он бархатисто рассмеялся.
— Месть, юная эйна, всего лишь сладкая месть за нанесённое оскорбление. Дома Стихий не прощают оскорблений. Вы для них, как прилюдная пощёчина.
— Средневековье долбанное. Кровная месть. Какой абсурд, — я опустилась на сиденье и закрыла лицо ладонями.
— Мы прибыли, — тон урга ощутимо похолодел, — вам предстоит проверка у серых. Простая формальность. Ничего не бойтесь. Серые не опасны.
Волатура загудела. Я подняла голову, оглядываясь по сторонам. Стены волатуры вновь обрели цвет и плотность. Ург поднялся и протянул мне руку.
— Прошу, Маргарита.
За его спиной медленно открывался проход.
Глава 8
Глава 8
Эрик Этвелл, подножье горы Суммишимы, окрестности столицы
След был в два раза больше руки матёрого воина.
— Видишь, какая зверюга, хрейдмар? — сотник для надёжности потыкал крючковатым мозолистым пальцем, — не похож он на обычного волка. Вот никак не похож.
Я и сам видел, что не похож. Снег продавлен глубоко, оплавлен по краям.
— Ты меня убеждаешь или себя пытаешься уговорить? — я опустился рядом с сотником, прикоснулся пальцем к следу. Жарко обдало чужой магией, — сноварг это.
— Сноварг, — эхом повторил Хан, старый сотник, — и чего мне не померещилось, а, хрейдмар?
— Ты не мог ошибиться, а от видений надёжно защищён ставом Тарха Могучего. Меня больше интересует откуда он тут взялся и куда ушёл? Сноваргов в окрестностях Динллуда никогда не было, — я поднялся на ноги, задумчиво проследил цепочку следов.
Тварь словно вывалилась из воздуха, приземлившись на свежий снег. Следы брали начало из ниоткуда, просто появившись на девственной заснеженной поляне, вились вдоль подножия Суммишими и исчезали за поворотом, поросшим дикими зарослями шиповника, чёрного от зимней стужи. Хан проверил, после зарослей следов шестиглазого волка не было. Исчезали они там. Пришёл и ушёл. Как?
— С запада он сюда прибрести не мог. Там кордон, — задумчиво проговорил Хан, поглядывая на первый след, — да и следы…ну, не на крыльях же он примчал? Как думаешь, хрейдмар?
— Не на крыльях. Надеюсь. Хватает того, что сноварг огнём плюётся, — я натянул перчатку, — если эта тварь мутировала и научилась летать…
— Сохрани нас Тарх! — суеверно сплюнул через плечо Хан и обвёл сердце священным кругом защиты.
Сноварги, злобные твари, похожие на волков, если бы не шесть глаз, чёрная как смоль шкура, полыхающая синим огнём, да умение извергать неукротимое пламя из пасти. Размерами сноварги тоже отличаются — они в два раза больше взрослого самца обыкновенного волка.
Я огляделся. Вдалеке суетились люди Хана. Искали следы. Не шестиглазого волка, совсем нет. А тех, кто мог прибрести за ним. Или
