держаться меня и охранять конфицера! — он достал из-за пояса пистолет в кобуре и передал пареньку.
— Так точно! — ответил Ястреб, фиксируя кобуру на поясе.
— А вид пистолета тоже должен меня успокоить? — съязвил я.
— Что поделать. Иногда людям приходится стрелять. — вздохнул Фаут. — Когда не помогает верное слово.
— Ну стрелять-то ты умеешь.
— А ты умеешь подбирать верные слова. — он пихнул меня в плечо. — Выше нос! Нет такой задачи, с которой не справятся конфицер и рестенант!
— Что ж… звучит убедительно. — я невольно улыбнулся. — Умеешь ты внушать уверенность.
— Вот и славно! — Фаут заглянул в личный планшет и вдруг нахмурился. — Однако, новости плохие… демонстрация всё же собралась. Набирай уверенности побольше. — он подорвался с места. — Отряд! Проводим инструктаж!
"Ну вот, ещё и демонстрация…" — подумал я. Это означало, что ситуация получит широкую огласку. Наверняка там собрались солиды, зеваки… и лидеры мнений.
Вспомнив о последних, я машинально достал планшет и снова включил видеозапись:
"Меня больше беспокоит вот эта… ВЕЩЬ." — заявила девушка.
"Силён!" — воскликнул солид.
"А это что, таймер!?" — камера резко дёрнулась, и в кадре появился мой силуэт.
Да, это была запись вчерашних разбирательств, заснятая на нагрудную камеру Стрейны. Именно из-за неё пришлось организовать эту операцию.
— Итак, бойцы! — Фаут медленно ступал вдоль фургона. — Как вам уже сказали, обстановка в обществе сильно накалилась! В последнее время солиды не понимают разницы между разбоем и установкой порядка. Мы не позволим таким людям позорить Исполнительные Силы!
Я тем временем со злобой глядел в планшет. Кадр сменился, и на экране предстала Стрейна, начавшая мерзкую агитацию:
"Вы всё видели, народ! Именно этот учёный пытался продвинуть тот ужасный проект на недавней конференции! Мерзкий робофил хотел заменить космонавтов машинами, поручить им наши жизни!"
— Задание деликатное, но на вас я могу положиться! Мы должны продемонстрировать свой профессионализм в этом показательном задержании! Понятно?
"А теперь этот предатель показывается в парке, посреди обычных людей, с вот ЭТОЙ штукой! Вы же слышали, как и я! Жалобу я уже подала, но этого учёного более нельзя оставлять без внимания!" — в голосе Стрейны была целая буря эмоций.
— Теперь обязанности. "Ястреб" пойдёт со мной, он будет помогать мне защищать конфицера. Остальные должны оттеснить гражданских и держать для нас коридор. Вопросы есть?
— Кого мы задерживаем? — спросил Ястреб.
— По заданию вопросов нет? — Фаут сурово осмотрел отряд. — Это учёный, зовут Пи, над ним должен состояться суд! Если вас смутило его странное имя, не переживайте! Я сам всё никак не привыкну!
"Каким-то образом этот человек заслужил доверие конфицера, а рестенант даже слушать меня не захотел! Мы должны обратить внимание правительства на то, какую угрозу несёт этот проклятый учёный!"
Фаут снова уселся рядом и заглянул в мой экран:
— Учёный, учёный! На костре копчёный! — сказал он, и громко рассмеялся. — Ну прям про него, да?
— Мне сейчас не до шуток. — угрюмо ответил я, убирая планшет. — Гадкое предчувствие.
— Не время коленям дрожать! — огласил рестенант. — Мы прилетели!
Фургон приземлился недалеко от дома Пи. Двери раздвинулись, и кабину залило ярким светом. Отряд слаженным строем вышел на улицу.
— Ну что? Устроим шоу, сохраним мир? — воодушевлённо спросил Фаут.
— Сохраним голову Пи.
***
Его дом был совсем рядом. Довольно крупный особняк, с выходом на небольшую площадь. Ещё и напротив парка. Хорошее место, спокойное. Если бы не толпа.
В основном там были солиды. Как я так понял, единомышленники Стрейны. А к ним уже примкнули всякие зеваки: некоторые с видеокамерами, некоторые с плакатами. "Таким здесь не место!", "За решётку его!", "Слава нашему труду! Робофилов на е…" — неважно. Что-то такое я увидел на плакатах.
Отряд аккуратно оттеснил толпу, выставил ограждения, и начал удерживать периметр. Люди послушно давали проход, да ещё и с аплодисментами и словесной поддержкой. За мной следовали Фаут и Ястреб, мы вышли на площадь словно на сцену, окружённую людьми и деревьями.
Я предупредил Пи о готовящемся задержании, так что дверь он открыл сразу. В соответствии с правилами, мы все продемонстрировали личные планшеты.
— Клеменс!? А нахрена ты лично припёрся? — удивился Пи.
— Задницу твою отсюда вытащить! Нужно показать, что мы всерьёз взялись за дело. — я жестом указал на толпу.
— И что будет дальше? — осторожно спросил учёный из-за двери.
— Да это же простое недоразумение с нейропроцессором. Вернёшь его, и всё будет в порядке.
Внезапно Пи посмотрел на меня с какой-то злобой и ступил дальше за дверь:
— Я его не отдам.
Я медленно оглянулся, и ещё раз окинул взглядом толпу. Пара десятков людей: в руках плакаты, в головах гневные мысли… А потом, я снова посмотрел на своего друга. Прячется за дверью, и будто из вредности не хочет оттуда выходить.
— Так, Пи. Сейчас не время для твоих…
— Я уже кучу раз проверил симуляцию, Клеменс! Там есть жизнь, я уверен! — его глаза горели пуще прежнего.
— Уверен!? Да у тебя там пара цифр на экране! — я заметил, как Пи прижимает руку к карману своего халата. — Ты же сам говорил, что это всего лишь образ в голове.
— Но этот образ…
— Да господи! Мы на задержание пришли, а не на переговоры! Фаут!
Громила ловко вытянул учёного из-за двери и приставил к стене.
— Не тушуйся так, мы тебя просто отсюда вытащим. — сказал Фаут учёному. — А там уже обо всём договоритесь.
— Да не договоримся мы ни о чём! Симуляцию просто в утиль отправят!
Учёный пытался вырваться, всячески изворачиваясь.
— Ну и тяжело же с тобой, Пи, — строго сказал вояка, заламывая ему руку. — Будешь тянуть время, твоя возлюбленная увидит тебя в таком неловком положении.
— Какая ещё вожлюбленная? — растерянно спросил учёный, скрепя зубами по стене.
— Которая собрала для тебя эту армию фанатов! — рявкнул Фаут. Он защёлкнул наручники и грубо оттащил учёного от стены. — "Предатель", "мерзкий робофил". Это были слова любви, не иначе. А теперь пасуй в фургон! — он пихнул Пи вперёд.
Учёный сделал шаг и понурил голову:
— А ты, Клеменс… — в отчаянии сказал он. — Ты помнишь слова, что сказал этой девушке?
Вместо ответа я намеренно отвернул взгляд.
— "Ты будешь в ответе за их жизни." Вот что ты ей сказал! И мы сейчас тоже в ответе, понимаешь? Возможно, за миллиарды жизней!
На это я не хотел отвечать, я хотел только уйти оттуда. "Преступника" мы задержали, осталось лишь увезти его в безопасное место. До фургона было всего-то метров пятнадцать, но… мы и половины пройти не успели.
— Прям как старые друзья! — раздался женский голос, он был громкий, но в нём слышались
