пожар, не до чужих дел, не так ли?
В 1067 году Всеслав захватил Новогородок (Новогрудок), расположенный у юго-западной границы Полоцкого княжества. Эта мощная крепость была возведена при Ярославе Мудром и служила Киевской державе чем-то вроде западного форпоста. Разумеется, Ярославичи не могли вынести такого поношения. В отместку они разрушили Менск, а затем разгромили полоцкое войско в битве на Немиге 3 марта 1067 года. Битва была страшной. «На Немизе снопы стелют головами, молотят чепи харалужными, на тоце живот кладут, веют душу от тела. Немизе кровави брезе не бологом бяхуть посеяни – посеяни костьми руских сынов», – говорится в «Слове о полку Игореве».
Всеславу повезло дважды. Во-первых, он сумел бежать в Полоцк, прорвавшись через вражеское окружение. И во-вторых, Ярославичи не стали его преследовать, а занялись разграблением полоцких владений, оставшихся без защиты. Четырьмя месяцами позже они попытались исправить это упущение, пригласив Всеслава на переговоры. Безопасность полоцкого князя и его свиты гарантировалась высшей христианской клятвой – целованием креста. Однако это не помешало Ярославичам пленить Всеслава вместе с двумя его старшими сыновьями Давыдом и Глебом. Их увезли в Киев и, по обычаю того времени, держали в так называемых порубах – вокруг узника из бревен выстраивалась темница без дверей. Пищу и питье узник получал через маленькое окошко. Сбежать из поруба было невозможно, для того чтобы разобрать его, требовалось несколько человек и довольно длительное время.
Всеслав просидел в порубе около 14 месяцев и был освобожден в сентябре 1068 года в ходе народных волнений, вызванных неспособностью Ярославичей защитить державу от половцев. Он занял великокняжеский стол, а Изяслав был вынужден бежать в Польшу, где правил Болеслав II по прозванию Смелый, сын Добронеги (Марии), дочери Владимира Святого. Родство польского и киевского князей было двойным. Болеслав был женат на дочери Святослава Черниговского Вышеславе.
Когда Изяслав в 1069 году вернулся на Русь с польским войском, Всеслав бежал в Полоцк, но на этот раз Изяслав был настроен решительно – он захватил Полоцк (Всеславу снова удалось ускользнуть) и посадил на княжеский стол своего сына Мстислава, который умер в том же году. После Мстислава в Полоцке стал править следующий по старшинству сын Изяслава Святополк.
По возвращении Изяслава из Польши триумвират Ярославичей распался, поскольку теперь Изяслав опирался не на братьев, а на поляков. Это не нравилось Святославу и Всеволоду, а Изяслав, в свою очередь, был обижен на братьев за то, что в тяжелый момент половецкого нашествия они бросили его на произвол судьбы. Но формально Ярославичи пока еще демонстрировали единство. Можете угадать, кто окончательно разрушил триумвират?
Конечно же наш неугомонный Всеслав, этот феникс, раз за разом восстающий из пепла! К октябрю 1069 года Всеслав сумел набрать на северо-западе Новгородской земли, населенной финно-угорским народом водь, войско, с которым попытался захватить Новгород. Потерпел неудачу, был схвачен, но скоро его почему-то отпустили. Почему? Это первый вопрос.
В 1071 году Всеслав прогнал Святополка из Полоцка и продолжил свое княжение. В том же году его попытался одолеть другой сын Изяслава – Ярополк. «В год 6579 [1071]… выгнал Всеслав Святополка из Полоцка. В тот же год победил Ярополк Всеслава у Голотическа [неизвестно, где это]», – говорится в «Повести временных лет». Но ни слова не сказано о пленении Всеслава. Почему Ярополк не покончил с ним? Это второй вопрос.
На оба вопроса Святослав и Всеволод дали один ответ – Изяслав тайно сговорился с Всеславом, чтобы совместно действовать против них. В 1073 году братья изгнали Изяслава из Киева, где стал княжить Святослав. Всеволод получил освободившееся Черниговское княжество, а Переяславль отдал Давыду, сыну Святослава. Изяслав снова бежал в Польшу, но его братья успели заключить союз с Болеславом первыми (вспомним, что Святослав приходился ему тестем). Болеслав отобрал у Изяслава ценности, на которые тот собирался нанять войско, а затем выдворил его из своих владений. В «Повести временных лет» сказано: «Изяслав же ушел в Польшу со многим богатством, говоря, что “этим найду воинов”. Все это поляки отняли у него и выгнали его». Всеволод перешел в Чернигов, отдав Переяславль Давыду Святославичу, а Изяслав вновь бежал в Польшу, где на сей раз был выдворен польскими властями, заключившими союз со Святославом и Всеволодом. При этом Болеслав оставил у себя часть его драгоценностей. Попытки Изяслава заручиться поддержкой германского императора Генриха IV и папы римского Григория VII не увенчались успехом. Папа ограничился тем, что попросил Болеслава предоставить Изяславу убежище, не более того.
Белорусская серебряная монета с изображением Всеслава Полоцкого
Полоцкое и Туровское княжества в сравнении с современной Беларусью
Всеслав тем временем укреплял свое княжество и набирал новое войско. В конце декабря 1076 года Святослав скоропостижно скончался. Всеволод не занял великокняжеский стол, а пригласил вернуться Изяслава. Весной 1077 года Всеслав совершил поход на Новгород, где княжил старший сын Святослава Глеб. В ответ Глеб дважды нападал на Полоцкие земли (летом и зимой того же года), причем в зимнем походе, впервые в древнерусской истории, принимало участие половецкое войско (видимо, половцев на тот момент нанять было проще, чем скандинавов). В свою очередь Всеслав сходил на Смоленск и получил две «ответки» от смоленского князя Владимира Мономаха, сына Всеволода. В своем «Поучении» Мономах пишет: «И Всеслав Смоленск пожег, и я с черниговцами верхом с поводными конями помчался и не застали… в Смоленске. В том походе за Всеславом пожег землю и повоевал ее до Лукомля и до Логожска, затем на Друцк войною и опять в Чернигов… На ту осень ходили с черниговцами и с половцами – читеевичами к Минску, захватили город и не оставили в нем ни челядина, ни скотины». Оба раза Мономаху не удалось взять Полоцк, но ущерб от разорения полоцкой земли был огромным. Второй поход Мономаха на Полоцкое княжество состоялся между 1084 и 1086 годами, и с тех пор Всеслав больше на киевские владения не нападал.
В конце жизни Всеслав Брячиславич совершил крупную ошибку, которая перечеркнула все его старания по укреплению и расширению своих владений. Вместо того чтобы избрать одного наследника, он разделил свои владения между шестерыми сыновьями. С этого момента начался закат Полоцкого княжества, которое со временем стало похоже на разобранный на прутики веник. Удивительно, что правитель, который на протяжении всей своей жизни наблюдал родственные распри в Киевской державе (а нередко и использовал их в своих интересах), пошел на такой опрометчивый шаг. Видимо, на склоне лет отцовские чувства взяли верх над политическими соображениями. А ведь если бы… Но история не знает сослагательного наклонения.
Закат Полоцкого княжества
Первым серьезным ударом по Полоцкому княжеству (точнее, по уделу, носившему такое
